Бэтман Аполло

Ну вот наконец, и доросла я до Пелевина. Были безуспешные попытки читать его в ранней юности, потом какое-то время обходила стороной, потом книга попалась в библиотеке, и я спросила: почему нет? Наверное, стоило бы начинать с чего-то более известного, но я рада, что так вышло, ведь впереди у меня - гораздо лучшие, по мнению многих, книги автора. Сюжет здесь - совсем не главное. Но немного о нём. Книга представляет собой пересказ от первого лица истории взросления молодого вампира. Ему "посчастливилось" родиться не "солнечной" Трансильвании, а в России. Оказывается, вампиры, как раса более древняя, стоит за всеми политическими и духовными процессами на земле. За последовательными инициациями молодого вампира лежит другой пласт - философский, который показывает нам иллюзорность бытия, иллюзорность наших чувств и шаткость пьедесталов наших кумиров. Не думала, что есть русскоязычный автор, который может писать об этом так убедительно. Пока для меня Пелевин один такой, и на фоне другой литературы он выделяется несомненно.

Я решила дать еще один шанс второй части о пелевинских вампирах после того, как в предыдущем месяце дала не лучшую оценку книге «Empire V». И лучше бы я этого не делала. Не зашли мне совершенно его истории о вампирах, бэтманах и прочей нечисти, так не надо было и продолжать. Даже не могу объяснить почему, также как и не могу объяснить почему остальные его книги мне нравятся. Не почувствовала того куража, ни разу не пришла в голову привычная мысль «чертов гений!», очень много моментов вводили в недоумение.

Цитата из книги: Если ты помогаешь тем, кто тебе нравится, ты просто расчёсываешь своё эго.
Оценка: 6/10

Пелевин зачем-то решил написать продолжение романа "Empire V". Тему вампиров можно, конечно, развивать и развивать (наверно, "сериал" будет пользоваться массовым успехом), только вот книга получилась средней. Не скажу, что прочитала совсем без интереса, но это не тот Пелевин, которого я люблю: мне не хватило глубины.
Главный герой - Вергилий (проводник на тот свет) и Кавалер Ночи (любовник Великой Мыши). Любовь и смерть, этот и тот мир, рай (есть ли он?) и ад. Люди и вампиры в единой пищевой цепочке денежного и умственного потоков. И весь мир живет в страдании. Ничего нового.
Буддизм и христианство в романе перемешаны, мир эклектичен. Текст по-пелевински злободневный и сатиричный.

Друзья, сегодня дочитала "Бэтман Аполло". Удовольствие, намазанное толстым слоем черной икры с маслом на мой ум. Столько актуальных аллюзий к поиску смысла, истине, современным реалиям. Ироничная иллюстрация «Тибетской книги мертвых», «Воспоминаний и размышлений» Юнга. Буддийский Дракула и позитивный вампиризм... . Но у меня возник вопрос. Какие отношения у Пелевина с любовью? Если уж смаковать ценности жизни и смысловать по поводу и без повода, то без любви — как? Или это мое, чисто женское восприятие а-ля реальности, или Пелевин выстроил бетонный забор между собой и любовью и колючей проволокой огородил. Нет. Я не говорю, только про любовь между полами, хотя любовная линия с Софи - остроумная лазейка для сюжета, про который автор знает - сюжет должен быть. Я говорю о любви как о смысле, о истине. Боль, смирение, страдание... а любовь где? Чувства мои в недоумении... Разве сатира не предполагает любви? У великих русских сатириков прошлого любовь все равно просвечивалась через описания природы, естественной жизни людей. Неужели пелевинское талантище любовь не задела своим крылом?

Довольно смешное и ироничное продолжение истории про вампира Раму II из знаменитой книги Виктора Пелевина "Ампир V". Книга описывает уже Раму, когда он начинает активное путешествие по вампирской карьере.
Как всегда мы сталкиваемся с любимыми нашими героями, например, великим Энлилем Маратовичем, Герой. Узнаем также судьбу великой мыши Иштар Борисовны и Озириса.
Однако здесь появляется много персонажей, про которые были намёки в прошлой книге Виктора Пелевина. Также идёт перекликание с персонажами из других книг, например, я нашёл отсылки на "Transhumanism Inc.", "IPhuck", "Generation P" и многие другие. По сути мы целиком и полностью погружаемся в мир книг Пелевина.
Немного расскажу о сюжете. Мы попадаем на церемонию, где опять стебут российский шоу бизнес. После этой церемонии мы видим события, которые приводят к повышению Рамы в вампирских кругах. Нравится, что в этот момент он получает по мозгам от Энлиля Маратовича, так как без подзатыльников Рама сделает все плохо.
Во время становления Рамы, становится видно, что существует ещё куча вампирских правил и кастов. Например, undead, которые по сути получают способность Харона. И тут хочу выделить то, что Пелевин хорошо раскрыл потусторонний мир, сделав хорошую отсылку на "Божественную комедию" Данте Алигьери.
Ну и внезапно еще то, что миром вампиров правит бэтмен. Тут вообще у меня началась истерика, так как Пелевин хорошо обстебал американскую культуру и их помешанность на супергероях. Также хорошо показано появление новых "полов" у людей на западе. Тут опять же до исторического смеха. Ну и да, поворот с бэтменом был очень очевидный. Но это особо не влияет на суть книги и ее оценку.
В общем, дальше будут спойлеры. Поэтому я успокоюсь и закончу рецензию. Читайте, друзья, и погружайтесь в прекрасный мир вампиров России.

