Братья Карамазовы. Роман в 4 частях. Части 3-4

Посвящение Анне Достоевской в полной мере отображает жертву этой женщины, несмотря на то, что произведение, по ее собственному признанию, она абсолютно не поняла. Ну, так ни она одна. Лев Толстой, думаю, бросил читать где-то в начале второго тома (благо, во вступлении сам Достоевский ему это разрешил, иначе бы Толстой чего доброго и не посмел), а Набоков, судя по всему, просмотрел только часть второго тома с убийством и судом.

Вторая часть этого произведения в основном реальный экшн и ее интересно читать в первый раз. Мысль по поводу "кому досталось наследство" как-то абсолютно не воодушевляет, за исключением единственного варианта, если бы все деньги в их деноминированном варианте предназначались лично мне.

Вообще, написать что-то в общем и целом о "Братьях Карамазовых", учитывая тот факт, что это лишь первая часть "Истории великого грешника", коротко и на пол странички просто невозможно, даже если использовать стенографию и тайную женскую письменность Нюйшу. Поэтому проще обратить внимание сразу на вещи тривиальные.

Папашу Карамазова прикончил Алеша. Об этом Достоевский хотел поведать во второй части, но не успел. Она так и называется. Тем более, что Алеша в большей степени наделен чертами самого автора, а мы помним эти его темные перевоплощения - старушку-процентщицу по лбу, теории об избранности, абсолютную уродливость Аркадия из "Подростка", который долго кривлялся, но в конце-концов приобрел вполне ясные и осязаемые черты Федора Михайловича. На правах творца Достоевский имел право убить своего героя. Сам породил - сам и убил (Гоголь). На суде неожиданно Достоевский появляется сам - с чего бы? Почувствовал, что слишком возвеличил своего Алешу? Образ Алеши, кстати, действительно много недополучил, ибо ему, судя по всему, отводилось много места в недописанном окончании. Но мы далеко не все знаем об Алеше, не знаем тайников его души. Подозреваю, что именно там и сидит Смердяков.

Смердяков видите ли "может быть сын Федора Павловича". Может сын, а может и не сын. А может он мать? Лакейская тематика Смердякова продолжается и находит свое воплощение в лакее-черте, а еще и в эпилепсии, которой его наделил автор и не случайно. Эта тайнопись, распространенная среди немногих, в основном среди эпилептиков. Не буду распространяться об этом - тема поднята в рецензии на "Идиота", можно ознакомиться и просто поменять плюс на минус. И, кстати, посещал недавно спектакль "Халдейская" по наброскам Гоголя. Подобный интерес к лакейской тематике наводит на многие мысли, учитывая современные варианты, ибо мы знаем - кто сейчас в основном носит подносы и открывает двери. Нигилизм, недовольство медициной да еще в истинно толстовской-тургеневской манере расширяет границы сознания, хотя и мешает читать. Также, как и все это мешает писать.

Бойтесь не явных грубых злодеев. У Федора Михайловича, кстати, их нет вообще ни в одном произведении. Он тайно любит всех - и папашу Карамазова, и Смердякова, и даже Ракитина. Что это - человеколюбие такое? Человек, неспособный ненавидеть, не способен и любить. Ненависть мы бы почувствовали сразу. Все очень просто - в произведениях Достоевского нет ни одного человека, способного вызвать в нем ненависть. Они есть в природе, но автор просто забыл о них упомянуть. Забыл с умыслом - смелость не самое его блестящее качество. К чему создавать себе дискомфорт в собственных же произведениях. Опять отвлекся - бойтесь не грубых злодеев, их нет у Достоевского по определению, бойтесь добрых Алеш, которые своими сладкими речами одурманивают мозг, которые своей дипломатией разжигают страсти, более того - всегда влюбляют в себя дамочек. Алеша всех взбаламутил, никто не знает - зачем он появился, почувствовал запах старца Зосимы за сотни верст? Об Алеше мы все знаем по четкой установке, что сразу и в течении всего произведения дает нам автор. Говорит и делает этот герой меньше, чем следует из его описания. Кстати, помните судью из "Десять негритят"? Он говорил "Должен же я кого-нибудь в конце-то концов убить". Старушки-то было мало - это однозначно. Тем более, что не старушонку он тогда убил, а себя.

