Собрание сочинений. Том 1

Отправляясь на трансатлантическом пароходе "Вениамин Франклин" из гавани итальянской Генуи в Нью-Йорк, мисс Вивиана Кингман, дочь известного миллиардера, не подозревала, что скоро судьба тесно сведёт её с преступником Реджинальдом Гатлингом и сопровождающим его ньюйоркским сыщиком Джимом Симпкинсом. Гатлинга обвиняют в убийстве, а за его доставку в Америку в целости и сохранности обещают десять тысяч долларов. Пароход, на котором путешествует троица, во время шторма получает пробоину, и люди в панике пытаются спастись с тонущего судна. Замешкавшиеся Гатлинг и Симпкинс, попав на палубу, обнаруживают, что она пуста, и все шлюпки уже отплыли. Однако досада по поводу случившегося не помешала храброму преступнику спасти упавшую за борт мисс Кингман, и теперь троим незнакомцам предстоит дрейфовать на уцелевшем судне по бескрайним океанским просторам.

Неизвестно, сколько наши герои продержались бы на дрейфующем корабле, но судьба и океанские течения, словно сговорившись, отнесли их в Саргассово море, покрытое сплошным ковром зеленовато-бледных гигантских водорослей, в сердце которого беспрепятственно существует Остров Погибших Кораблей.

Что может быть удивительнее, чем обнаружить посреди бескрайнего водного пространства не только остров, состоящий из остовов затонувших кораблей всех времён и континентов, но и обнаружить, что этот остров обитаем. Вскоре троим путешественникам предстоит познакомиться с чудаковатыми жителями островка и его полновластным губернатором капитаном Фергусом Слейтоном, а Вивиане будет грозить реальная опасность принудительного замужества. Но смогут ли новообретённые товарищи по несчастью спасти девушку и убежать с таящего опасность острова?

Очень неплохая научная фантастика, но, пожалуй, слишком много динамики для такого небольшого произведения. Много интересных фактов по кораблестроению, океанологии, морской фауне, которые Беляев умело вписал в художественную канву повествования. Но хотелось бы более подробного описания самого острова и его жителей, которые наверняка могли бы поведать свои уникальные истории.

Могу ли я быть несчастным в этот самый момент? Могу ли быть хоть чуть-чуть огорчённым? Даже не знаю, вряд ли. Ведь всё отошло на второй план, ведь я всё ещё там, в другом мире. Только что я прочитал роман “Человек-амфибия”. И я всё ещё нахожусь на глубине тёплых вод с Ихтиандром, я всё ещё восхищаюсь глобальными замыслами доктора Сальватора, поражаюсь мерзости Зуриты.

Этот роман был написан в 1928 году? А такое чувство, будто вчера. Или будто сто лет назад. Неважно. Когда читаешь такую литературу, понимаешь, что она всегда будет интересной. Всегда будет захватывать, восхищать. Потому что красота, приключения, мораль, любовь, человек, потому что слишком многое, вечное заключено на этих страницах. Потому что написано так, что книга пролетает по всем твоим ощущениям. Греет, обволакивает, душит и освежает.

Это произведение искусства. Но для меня это ещё и ода медицине и науке. Их изначальной, настоящей цели. Как же огорчает меня, что многие проекты были загублены либо из страха, либо из-за не окупаемости. И как меня радует знание того, что есть на свете хорошие, умные и добрые люди. Люди, способные наслаждаться собой и миром, люди, стремящиеся к телесному и духовному совершенству, к гармонии. Пусть у них всё получится!

Наверняка, Александру Беляеву была известна история испанского рыжеволосого юноши Франсиско де ла Веги из деревушки Льерганес, что стояла на берегу Бискайского залива. Дело было в конце XVII века, Шестнадцатилетнего юношу унесло в открытое море и все сочли его погибшим. Через пять лет рыбаки из славного города Кадиса, что находится недалеко от Гибралтарского пролива со стороны Атлантического океана, поймали в сети странное человекообразное существо, которое не умело говорить. С ним долго возились, пытаясь определить кто же он такой, подвергли даже обряду экзорцизма, но всё тщетно. Однако, одно слово юноша из себя всё же выдавил, это было слово "Льерганес". Среди моряков нашелся человек, который слышал об этой деревне, молодого человека отвезли туда, где он был опознан матерью. Его оставили жить в родной деревне, через девять лет он в очередной раз пошел купаться в море и больше не вернулся. Эта история так и не получила разгадки, оставшись одной из самых волнующих исторических тайн.

