Цитаты из книги Interview with the Vampire

"Но теперь я видел перед собой медленное  угасание жизни в теле, измождённом, но всё ещё отказывающемся сдаться вампиру, годами сосавшему тз него соки, имя которому  - время."

" Учись тому, что тебе пригодиться, и е останавливайся ни перед какими трудностями."

Но однажды он пришел ко мне не на шутку встревоженный: она шла за ним по пятам, хотя отказалась идти на промысел вместе.

Как и все сильные люди, она страдала от одиночества и несмотря ни на что оставалась чужой для общества, как язычник среди христиан.

Мы скованы ненавистью

Человеческие перемены перестали касаться меня. Я по-прежнему воспринимал и любил красоту мира, но ничего не мог дать человечеству взамен. Я поглощал прекрасное, как вампир высасывает кровь. И был доволен, впечатления переполняли меня. Но я был мертв. Окончательно и бесповоротно. История моей жизни закончилась в Париже.

«Я отобрал у тебя жизнь, - сказал я. - Лестат вернул ее тебе».

«Вот как, - выдохнула она. - Так знай: я ненавижу вас обоих!»

наша вечная жизнь лишится всякого смысла, если мы не будем ценить величественную красоту, сотворенную руками смертных

«Голодный ребенок - это страшно, - как-то сказал он. - Но голодный вампир - еще страшней. Если запереть ее и оставить умирать от голода, ее вопли услышат даже в самом Париже».

«Зачем ты делаешь это, Лестат?» - спросил я.

«Потому что мне так нравится. - Он взглянул на меня. - Я же не заставляю тебя радоваться вместе со мной. Ты же эстет, придумай что-нибудь другое. Убивай быстро, если хочешь. Но убивай. Пойми наконец, ты - убийца!»

«Я не собираюсь судить тебя. Ты мне безразличен. Но хочу понять, кто я такой, а твоим словам больше не доверяю. Для тебя знания - орудие власти надо мной»

После убийства тело вампира становится ничуть не холоднее, чем ваше.

«Идиот, он давно уже мертв! - с присущей ему вежливостью сказал он. - Нельзя сосать кровь трупа. Запомни!»

Он не разу не пошевелился, но наша беседа казалась очень оживлённой

По всем стенам от пола до потолка тянулись книжные полки, мерцали кожаные переплеты.

Они убили гробовщика и оставили мертвое тело посреди пыльных бумаг на столе. Так в нашей спальне появился детский гроб.

Он тряс раму, а я а иступлении

Лестат никогда не говорил со мной о дьяволе или о преисподней, но, следуя за ним, я понял, что проклят.

Пошевеливайся и перстень болтать о дьяволе - перед тобой смерть во плоти!

-Любовью или поклонением?
-А это не одно и то же?