В самом начале произведения автор очень искусно разлучил Ивана и Митю. Причем сделал это в странной для самого себя форме. Написал, что "отношения были плохими и больше не будем к этому возвращаться". Не припоминаю у Достоевского вообще таких формулировок. Напротив, его к рулетке не пускай - дай только возможность покопаться в чужих отношениях. Сие странно, хотя и может объясняться женским вопросом. Но на невозможность настолько разных братьев иметь отношения с одной и той же женщиной внимание уже обращалось. Нисколько не верю в то, что тончайший психолог Федор Михайлович мог подобным образом наляпать и насоздавать мифических отношений.

Митя, так нежно любимый Достоевским, судя по всему и есть воплощение русского духа. Он носится по бабам и подворотням в постоянных поисках трехрублевой купюры, стеная, размазывая слезы и всякое такое. Вслед за автором и мы начинаем его любить. Он типа благороден. Девки, пряники, водка - это все слабости. Честен. Действительно, полторашку-то заныкал. Одного этого поступка достаточно, чтобы определить его как крысу. Зашив под зад купюру - он ходит, плачет, клянчит деньги у женщин. Когда мужчина берет деньги одной и тратит на другую, то это вообще сутенерство. Но он при этом же страдает - это самое важное. Ходит и кается. Да чего и не сделаешь в хорошем подпитии. Это и находит самый низменный отклик в наших душах. Подведем итоги - самые главные митины качества - глупость, пьянство и умение гулять за чужой счет. Перед нами идеальный мужчина.

Манера вещать устами черта или 14-летнего мальчика достойна всякого восхищения. Всегда можно что-то спорное списать на несовершенство героя. По этому принципу и библия построена. Я здесь давеча поступил на службу к богу. Жалование не очень большое, но стабильное и в евро. Но главное - хозяин обещал некоторые перспективы. По поводу убийства же он вообще сказал не заморачиваться. Это была вынужденная мера, но в итоге никто не обязан отчитываться.

Алешина эпилепсия почему-то куда-то делась. А в принципе, Алеша должен быть хорошим зеркалом общества. Ничего своего нет, но есть яркий талант к подражанию. Он, как обезьяна, будет повторять ваши действия, как попугай - ваши слова. Его дружелюбная сила без мыла влезет в вашу душу. Он станет серым кардиналом вашей жизни. Пророк, эпилептик, божий посланник - много синонимов нашел Достоевский.

Для критики логики католицизма автор выбрал Ивана и очень неудачно. Никак настолько правильный образ не укладывается в теорию вседозволенности и его софизмы ничто перед логикой Смердякова. Беседы при ясной луне с самим собой - непременный атрибут ловли белок. Твоя изменившаяся личность еще сохранила привычку быть тобою старым, но оценивает все уже другими категориями. Это может как нравиться, так и не нравиться - зависит от того, какого рода вопросы, образы, эмоции встают перед тобой. И беседа тебя старого с тобою новым тянется столь долго, сколь долго и в количествах раз шифер на твоей крыше начинает ходить ходуном. Этот обычный алгоритм изменения личности довольно точно совпал с "белой горячкой" Ивана, хотя, наверняка, этому его заболеванию дано неверное название. Достоевский настолько хорошо изобразил Ивана, что встает вопрос - не хочет ли он сам им быть. Если есть черт, то не факт, что есть бог. Но доказательства существования бога не предполагают с его стороны добро. "Добро" вообще есть относительная категория для логики. А посему - для кого-то и черт есть бог.

