Моабитская тетрадь

«Пусть ветер смерти холоднее льда, он лепестков души не потревожит. Улыбкой гордою опять сияет взгляд, и, суету мирскую забывая, я вновь хочу, не ведая преград, писать, писать, писать, не уставая». Муса Джалиль.

Когда-то я жила на улице Мусы Джалиля в Москве, но не знала ни этого замечательного поэта, ни его стихов. Очень больно и грустно читать стихи этого сборника "Моабитская тетрадь", зная то, что прошел этот человек, через что, зная, что его казнили. Он попал в немецкий плен, его посчитали изменником Родины, но там, в плену Муса Джалиль создал подпольную антифашистскую организацию. Как же больно, тяжело и грустно читать об этом. Его стихи почти все пронизаны этой болью, даже некоторые стихи о любви:

Любимая

Быть может, годы будут без письма, Без вести обо мне. Мои следы затянутся землей, Мои дороги зарастут травой.

Быть может, в сны твои, печальный, я приду, В одежде черной вдруг войду. И смоет времени бесстрастный вал Прощальный миг, когда тебя я целовал.

Так бремя ожиданья велико, Так изнурит тебя оно, Так убедит тебя, что «нет его», Как будто это было суждено.

Уйдет твоя любовь. А у меня, Быть может, нету ничего сильней. Придется мне в один нежданный день Уйти совсем из памяти твоей.

И лишь тогда, вот в этот самый миг, Когда придется от тебя уйти, Быть может, смерть тогда и победит, Лишит меня обратного пути.

Я был силен, покуда ты ждала — Смерть не брала меня в бою: Твоей любви волшебный талисман Хранил в походах голову мою.

И падал я. Но клятвы: «Поборю!» — Ничем не запятнал я на войне. Ведь если б я пришел, не победив, «Спасибо» ты бы не сказала мне.

Солдатский путь извилист и далек, Но ты надейся и люби меня, И я приду: твоя любовь — залог Спасенья от воды и от огня.

Но есть у этого удивительного, мудрого поэта и стихи, написанные с юмором и жизнелюбием, не смотря ни на что:

Милая

Милая в нарядном платье, Забежав ко мне домой, Так сказала: — Погулять я Вечерком не прочь с тобой!

Медленно спускался вечер, Но как только тьма легла, К речке, к месту нашей встречи, Я помчался вдоль села.

Говорит моя смуглянка: — Сколько я тебя учу!.. Приноси с собой тальянку, Слушать музыку хочу!

Я на лоб надвинул шапку, Повернулся — и бежать, Я тальянку сгреб в охапку И к реке пришел опять.

Милая недобрым глазом Посмотрела: мол, хорош. — Почему сапог не смазал, Зная, что ко мне идешь?

Был упрек мне брошен веский; Снова я пошел домой, Сапоги натер до блеска Черной ваксой городской.

Милая опять бранится: — Что ж ты, человек чудной, Не сообразил побриться Перед встречею со мной?

Я, уже теряя силы, Побежал, нагрел воды И посредством бритвы с мылом Сбрил остатки бороды.

Но бритье мне вышло боком, Был наказан я вдвойне. — Ты, никак, порезал щеку,— Милая сказала мне.—

Не судьба, гулять не будем, Разойдемся мы с тобой, Чтобы не сказали люди, Что деремся мы с тобой!

Я пошел домой унылый. — Ты откуда? — друг спросил. — С речки только что, от милой! Похвалясь, я пробасил.

Я любовью озабочен. Как мне быть, что делать с ней? С милою мне трудно очень, Без нее еще трудней".

Откуда столько жизнелюбия и света?

Мне всегда больно читать о тех известных писателях, поэтах, актёрах, которых казнили или несправедливо осудили и убили. Сколько их таких - Муса Джалиль, Александр Солженицын, Варлам Шаламов, Осип Мандельштам, Николай Гумилев, Леонид Губанов - это только у нас! А сколько писателей, поэтов, актеров были особенно в советское время затравлены, доведены до самоубийства, спились. Не могу без слёз об этом говорить и писать. Но об этом надо говорить и надо помнить! Светлая память прекрасному поэту и самоотверженному, сильному, смелому, мудрому человеку Мусе Джалилю! Пусть его стихи звучат и песнями, как он предрекал, и просто в молчании, пусть его читают, знают и помнят!

