Не плакать

Если книга Александра Баунова посвящена концу режима Франко, то роман Лидии Сальвер – его началу.
Главная героиня – неюная женщина за 60 – расспрашивает свою мать о ее молодости, то есть, о тридцатых годах прошлого века. Тогда юная Монсе жила в бедной испанской деревне, а в стране начиналась Гражданская война. Брат главной героини и ее будущий муж были буквально одержимы политикой, и противоречия между ними (один коммунист, второй анархист) были сильнее, чем их ненависть к Франко.
Впрочем, перед нами не просто история одной семьи или даже одной деревни. Параллельно с общением, повествовательница читает роман француза Бернаноса (это реальный писатель), ставшего свидетелем происходящих в Испании событий. Он дает трезвую и горькую оценку происходящего, и его свидетельства придают совсем иной масштаб частной истории. Пытаясь разобраться в истории родины предков и истории своей семьи Сальвер фиксирует, как быстро менялись люди в меняющихся обстоятельствах, как плодились доносчики, как расправлялись с людьми без суда и следствия.
Книга написана сухо, словно писательница берет название за руководство к действию. Однако она крайне интересна как с фактологической точки зрения, так и как отправная точка размышлений о диктатуре и жизни людей, угодивших в кровавую мясорубку.

Хорошая книга. Такая простая, обычная, в меру ироничная. О жизни простых людей в крайне тяжелые времена.

В последнее время тема иллюзорности свободы, равенства и братства меня преследует буквально в каждой взятой книге. Невольно погружаешься всеми мыслями в эти темы.... И после долгих раздумий к своему великому разочарованию приходишь к мысли о бессмысленности всего этого. Большинство людей действительно хотят жить спокойно, тихо, стабильно. Пусть даже под гнетом. И отчетливо видишь и понимаешь насколько нестабильны мысли и поступки толпы, если посягнуть на их привычный образ жизни.

Поэтому вопрос о том, насколько уместно пытаться расшатать устои и задать другой вектор направления народу неоднозначен. И чем больше я читаю о событиях тех времен, тем больше понимаю, что страдает простой народ. Он страдает в любой ситуации. И под гнетом, и во времена смуты... Стоит ли того то количество смертей, грязи, гнили и предательства, сколько выливается в такие времена? Понятно, что мы сами - самое большое зло. Понятно, что все это проявляется в людях и в мирное время, просто немного замаскировано и не так массово. Но стоит ли это тормошить настолько, что мы люди теряем моральный облик и становимся хуже животных? И берем единственный вектор - истреблять себе подобных.

Вот на такие мысли меня натолкнула очередная книга о простых людях, которые жили, трудились, верили, надеялись, любили, разочаровывались, умирали... Книга о временном историческом интервале, в котором уместилось столько, что дышать становится трудно. Гордые, сильные, слабые, податливые... Реалисты и мечтатели... Такие же люди как и мы с вами. Даже обидно... Годы идут, поколения сменяют поколения, а все остается как прежде.

Признаюсь, книга превзошла мои ожидания – название предвещало нечто нудно-плаксивое (думаю, в магазине я бы даже не взяла книгу с таким названием с полки), однако подозрения не подтвердились, – роман, за который автор получила Гонкуровскую премию 2014 года, оказался чтением серьёзным и увлекательным. Огорчили разве что многочисленные опечатки во встречающихся в тексте испанских словах с диакритическими знаками (и то, что француженка Лиди́ вдруг стала Лидией), но это к автору отношения не имеет и тех, кто испанским не владеет, никоим образом не смутит.

Роман повествует о событиях нескольких месяцев 1936 года в Испании времён Гражданской войны. Читатель знакомится с двумя свидетельствами о событиях, одновременно происходивших в одной испанской деревне («оливки да бабы»), революционной Барселоне и подвергшейся франкистской чистке Майорке. Автор совмещает рассказ своей матери о тех событиях с пересказом политического эссе известного французского писателя Жоржа Бернаноса "Большие кладбища под луной" (перевод на русский вышел в 1988 г., доступен в интернете). И главная ценность романа – то, каким удивительным образом контрастируют воспоминания этих двоих, и то, как в этом контрасте, противопоставлении, каждое становится насыщеннее.

За голову Бернаноса Франко назначил цену, потому что тот нашёл в себе мужество («как ни трудно даётся ему это разоблачение, ещё труднее оставаться безмолвным наблюдателем») рассказать миру о том, что на самом деле происходило на Майорке летом 1936 года, «назвать по имени грядущее зло», описать зверства фалангистов, хладнокровные расстрелы тысячи людей, о которых он не сразу, постепенно, к своему ужасу узнаёт. Будучи католиком, он разоблачает испанскую католическую церковь, ни словом не осудившую расправу с беззащитными людьми, более того, лёгшую «подстилкой под военных», подло благословив чистку, «слепую, догматичную и близкую к Террору»: «каких бы преступлений ни совершали католики, (…) все они мгновенно обелялись и прощались (…) вечерней молитвой», «договориться с испанскими Небесами оказалось легко». И вот, пока Бернанос осознаёт и пытается донести до мира катастрофу, происходящую в Испании, и, чувствуя своё бессилие, бежит во Францию, а затем в Южную Америку, юная мать автора, Монсеррат или просто Монсе переживает совсем другую историю.