В общем и целом - типы направлений, определенных Достоевским и приуроченных к образу братьев Карамазовых, почему-то вертятся вокруг самого Федора Михайловича, что не только неверно, но и нескромно. Но, с другой стороны, как бы он это еще изобразил. Хотя - не может наша страна без распрей и ненависти. Ненависть же среди братьев, даже вперемешку с женщинами очень неубедительна. Будто наш человек и ненавидеть не умеет. Логический образ Ивана, наделенный рогами и хвостом, в него тоже не верится - он слишком правильный и болезненно верующий. Если сатана - это только сумасшествие, то это сводит на нет всю концепцию христианства. Образ Алеши настолько неоконченный, что больше верится в его подводную темную часть, чем в добрые начинания.

Резюме - для того, чтобы примерно представлять что-то об авторском замысле, нужно быть самим Федором Михайловичем. Пусть воскреснет и допишет.

Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода.

С этой библейской цитаты начинается роман. И она истинно отражает дух не жертвенности, а мученичества. Ибо Иисус доподлинно знал, что воскреснет.

p.s. Благородные чиновники, детские благотворительные фонды, честные проститутки - начитавшись Достоевского можно ведь во все это и поверить. Суд больше напоминает театр. Я бы изъял Федора Михайловича из школьной программы вообще. И, да - это нельзя не процитировать

Я эту Америку, черт ее дери, уже теперь ненавижу.

Зато помрем на родной земле.

История одной семьи, о вере, свободе и ответственности за зло. У каждого из братьев Карамазовых, свой путь. 

Собственно что могу написать на такое фундаментальное, философское произведение? Где поднимаются вопросы, о добре и зле, о боге, о любви к ближнему, о нравственности и вере? О сколько уже прекрасных рецензий и анализов написано на данное произведение, и какие-то мои попытки анализа кажутся смешными, да и не любитель я копаться в мозгах у персонажа, чем же он мотивировался что сделал так, а не иначе, поэтому тут чисто мои эмоции от прочтения.

Религиозные темы не мое, из-за этого первый том по большей части читался туго так как состоял из размышлений о вере, для меня религиозная тема, это та самая полоса за которую лучше не заходить. Собственно возможно из-за этого некоторые персонажи вызывают смятение и в моем понимании их действия и порыва находятся где-то  на уровне сумашествия. Читаешь и удивляешься, да другое время было, другие нравы, но все же, то как себя вели некоторые персонажи, прям волосы дыбом вставали.

Но когда началась детективная линия, тут прям втянулась, детективы это мое. 

Тут много героев, какие-то, как Федор Павлович, вызывают отвращения, хоть мужику и 50 лет, прекрасный пример «Бес в ребро».

Алешенька, прям лучик солнца, при появлении которого меняется и стилистика повествования, подсвечивая его доброту и надежду на лучшее.

Дмитрий, о этот эмоциональная неопределенность, поддаваясь эмоциям, не может мыслить структурировано. 

Иван, с одной стороны рассудительный, а с другой стороны уходит от ответственности он знатно.

Смердяков, такая темная лошадка, проходящая в тени.

Достоевский, очень красочно раскрывает всех персонажей, показывает их в разных событиях, их чувства и мысли. В последняя глава прям в сопли и слезы вбила. Не очень люблю открытые концовки, но тут она в самую тему.

Идея без любви или любовь без гордыни?

Или история о людях, оказавшихся на краю пропасти, во главе которой стоят раздоры, гордыня и человеческая слабость...

Второй том «Братьев Карамазовых» пролетел незаметно — мрачно, гнетуще, тревожно, но при этом на одном дыхании. Кто бы мог подумать, что испокон веков продолжается одна и та же игра: отцы и дети, любовь и ненависть, вера и сомнение, желание свободы и страх перед последствиями собственных поступков. Меняются эпохи, одежда и правила общества, но человеческая душа остаётся всё такой же противоречивой.