"... Любовь, так и ты разливайся, горя!.. Мы с милой сольемся, как вешние воды, Чтоб там, где любил я, где жил я все годы, Багряные розы цвели, как заря".

Памятник Мусе Джалилю на одноименной улице в Москве:

Чтение стихов мне далеко не всегда даётся легко. Но поэзию Мусы Джалиля я очень сильно люблю. Его стихотворения наполнены такой реалистичностью, что понять их совсем не трудно. Я очень жалею, что не знаю татарского языка, а следовательно, не могу прочитать их в оригинале.

Обычно я читала стихи Джалиля от случая к случаю, вразброс. Но в этот раз решила прочесть его "Моабитскую тетрадь" от начала и до конца. Этот сборник просто прекрасен. В этих стихах столько патриотизма, желания хоть чем-нибудь помочь Отчизне, столько самоотверженности...

Данный сборник написан в тюрьме Моабит, где Муса находился в плену у фашистов. Джалиль со всей яркостью, с болью говорит о недостатке свободы:

Есть руки, ноги - всё как будто цело, Есть у меня и тело и душа. И только нет свободы! Вот в чём дело! Мня тяжко жить, неволею дыша.

Рассказывает он и про женщин, которые защищали нашу страну, находясь в тылу, и ни за что не предавали Отчизну:

Тогда она, покорна с виду, Сняв сапоги с "господских" ног, Берет мундир серо-зелёный И разукрашенный клинок.

И, развалившись кверху брюхом, Объятий сладких ждёт майор, Но вдруг он видит над собою Блеск стали и горящий взор.

"Ты осквернил мой край родимый, Ты мужа моего убил - И раскрываешь мне объятья, Чтоб утолить свой подлый пыл!

Ты пожелал, чтоб я ласкала Моей отчизны палача? О, нет! Кто к нам с мечом приходит, Тот погибает от меча".

И до чеканной рукояти Клинок ему вонзился в грудь. Майор, головорез отпетый, Окончил свой бесславный путь.

Но не только о войне пишет поэт. Даже в трудные годы он находит время и силы для довольно веселых житейских стихов. Например, "Хадича", "Любовь и насморк":

Что делать мне? Что предпринять? Не насморк, а стихия. "Душа моя" - хочу сказать, А говорю: "Апчхи!" - я.

К сожалению автор недостаточно популярен. А достоин на мой взгляд большего признания. Вот немного о нём:

Кому интересно, может почитать и историю самой тетради, написанной в плену, ибо она заслуживает особого внимания.

Данная книга пожалуй один из лучших сборников стихов о войне (героизме и любви и не только...), которые я читала! А ведь я вынуждена была читать их на русском. Наверное в оригинале, на татарском они ещё лучше... Его поэзия иногда пожалуй не такая складная, как мы привыкли от большинства русских поэтов. Но она действительно пропитана какой-то неподдельной искренностью, искренней любовью, тоской и долгом перед родиной. Наверное я редко, где ощущала вот это, такое чистое и даже я бы сказала "не отшлифованное" чувство - переживаний солдата. Ведь писатели творили свои произведения зачастую уже после войны и на воле. В атмосфере, где что-то можно скрасить и приукрасить. Здесь же ничего не приукрашено. И это подкупает. Ибо он не думает, как это лучше воспримет читатель и редакция. На воле писатели более зависимы от того, как оценят другие его труд и потому в искренности они наоборот уступают такому вот узнику. Который явно и не мечтал о славе писателя. Он был солдат и выплёскивал поток своих эмоций без опаски на цензуру, а делал это видимо, потому, что стихи его переполняли, согревали, давали стимул жить, ему и другим пленным. И вот это совсем обезоруживает, эти стихи просто не могут не понравиться!

Так видимо он себя осуждал, за то, что в плену не мог совершить больше:

Прости меня, твоего рядового, Самую малую часть твою. Прости за то, что я не умер Смертью солдата в жарком бою. [...] Только одна у меня надежда: Будет август. Во мгле ночной Гнев мой к врагу и любовь к отчизне Выйдут из плена вместе со мной.

Есть одна у меня надежда — Сердце стремится к одному: В ваших рядах идти на битву. Дайте, товарищи, место ему!

Ну, а вот и заслуженная память в честь автора: