«Он бросил окурок сигары в тлеющие угли костра, как будто подчеркивая свои слова этим резким жестом.»

«– Чертовы стада, они прямо как амебы! Растут, делятся, разбиваются на более мелкие группы, – воскликнул Бен. – И никакого спасения. С каждым днем все хуже.» (Джей Бонансинга, Роберт Киркман. «Нисхождение». 2014)

«– Преподобный Иеремия… убил почти всех тварей огромным серебряным крестом… он спас многих из нас и вывел нас из воды…» (Джей Бонансинга, Роберт Киркман. «Нисхождение». 2014)

«– Эта чума всех нас – и верующих, и неверующих – научила одному: непреложная истина заключается в том, что с душой может случиться кое-что гораздо, гораздо хуже смерти ...» (Джей Бонансинга, Роберт Киркман. «Нисхождение». 2014)

ЗДРАВСТВУЙТЕ! Как будто назрела насущная необходимость внести пояснения в дальнейшее повествование истории про ходячих мертвецов, и ответить на важные вопросы, которые лично у меня уже возникали при чтении предыдущей трилогии «Ходячие мертвецы» Джея Бонансинги и Роберта Киркмана. Это вопросы о Боге и не упокоенных душах ходячих, или кусачих.

И вот, пожалуйста, как по заказу: четвёртая книга серии — «Нисхождение» повествует, какую роль играет (?) религия (?) в условиях постапокалипсиса.

На ум приходят два диаметрально противоположных суждения: «В окопах не бывает атеистов» (страх смерти — одна из причин религиозной веры) и «В окопах все атеисты» (никакая божественная сила не спасает от смерти; «спасайся кто может!»). Так как же на самом деле? Или оба высказывания справедливы? — Как у Наринэ Абгарян?

«Война делает людей атеистами или истово верующими. Третьего не дано.» (Наринэ Абгарян. «С неба упали три яблока».)

А может быть, есть ещё что-то иное?..

… Когда в романе «Нисхождение» появляется персонаж — Преподобный Иеремия, то интерес к роману возрастает. Интересно, и что же нам разумного, доброго, вечного поведают Джей и Роберт? Или, как всегда, на наше усмотрение: выбор будет за нами?

**** Аннотация к роману предупреждает. Но скоро и без того становится ясно, какой «опиум для народа» в «Нисхождении» приготовили Джей Бонансинга и Роберт Киркман. Хорошая тема — религиозные секты. Ересь. Группа американских пятидесятников. Но что-то тут не вяжется ни с их верованиями, ни … с Армагеддоном, с которым они связывают пандемию ходячих мертвецов. На мой взгляд.

**** В четвёртой книге, продолжающей трилогию «Ходячие мертвецы», Бонансинга и Киркман продолжают развивать идею о выживании в постапокалиптическом мире, делая акцент на том, что бо́льшую опасность для выживших представляют не столько зомби-кусачие, сколько живые — психопаты разного рода.

На этот раз сокрушительная опасность для выживших в Вудбери пришла откуда не ждали. Роковая операция по спасению группы других выживших обернулось падением Вудбери.

Из знакомых персонажей трилогии в живых остались наиболее значимые герои: Лилли Коул и санитар-алкоголик Боб Стуки. Соавторы развивают образы этих героев. Мы видим, как они меняются в зависимости от происходящих событий. Неожиданно Боб становится настоящим героем. А Лилли, наоборот, предстаёт всего лишь женщиной, которая лидером стала в силу сложившейся ситуации, и с радостью была бы готова делегировать свои полномочия (и даже вовсе отказаться от них) кому-то более достойному.

Видимо, истинная сущность женского предназначения, владеющая Лилли, сыграла трагическую роль в этой истории. А пьяница Боб Стуки — предстаёт настоящим мужчиной, проявив не столько качества лидера, сколько проницательность, осторожность и предусмотрительность: то, что наиболее необходимо в мире, кишащем полчищами — стадами ходячих мертвецов. Их стало невероятно много. Кажется, что выжить в таких условиях просто невозможно.

**** Так атеисты или истово верующие наполнят мир постапокалипсиса? Бонансинга и Киркман дают читателям возможность, как я и предположила вначале, разбираться самим.

На протяжении первых четырёх книг серии лично я не заметила даже намёка на обращение к Богу. Безбожники все. И вот появляется Преподобный Иеремия. Предводитель религиозной секты самоубийц. Любознательный и внимательный читатель увидит, что никакого отношения к Пятидесятникам он не имеет, хотя авторы нам говорят об этом. Извращённый психопатом культ. Он стремится предать смерти обманутых им людей. Но готов ли сам умереть?

Разрушительное влияние сектантской веры — ереси описано в «Нисхождении» очень хорошо. Но сектантство — это не истинная вера в Бога — ересь. Атеизма тоже здесь нет. По крайней мере, не показано. Я думаю, что КАТЕГОРИЧНО утверждать, кто кем становится в «окопах» нельзя. Но то, что выжившие меняются — это точно.

**** Существенно, что в этой книге открывается новый мир — ПОДЗЕМНЫЙ. Целые подземные ходы, лабиринты, коммуникации в виде старинной железной дороги. Вот такой обещающий поворот сюжета и, наверно, следующего за «Нисхождением» романа: нисхождение выживших под землю …

Интересно …

Револьвер ни разу его не подводил, не смотря на то, что вмещал всего семь патронов - шесть в барабане и один в стволе.