Неизменно лишь одно — цена расплаты. Рано или поздно всё возвращается бумерангом: слова превращаются в поступки, обиды — в ненависть, а маленькие слабости способны привести к большой трагедии. И когда рушится привычный порядок, становится уже не так важно, кто первым бросил камень. Важно лишь то, сколько людей окажутся погребены под обломками.

Итак, вот и завершила я знакомство с великим романом Фёдора Достоевского «Братья Карамазовы». Если первый том был скорее знакомством с героями, их характерами, страстями и внутренними противоречиями, то второй стал настоящей бурей, где все скрытые конфликты высыпались наружу.

А теперь по порядку:

«Русский весьма часто смеётся там, где надо плакать».

«Братья Карамазовы. Том II» — продолжение мрачно-психологического романа с яркими философскими нотками и социальной драмой. Если первый том был знакомством с семьёй Карамазовых, их характерами, страстями и многочисленными конфликтами, то второй обнажает конфликты и показывает последствия.

Роман как история о людях, которые оказались на грани падения, где любовь переплетается с ненавистью, вера — с сомнениями, а желание свободы — с ответственностью за собственные поступки. Роман сочетает в себе элементы психологической прозы, философского произведения, семейной драмы и даже судебного расследования. Однако, несмотря на сложные темы, в центре всё равно остаются люди со своими слабостями, мечтами, страхами и противоречиями.

После смерти Зосимы жизнь Алёши Карамазова и окружающих его людей продолжает идти своим непростым путём. Казалось бы, после всех семейных конфликтов ещё можно было остановиться, поговорить и попытаться исправить ошибки. Но увы... Когда слишком долго копишь обиды, ненависть и недоверие, однажды наступает момент, когда назад дороги уже нет. Вдобавок ко всему окончательно обостряются отношения отца и старшего сына. Деньги, наследство, ревность и любовь к одной женщине превращают обычные семейные ссоры в настоящую трагедию.

Возможно ли остановить поезд последствий, если он уже мчится на встречу?
Реально ли построить хорошие отношения на пепелище семьи?
И что важнее: истина или благополучие семьи?
Так или иначе, второй том становится историей о последствиях человеческих поступков. О том, как одна ошибка может разрушить множество судеб, а старые обиды способны привести к настоящей катастрофе.

Авторский слог — это отдельное испытание и при этом удивительно увлекательное. Повествование насыщенное, эмоциональное и психологически глубокое. Достоевский не боится заглядывать туда, куда большинство предпочло бы не смотреть: в человеческую слабость, зависть, эгоизм, страх и внутренние противоречия.

В романе герои не делятся на простых «хороших» и «плохих». В каждом из них смешиваются светлые и тёмные стороны, добрые намерения смешиваются с ошибками, а желание поступить правильно порой приводит к совершенно неожиданным последствиям.

Особенно впечатляет, как автор раскрывает внутренние переживания героев. Иногда кажется, будто мы оказываемся внутри чужих мыслей, сомнений и мучительных размышлений.

Да, роман нельзя назвать лёгким в привычном понимании этого слова. Некоторые философские рассуждения требуют внимания, а неспешное повествование может показаться непривычным и в какой-то степени мучительным. Однако, несмотря на это, история остаётся актуальной. Ведь меняются времена, но вопросы о добре и зле, вине, вере, любви и ответственности остаются всё теми же.

Дмитрий Карамазов. Один из самых противоречивых персонажей романа. В первом томе он кажется человеком, которым управляют страсти и желания, но во втором раскрывается гораздо глубже. За вспыльчивостью и необузданностью скрывается человек, способный чувствовать, любить, страдать и искать очищения. Дмитрий, на мой взгляд, постоянно совершает ошибки и часто сам становится причиной собственных бед.

P.S. Но, как говорится, все мы люди и часто не замечаем, что сами же роем себе могилу.

Иван Карамазов. Умный, образованный и рассудительный, он привык доверять разуму больше, чем чувствам. Однако второй том показывает, что одних логических построений недостаточно, когда человек сталкивается с реальной болью и последствиями своих идей.

