Цитаты из книги Wintersong

Отказ от борьбы требует наибольшего мужества.

Она вернется, – пообещал торговец. – Такие девушки недолго сопротивляются искушению. Плод… созрел и сам падает в руки.

– Эта, – он ткнул пальцем в Кете, чья голова покоилась на моем плече, – сгорит быстро, как щепа для растопки. Света много, жара мало. Но ты, – карлик перевел палец на меня, – ты, госпожа, будешь гореть долго. Внутри тебя есть огонь, и твой огонь – медленный. Он тлеет, томясь жаром, и ждет лишь дуновения, чтобы разгореться в полную силу. Любопытно. – Его физиономия расползлась в ухмылке. – Весьма любопытно.

Выбирай с умом, дева.

– Красивые перья не сделают из воробья павлина.

– Воробей тоже по-своему красив, – отрезала Кете. – Не заставляй себя быть павлином, Лизель. Полюби своего воробышка. Смотри. – Она жестом указала на бронзовое зеркало передо мной.

Мама вздохнула. О, сколько всего означал этот вздох: гнев, разочарование, безнадежность, смирение. Она по-прежнему обладала даром выразить любую эмоцию при помощи звука, одного лишь звука.

Твоим упорством стоило бы восхититься, не будь оно столь бессмысленным

Воробей останется воробьем даже в павлиньих перьях...

Если надежда - боль, то отчаяние - это отсутствие боли, отсутствие всяких чувств. Это когда тебе всё равно.

- Похороны? Я думала, что иду на свадьбу. - Это одно и то же.

Любовь - это мост между мирами, только она вращает колесо жизни.

Девушка, знающая, что такое соблазн; девушка с завлекающим смехом, непостоянным сердцем и душой, стремящейся к неизведанному, – тихо произнес он. – Та, что потакает своим прихотям, тянется к запретному плоду, висящему низко на ветке, и съедает его вопреки предупреждению старшей сестры. Можно ли назвать такую невинной?

Я подарила ему ответный поцелуй. Время не останавливается ни для кого, тем более, для меня, и все же в тот краткий миг, когда наши уста слились, я почувствовала, что украла крохотный кусочек вечности.

Но прежде, чем рухнуть в забытье, слышу четыре слова – свою погибель. – Я люблю тебя, Элизабет.

Он уже не Король гоблинов, он мой супруг, мужчина за маской легенды.

Я заключил сделку с дьяволом, и теперь я в аду. Я не понимал, что такое ад, пока не стал королем этого проклятого места.

Ты – монстр, которого я призываю, mein Herr.

Я – не я, не Элизабет, не человек. Я – дикое создание, порождение леса, грозы и ночи. Я несусь сквозь сны и грезы, через сказки своего детства обо всем странном, темном и непознанном. Я – древняя стихия, я создана из музыки, магии и Эрлькёнига. Я падаю в бездну.

На моей голове не будет ни цветов, ни лент, только венец из прутьев. Вместо матери и сестры одевают невесту две гоблинки, одна из которых ее презирает, а другая испытывает к ней жалость. И святого Божьего благословения не будет; все, что меня ждет, – клятва в темноте.