Произведение сильно выделяется из типичных книг Пелевина, тем что в данных работах ("Empire "V""и "Бэтман Аполло") хорошо прописан Лор мира в котором происходит повествование, каждый персонаж раскрыт, история целостная, без любимых Пелевиновских черных дыр в сюжете, но история кажется не законченной, создалось ощущение на триквел... Но спустя 8 лет сомневаюсь в продолжении.
Книги оставили приятное ощущение:
Отличное погружение в Московскую среду 2009-2012 годов со всеми политическими волнениями.
Интересные конспирологические теории.
Возведенное в абсолют бессмысленность и беспощадность тех стараний, которые человечество прикладывают к сиюминутным требованиям.
В меру добавленная щепотка Даосизма.
Сама история притягивает интерес на протяжении всех двух книг за счет многочисленных необычных поворотов.
И то что каждый персонаж находиться на своём месте в хорошо обрисованном мире и рамках событий - не может не удивлять, так как это достаточно слабая сторона Пелевина в его ранних работах. Мой рекомендонсьён.

На этот раз, зайдя в книжный магазин, я и не думал сомневаться, брать или не брать книгу. Взял и последовал к кассе. Пелевина всегда читаю с удовольствием. Отнюдь не брезгуя электронными версиями, его произведения я стараюсь читать только на бумаге. Они того стоят.
Тем не менее, мне всегда была непонятна его широкая популярность и эти необычно высокие для современной России тиражи книг. Тиражи, уже который десяток лет вызывающие бесконечное раздражение в столичных литературных кругах.
Пелевинские произведения никогда не содержали в себе ответы на вопросы, которые так настойчиво ищут в современной литературе широкие читательские массы, как-то:

• кто же, в конце концов, окажется убийцей и/или шпионом?
• раскроют ли заговор против человечества?
• где спрятан код секретного банковского счета?
• предложит ли Он руку и сердце и что Она решит?

Любые попытки пелевинолюбов оправдать предмет своего обожания вдребезги разбиваются при столкновении с действительностью. И дело не в том, что мастер галлюцинаторного реализма написал плохую книгу, а скорее в его почти не скрываемой попытке заигрывания с нецелевой аудиторией.
В пятисотстраничном продолжении вампирской летописи Виктора Пелевина под названием «Бэтман Аполло» мало что сохранилось от привычного писательского квази-интеллектуализма. Если во всех предыдущих книгах, в том числе и в «Empire V», фэнтезийные элементы служат скорее для обрамления социальной и философской сатиры, то в последнем творении господина Пелевина им совершенно явно отдана ведущая роль. Все привязки книжного действия к современной политической конъюнктуре, к Болотной площади и «Pussy Riot» выглядят неестественно и скупо, а книга приобретает больше сходств с обожаемой девочками-подростками вампирской сагой Стефани Майер, нежели с эталонным «Empire V» - романом, который многие литературные критики называют лучшей работой Пелевина эпохи нулевых. Это неравный брак двух совершенно разных литературных тенденций, в котором никогда не смогут появиться здоровые «детки».
Нет смысла пересказывать сюжет книги: все поклонники Пелевина в курсе, что действия и коллизии в его произведениях – не главное, гораздо важнее то, что за ними скрывается — непременное воспевание личностной свободы в обществе, обездвиженном сетями потребления, и бесконечное разжевывание четырех благородных истин буддизма, главная из которых «Жизнь есть страдание». Попытки идти в ногу со временем у Пелевина наталкиваются на излюбленные мотивы гламура и дискурса – в итоге получается бешеная солянка, из которой уже невозможно извлечь что-то полезное или свежее.
По сути, «Бэтман Аполло» мог бы и не появляться в физическом смысле: все идеи и наблюдения, высказанные в новой книге уже высказывались в сорока предыдущих, и вряд ли даже истовый «пелевинофил» может позволить себе хвастаться перед друзьями новым приобретением, потому что по сути приобрел стареющего кота в мешке.
«Бэтман Аполло», пожалуй, самый статичный роман за всю историю пелевинского творчества – в нем практически отсутствует действие, а персонажи скорей становятся символами, необходимыми для трансляции авторских интенций. Сама книга как бы становится воплощением офисной коробки, которую Пелевин сознательно уже давно возводит до масштаба всеобъемлющей метафоры – в этой коробке душно и воняет.
Причем новый роман становится еще и самым беспощадным: если до этого типичный пелевинский герой мог довольно успешно искать утешения в нежных воспоминаниях детства, которые спрямляют любую кривизну реальности, то в новом романе несчастные души напрочь этой кривизной повержены и вынуждены бесконечно приобщаться к мировому страданию. Если действительно обращаться к Пелевину как к эхолоту коллективного бессознательного, то можно смело делать вывод о том, что у человечества все плохо, если не все кончено.
Пелевин в новой книге удушливо дотошен и суггестивен – это отражается даже на стиле, который приобретает все больше проповеднических свойств и все заметней наполняется раздражительностью. Нервозность автора проявляется самым неожиданным образом, зачастую в форме карикатур и невольно передается читателю – поэтому, лучше запастись эндорфинами заранее.