Атмосфера романа, как и в первом томе, остаётся мрачной, вязкой и тревожной. Кажется, будто над героями постоянно висит невидимое облако из старых обид, невысказанных слов и ошибок, которые невозможно исправить одним поступком или извинением.

И самое удивительное — всё это происходит не в мире нищеты и безысходности, а среди людей, у которых есть деньги, образование и положение в обществе. Но автор словно напоминает: внешнее благополучие совершенно не означает внутреннего счастья. За красивым фасадом могут скрываться одиночество, страх, гордыня и глубокие душевные раны.

Второй том ощущается более напряжённым и тяжёлым. Если в первой части конфликты только зарождались и постепенно раскрывались, то здесь они начинают разрушать жизни героев. Каждый разговор словно наполнен скрытым напряжением, а за обычными словами часто скрываются боль, отчаяние или попытка защитить собственную правоту.

Второй том продолжает размышления о самых сложных вопросах человеческого существования. В первую очередь Достоевский обращается к теме семьи и показывает, насколько разрушительными могут быть равнодушие, отсутствие любви и неправильное воспитание.

Судьбы братьев Карамазовых становятся своеобразным отражением того, как сильно детство, отношение родителей и недостаток душевного тепла могут повлиять на человека.

Особое место занимает тема вины и ответственности. Автор задаёт неудобный вопрос: виноват ли только тот, кто совершил преступление, или ответственность может лежать и на тех, кто своими словами, мыслями, поступками или безразличием помог приблизить трагедию? Ведь человеческие поступки редко существуют отдельно друг от друга, а последствия одного решения способны затронуть множество людей.

«Дети в школах народ безжалостный: порознь ангелы божии, а вместе, особенно в школах, весьма часто безжалостны».

Плюсы:

I Масштабное и многогранное продолжение великого философско-психологического романа,

II Глубокое раскрытие человеческой природы и внутреннего мира героев,

III Насыщенный, эмоциональный и психологически сильный авторский слог,

IV Умелое сочетание семейной драмы, философии, социальной проблематики и элементов детективной истории,

V Эмоциональные и противоречивые персонажи, которых невозможно оценивать однозначно,

VI Огромное количество важных вопросов, заставляющих размышлять после прочтения,

VII Мрачная, напряжённая и неповторимая атмосфера,

VIII Богатый язык и выразительные диалоги,

IX Тонкое изображение человеческих эмоций и переживаний,

X История, которая остаётся актуальной спустя почти полтора столетия,

XI Поднимаются важные темы: семья и разрушенные отношения между близкими; отцы и дети; последствия неправильного воспитания; любовь и страсть; ревность и зависимость от чувств; деньги и власть материального; жадность и эгоизм; вина и ответственность; преступление и наказание; совесть и внутренний суд; добро и зло; вера и сомнение; Бог и духовный поиск; свобода выбора; человек и его природа; гордыня и смирение; прощение и искупление; одиночество; человеческая жестокость; милосердие и сострадание; борьба разума и чувств; мораль и нравственный выбор; влияние идей на человека; поиск смысла жизни..,

XII Непредсказуемо,

XIII Сильный и запоминающийся финал.

Минусы/Предупреждения:

Только предупреждение:

I Несмотря на все плюсы, роман эмоционально непростой и даже тяжёлый.

Мрачно-глубокий и удивительно многогранный роман о семье, человеческих страстях и вечной борьбе света и тьмы внутри каждого человека. История как размышление о том, что делает нас людьми, где проходит граница между добром и злом и способен ли человек найти путь к пониманию и прощению после падения.

Глубоко, тревожно и удивительно человечно.

Роман будет по вкусу тем, кто любит русскую классику, психологическую прозу, философские произведения, семейные драмы и истории, остающиеся актуальными спустя десятилетия.

А я рада, что наконец познакомилась с этим великим произведением. Правда, думаю, к Карамазовым ещё обязательно вернусь. И не только к ним.