"Из пятисот двадцати двух детей, родившихся в концентрационном лагере Равенсбрюк, было спасено тридцать пять…"
Каждый раз, когда надо рецензировать книги, повествующие о мучительном адском пребывании в концлагере, я не знаю что писать... Никакие маньяки не трогают за душу так, как пусть даже выдуманные истории о том ужасе, который довелось пережить нашим бабушкам-дедушкам (кому-то пра-, а кому-то еще родителям). Как подобрать слова, чтобы выразить боль, ощущаемую всей душой и телом, от подробностей издевательств эсэсовцев, доводящих до полного истощения, смерти своим морением* голодом, доводящим до того, что люди были готовы были есть суп, уже практически переваренный и выплюнутый; своими уничижающе-уничтожающими условиями, где превратившиеся в рабов гнили заживо, копошились даже не только в своих, а и в чужих экскрементах; своим зверством, когда обещали надежду, а увозили в крематорий и на расстрел. Я не знаю как...
"Детская комната" - одна из многих историй о тех, кому выпала судьба пережить весь описанный выше ад и еще хуже. Главная героиня Сюзанна Ланглуа, она же Мила, депортирована в концлагерь из Франции - как и сотни тысяч других женщин и мужчин, стариков и детей, девушек и парней из разных стран. Но есть одно но - девушка беременна. Как в нечеловеческих условиях, уготованных немцами узникам не только выжить самой, а и спасти ребенка? Совсем кроху - младенца, который еще совсем не способен хоть на каплю позаботиться о себе сам. Как пройти весь голод, холод, мириады болезней - от вшей и тифа до туберкулеза и холеры, мерзейшие издевательства и несовместимую с жизнью ослабевших, находящихся у края могилы работу? На собственной силе воли, уповая на случай и везение - не попасть в отряд, отправленных в газовую камеру, встретить столь редких в тех кошмарных обстоятельствах добрых людей, которые (шокирующе) захотят тебе помочь. Чтобы выжить Мила должна помнить обо всем, что произошло, и забыть, что в ней развивается еще одна жизнь, она обязана верить в спасение и не думать хорошем развитии событий - жизнь поставила перед ней не просто парадоксальную, а и практически невыполнимую задачу. Но эта женщина справится, мы узнаем об этом еще с первой страницы, справится - ценой смерти тех, кто был ее костылем в Равенсбрюке, не поддающихся исчислению рисков ради ребенка и потери самого важного с одновременным приобретением его "замены" (какая насмешка судьбы). Мила вновь станет Сюзанной, но излечатся ли ее раны, сможет ли она перестать чувствовать себя чужой в нормальном мире?..
Жаль, что нам ни слова не скажут о будущем всех тех, кто остался за плечами спасающейся героини - а как же Тереза, как же те, с кем прошла с огромными потерями свой возвращающий к жизни путь мать Джеймса? Да, они - напоминание, они возвращают одним своим образом, именем в ад, но они - те, кто был рядом в минуты-годы, оставленные в преисподней. Как же без них, какое же без них счастливое* будущее?
Нет в этом произведении Виктории Гоби черствости и сухости, присущих практически всем книгах, в которых ведется речь о существовании в лагерях смерти. Нет и отстраненности от событий, вызванной объективными причинами нежелания заново переживать этот ужас. Здесь присутствует только честность - в описании мерзейших подробностей быта, безумных переживаний и такого же спокойствия смирения. "Детская комната" - это отрывок из жизни, оцененный эсэсовцами в сторону отрицательной значимости, т.е. лагерники - это ничто; реальный, как и мучения, но в превосходящей все воображаемые границы степени. Это правда, о которой нужно помнить всегда! Тем более сейчас, когда поднял голову жесточайший сор нации - последователи человека с фамилией на букву "Б", сдававшие своих, уничтожающие своих, измывающиеся над своими - мы думали, что страшнее эсэсовцев нет, но...
112 понравилось