Из психологии вампиров.
«Когда я вошел, Энлиль Маратович вовсю распекал сжавшихся халдеев:
– У мусульман пророк! У евреев богоизбранность! У американцев свобода! У китайцев пять тысяч лет истории! А у нас ничего нет. Ничего вообще, за что нормально оскорбиться можно. Пятьдесят миллионов положили – и не считается. Наоборот! Нам еще и говорят – а ну повинились по быстрому перед английской разведкой! Вот как западные халдеи работают! А вы… Сколько лет уже ничего в ответ выдать не можете! Даже в тактических вопросах тонем. Просрали все дискурса. Россия не в состоянии изготовить ни одного ударного симулякра, способного конкурировать на информационном поле боя с зарубежными образцами… Ни од - но - го! Позор! Мне вам что, горло порвать и кровь выпить, чтоб вы поняли, как все серьезно?
– Работаем, – еле слышно сказал Калдавашкин.
– Я результаты хочу видеть, понял? Результаты!»

Результат в художественном отношении, по-моему, не очень удачный.
Первый роман про Раму был написан явно поживей. Здесь же чересчур много про вампиров. Утомительно продираться сквозь все эти истории с Иштар, Озирисом, Дракулой, Бэменом на авианосце и пр. Если вас не интересует «философия «Сумерек», то проблемы вурдалачьей онтологии и гносеологии изрядно утомляют. Но вампиры без людских проблем особого интереса не представляют. Впрочем, автор несколько отыгрывается в приложениях. Вампирская философия остается, потому что современной не осталось: «Перед ней стоят две основные задачи: апология применения боевой беспилотной авиации и философское обоснование понятия «активист». На все прочее не предусмотрено грантов, так что и распространяться про современную философию особенно нечего».

Наряду с излишествами черно-красной эзотерике, на мой вкус, автору порой изменяет вкус и чувство меры. Этот пелевинский текст местами излишне груб и натуралистичен. Это не то чтобы шокирует, просто порождает неловкость, как излишнее. Возможно эти грубость и несоразмерность от безнадеги. В состоянии отчаяния особенно не пошутишь (впрочем, это субъективное восприятие).

Стилистических находок и метких сравнений в романе немало (про тот же «щит родины», например), но концентрация их все же «жидковато». Возможно, автор не только «тянет вола», но и «шифруется», стараясь не слишком «дразнить гусей».

Но все равно Пелевин остается актуальным классиком, в текстах которого ставится наиболее точный диагноз ситуации. В принципе, роман можно трактовать как анализ недавней «гинекологии протеста».

– Русская жизнь жутка, – сказала темнота.
– Жутка, – согласился Кедаев. – Но давайте говорить честно, единственное, что могут предложить человеку нынешние политактивисты – это ежедневное потребление исходящего от них ментального форшмака. И еще, может быть, судимость. Кроме доступа к этим острым блюдам, протест не принесет ничего. Даже если допустить, что страна не развалится на обломки, перестреливающиеся в прямом эфире… Ну, что даст победа оппозиции? Не нам, тут все понятно, а плебсу? При коммунизме это был доступ к западному типу потребления. Они его получили. А сегодня?
– Возможность политического самовыражения, – сказала темнота.
– А что они выражать то будут? Что денег нет? Так кто ж им даст.
– А чувство собственного достоинства? – не сдавалась темнота.
– Какое достоинство, когда денег нет? Когда нет денег, может быть только злоба на тех, у кого они есть. Вот как тут у некоторых шотландских пацанов…
За столом раздался электронный смех.

Увы, все было разыграно и «слито» по календарю от Бэтмана, перед которым отчитывался Энлиль Маратович (а перед ним, соответственно, избранные халдеи). В обмен на страдания, из которого вырабатывается «баблос». (Образ вампира наиболее точен для характеристики глобального олигархического капитализма. О племенной принадлежности «кровососущих» также излишне упоминать.).
Это жаль, потому, как шанс оказался призрачным, надежды-иллюзии рассеялись и теперь надеяться нечего, кроме как смены «великой мыши» и ПП: «Последний сон как раз в том и состоит, что кажется, будто есть некто, кто спит – и может проснуться. И когда пробуждаешься от этого последнего сна, нет уже ни надежды, ни страха…»

А пока россиянский карго либерализм вовсю оборачивается фридом байрамом.