Конан из Киммерии

Дикий взрыв энергии вряд ли спасёт его, но он всё равно пойдёт на это, так как по своей природе не способен умереть без борьбы.

Ее шемитская душа находила в богатстве радость и упоение.

Жрецы часто скрывали свои сокровища под жертвенным камнем.

... горе душе, которая отдает жизнь без боя.

Почему же хозяин джунглей не пришел на помощь своим рабам, когда они сражались с Конаном? Возможно, он сам боялся ярости страшных клыков им же созданных чудовищных оборотней…

И исчезла последняя, самая древняя раса Мира…

Конан ни разу не промахнулся в боевом безумии.

К нему тянулись огромные, черные цветы, изгибая свои гибкие стебли, раскрывая пышные бутоны. Конан отпрянул. Это был черный лотос, нектар которого нес смерть, а запах — сон, полный кошмарного бреда. Разум киммерийца помутился.

Человек в этом мире напрасно страдает, находя удовольствие только в безумии сражения.

Мне по душе Бел, покровитель воров. Он здорово мне помогал, когда я был вором в Заморе.

Куда плыть, с кем сражаться — это его не интересовало. Главное — драться.

Белит была мозгом, он — мышцами.

Белит называют Королевой Черного Побережья. Это шемитка, которая командует бандой чернокожих. Она грабит корабли и отправила на дно морское немало достойных купцов.

- Варварство - это естественное состояние человечества, - сказал наконец следопыт, печально глядя на киммерийца. - А вот цивилизация неестественна. Она возникла случайно. И в конце концов победит варварство

Когда глаза мужчины останавливались на ней, она понимала значение взгляда. Не одно королевство уже пало, когда женщины вершили его судьбу...

В приливе восторга он шлепнул ее, и она не  почувствовала себя оскорбленной, а приняла это как дань восхищения ее прелестью. Казалось, сбросив королевские одежды, она стала мыслить и чувствовать, как обычная женщина.

Волк останется волком, если даже случай занесет его в стаю сторожевых псов.

Кто знает, что за звери, земные и неземные, могут находиться за пределами того маленького светлого кружка, который мы называем знанием...

Я наемник и продаю свой меч тому, кто больше платит. Я сроду хлеба не сеял и сеять не собираюсь, покуда существует тот урожай, который пожинают мечом.