Взяв эту историю за скелет, замечательный "фантастический романист" нарастил её мясом сюжета и эмоций, и наша литература обогатилась одной из самых увлекательных и романтичный книг. А в 1961 году вышел одноименный фильм, ставший любимым не одним поколением советских, а затем и российских зрителей. Книгу читали далеко не все, но кино смотрели почти все. Я сегодня честно не помню, что в моей биографии было раньше - книга или кино, настолько воедино они сплелись в моем восприятии. Ихтиандр стал неотделим от образа Владимира Коренева, Гуттиэре - Анастасии Вертинской, Зурита - Михаила Козакова. И песни, замечательный песни, которые невозможно забыть. Нам бы, нам бы, нам бы, нам бы всем на дно. Там бы, там бы, там бы, там бы пить вино. Там под океаном Мы трезвы или пьяны - Не видно все равно.

Еще одним свидетельством того, что прототипом Ихтиандра мог быть Франсиско де ла Вега, стал тот факт, что автор выбрал местом действия романа испаноязычную среду, правда, вместо Испании представлена одна из стран Латинской Америки, но такая условная неопределенность дает некий шарм достоверности этой крайне недостоверной истории.

Очень удачным решением стало помещение сюжета романа в капиталистическую среду, это дало очень конфликтную фабулу. К сожалению, книги, в которых действие происходит в мире социалистического или коммунистического будущего, практически лишены необходимой для хорошего приключенческого романа конфликтности. Эй, моряк, ты слишком долго плавал. Я тебя успела позабыть. Мне теперь морской по нраву дьявол. Его хочу любить.

Большой ученый, доктор Сальватор, спасая жизнь конкретного мальчика, становится основоположником новой человеческой расы - людей живущих под водой. Через полвека японский писатель Кобо Абэ продолжит эту тему в романе "Четвертый ледниковый период", рассматривая проблему совсем под иным углом. Беляев же сосредоточил свое внимание на исследовании внутреннего мира человека, ставшего экспериментальным образцом нового вида. Также он показывает, что в этом мире любое открытие, какого бы рода оно ни было, в первую очередь представляет интерес для сильных мира сего, как новое средство обогащения. В романе эти силы "зла" представляет капитан "Медузы" Зурита, но думающему читателю должно быть понятно, что таким образом дела обстоят не только там - в мире наживы, - но и в замечательном социалистическом обществе было бы то же самое, просто вместо Зуриты, это был бы какой-нибудь высокостоящий партийный функционер, который придумал бы как использовать такую уникальную природную машину, как Ихтиандр, на партийное и общественное благо. С якоря сниматься, по местам стоять. Эй, на румбе, румбе, румбе так держать! Дьяволу морскому Свезем бочонок рому, Ему не устоять.

Романтическая линия любви к прекрасной Гуттиэре призвана убедить читателя, что "особенный" рыба-человек, на самом деле такой же, как и все остальные люди, что он имеет такие же права на счастье, как и другие. Может быть, не сразу заметны спрятанные за этим общественные проблемы начала ХХ века: расизм и антисемитизм.

Здесь и сейчас Ихтиандр терпит поражение и отступает перед настырной силой этого экстремистского мира, он вынужден уйти. Но автор оставляет его историю открытой, точка не поставлена - Ихтиандр продолжает жить и профессор Сальватор собирается к нему на далёкий остров в Тихом океане, возможно, он сможет восстановить утраченную силу его легких и вернуть к жизни в обеих стихиях - водной и воздушной. Эй, моряк, ты слишком долго плавал. Я тебя успела позабыть. Мне теперь морской по нраву дьявол. Его хочу любить.