Марсіанські хроніки

Кто же это, - думал он, - что за создание, жаждущее любви не меньше нас? Кто он и что он - пришел, спасаясь от одиночества, в круг чуждых ему существ, приняв голос и облик людей, которые жили только в нашей памяти, чтобы остаться среди нас и обрести наконец свое счастье в нашем признании?

"Кому хочется увидеть Будущее? И кто его когда-либо увидит? Человек может лицезреть Прошлое, но чтобы..." - Марсианин

Знаешь, что такое Марс? Он смахивает на вещицу, которую мне подарили на Рождество семьдесят лет назад, - не знаю, держал ли ты в руках такую штуку: их калейдоскопами называют, внутри осколки хрусталя, лоскутки, бусинки, всякая мишура... А поглядишь сквозь нее на солнце - дух захватывает! Сколько узоров! Так вот это и есть Марс.

...мне бы только заработать на пропитание, да чтобы еще оставалось время примечать, до чего же здесь все не так.

Я сюда приехал на покой, задумал дожить жизнь в таком месте, где все иначе. Это очень важно старому человеку - переменить обстановку. Молодежи с ним говорить недосуг, другие старики ему осточертели. Вот я и смекнул, что самое подходящее для меня - найти такое необычное местечко, что только не ленись смотреть, кругом развлечения.

"И может ли один человек быть правым, когда весь мир уверен в своей правоте? Не будем об этом думать. Будем ползать на брюхе, подкрадываться, спускать курок! Вот так!" - Капитан Уайлдер

Может быть, остальные марсиане погибли от болезни с изысканным, или грозным, или возвышенным названием? Ничего подобного, черт возьми, их доконала ветрянка, детская болезнь, болезнь, которая на Земле не убивает даже детей! Это неправильно, несправедливо. Это все равно что сказать про древних греков, что они погибли от свинки, а гордых римлян на их прекрасных холмах скосил грибок!

Я то, что я есть, беру то, что даётся (Марсианин)

Оглянуться - значит пасть духом (Бенджамин Дрисколл)

Когда тебе что-нибудь втемяшится в голову, начинаешь лгать самому себе. Говоришь, что все остальные не правы, а ты прав (Джефф Спендер)

Ночь - пора тоски и метаморфоз.

Великое дело - способность удивляться, - сказал философ. - космические полёты снова сделали всех нас детьми.

Надо посадить здесь деревья, посеять траву! Это и будет его делом.

Немыслимо, просто непристойно в первую же ночь на Марсе устраивать шум и гам и тащить из ракеты неуместную здесь штуковину - печку, сверкающую идиотским блеском.

Землянин, наприклад, міркує: "В цій картині кольору насправді не існує. Науковець може довести, що колір – це лише певний порядок розміщення найдрібніших часток певної речовини для відбивання світла. Отож насправді колір не є частиною речі, на яку я зараз дивлюся". А значно розумніший марсіанин сказав би: "Це гарна картина. Вона – творіння рук і розуму натхненної людини, її ідею й кольори було запозичено з життя. Прекрасна річ".

Самосохранение, граничащее с психозом.

Наука слишком стремительно и слишком далеко вырвалась вперед, и люди заблудились в машинных дебрях, они словно дети чрезмерно увлеклись занятными вещицами, хитроумными механизмами, вертолетами, ракетами. Не тем занимались: без конца придумывали все новые и новые машины вместо того, чтобы учиться управлять ими.

Не бродить уж нам ночами,

Хоть душа любви полна, 

И по-прежнему лучами

Серебрит простор луна.

Меч сотрет железо ножен,

И душа источит грудь,

Вечный пламень невозможен,

Сердцу нужно отдохнуть.

Пусть влюбленными лучами

Месяц тянется к земле,

Не бродить уж нам ночами 

В серебристой лунной мгле.

Если хочешь усыпить подозрения человека и заманить его в ловушку, можно ли придумать лучшую приманку, чем его родные отец и мать?