Дети подземелья

Доктор действительно вернулся дня через два, захватив с собой офтальмоскоп. Он зажег свечку, приближал и удалял ее от детского глаза, заглядывал в него и наконец сказал с смущенным видом:
– К сожалению, сударыня, вы не ошиблись… Мальчик действительно слеп, и притом безнадежно…
Мать выслушала это известие с спокойной грустью.
– Я знала давно, – сказала она тихо.

... льсти

Вылечился, когда увидел ваше «вольное козачество» на службе у турецкого деспотизма… Исторический маскарад и шарлатанство!.. Я понял, что история выкинула уже всю эту ветошь на задворки и что главное не в этих красивых формах, а в целях…

Всякая способность носит в самой себе стрeмление к удовлетворению.

Странная наружность, угрюмо сдвинутые брови, стук костылей и клубы табачного дыма, которыми он постоянно окружал себя, не выпуская изо рта трубки, — все это пугало посторонних, и только близкие к инвалиду люди знали, что в изрубленном теле бьется горячее и доброе сердце, а в большой квадратной голове, покрытой щетиной густых волос, работает неугомонная мысль.

Кто знает, чего хочет человек, когда взбесится…

В серьезных делах нужно и рассуждать серьезно.

Правда, он клялся и божился, что не пропьёт этих денег сегодня, а сам намеревался это сделать немедленно. Но что за дело? Предстоящее удовольствие заглушало укоры совести.

Помни смертный час,
помни трубный глас,
помни с жизнию разлуку,
помни вечную муку

«Якщо тобі й було б гірше, то, може, сам ти був би кращий»

«Про що він думав у ці довгі ночі, трудно сказати. В певному віці кожен, хто тільки зазнав радощів і мук цілком свідомого існування, переживає більшою чи меншою мірою стан душевної кризи. Зупиняючись на межі діяльного життя, людина намагається визначити своє місце в природі, своє значення, своє ставлення до навколишнього світу. Це свого роду «мертва точка», і добре тому, кого розмах життєвої сили проведе через неї без великого зламу.»

«— Що мусило зникнути — зникло, — сказав Максим якось холодно. — Вони жили по-своєму, ви шукайте свого…
— Вам добре говорити, — відповів студент, — ви взяли своє у життя…
— Ну, й життя взяло в мене моє, — посміхнувся старий гарібальдієць, дивлячись на свої милиці.»

«Так, він ніколи про це не думав. її близькість давала йому насолоду, але до вчорашнього дня він не усвідомлював цього, як ми не відчуваємо повітря, яким дихаємо. Ці прості слова упали вчора в його душу, як падає з висоти камінь на дзеркальну поверхню води: ще хвилину тому вона була рівна й спокійно відбивала світло сонця та синє небо… один удар — і вона сколихнулась до самого дна.»

Деревья встречали меня шепотом ленивой дремоты.

Что же говорить о крещеном народе, у которого ноги устроены исстари таким образом, что при первых звуках веселого плясового напева сами начинают подгибаться и притопывать.

...у всякого человека, господа, своя дорога в жизни.

Он жив, стало быть, может, должен еще испытать лучшую долю.