Летом 1936 года Монсе оказывается в революционной Барселоне, в кратком и прекрасном «анархическом межвременье». Всеми замалчиваемое, оно становится для неё «чистым чудом», когда открывается настоящая жизнь и несётся с бешеной скоростью, переворачиваются с ног на голову все чувства и «сердца взмывают ввысь, к небесам». Автор описывает атмосферу эйфории, царящей на улицах, и счастья, разлитого в воздухе, среди спорящей, держащей пламенные речи и жгущей как мусор пачки банкнот, пёстрой толпы молодых людей, приехавших со всех концов света. Джордж Оруэлл тоже станет одним из этих молодых людей и опишет в эссе «Памяти Каталонии» ту Барселону («Главное же – была вера в революцию и будущее, чувство внезапного прыжка в эру равенства и свободы»). Счастье является Монсе в таком концентрированном виде, «будто вся радость её жизни сосредоточилась в этих нескольких днях», что семьдесят пять лет спустя воспоминание о том лете оказывается чуть ли не единственным, что осталось от всей жизни в её поражённой склерозом памяти.

Такой читателю предстаёт война, которую Бернанос и Монсе пережили одновременно, «он – с ужасом и омерзением, она – в лучезарной радости». Война эта закончилась для Испании годами диктатуры Франко, для Бернаноса – разочарованием и жизнью за пределами Европы, а для Монсе – бегством на протяжении многих недель пешком во Францию, в грязи, холоде и голоде, с ребёнком в простыне за спиной, в веренице женщин, детей и стариков, чтобы в новой стране «учиться по-новому жить и вести себя, не плакать» (вот откуда название).

Автор же подводит читателя к важному выводу. Описывая в романе все крупные политические течения того времени – коммунистов и анархистов (Диего vs Хосе), франкистов, – несогласие которых и «привело в конечном счёте к катастрофе», она даёт понять, что, кто бы ни победил, кто бы ни предстал в исторической перспективе «злом» или «добром», «правым» или «неправым», все эти лагеря суть одно – как франкисты с их чистками, так и республиканцы, позирующие «для потомков в разрушенных ими церквях и перед трупами убитых ими монахинь». И время то оказывается подлым для всех, «кто опасался гнёта, каков бы он ни был, и слушался своей совести, а не доктринёров с той или другой стороны». «Решительно, все фанатизмы на одно лицо и все друг друга стоят» – заключает Лиди Сальвер.

Post scriptum добавлю, что роман изобилует нецензурными словами и нарочными речевыми ошибками, нужными для живой передачи рассказа малообразованной, да ещё и говорящей на неродном французском языке испанки (каталонки) Монсе, а также не лишён иронии, особенно в описании доньи Пуры – старой девы, фанатичной католички и сторонницы Франко («единственного исключения в её эротической карьере»). Так, в одном небольшом романе автору удаётся совместить трагедию войны, романтику юности и ироничность повествования, и это прекрасно.

Своеобразная книга.
Лето 1936 года. Испания, раздираемая франкистами, коммунистами, анархистами. Церковь, чье влияние на испанцев всегда было очень велико, вставшая на сторону франкистов, тем самым поощряя массовые убийства сограждан. Люди, давно знающие друг друга и ставшие вдруг врагами. И среди этого жизнь "отрезанной от мира деревушки, где из века в век крупные землевладельцы держат <...> семьи в крайней бедности".
Монсе, героине романа, всего 15 лет. Это лето, когда разрушились все ее представления о незыблемости мира, о его неизменности, когда то, о чем раньше было невозможно и помыслить, стало явью, а все запреты были отметены прочь, стало самым ярким воспоминанием ее жизни. Более семидесяти последующих лет слились в серость будней, дни смазались так, что их уже и не различить. Но лето 1936 года, "когда жизнь и любовь ворвались в ее судьбу, то лето, когда она дышала полной грудью и жила в ладу с миром, то лето молодости без границ" навсегда осталось в ее памяти.
По воле автора в книге жизнь простых людей тесно сплетена с судьбой писателя Жоржа Бернаноса. Взгляды Бернаноса, его протест против бесчеловечности происходящего, его боль и ужас, строки из его статей перемежаются с рассказами о Монсе, ее семье. Это рассказ о войне, которую Бернанос и Монсе пережили одновременно:

Родители Лидии Сальвер - выходцы из Испании, вынужденные бежать оттуда во Францию, где уже и родилась сама Лидия. Читала, что многие моменты книги вполне реальны и были написаны под впечатлениями от рассказов матери автора. Не знаю, насколько эта книга биографична, но все очень правдиво, очень по-настоящему.
Книга очень эмоциональна, характеры... все словно живые. Молодая кровь, бурлящая в жилах, заставляющая протестовать: против несправедливости, против древних устоев, против запретов. Молодая кровь, требующая подвигов и любви как духовной, так и физической. Хосе, Монсе, Диего. И разочарование в идеалах, ужас от пролитой и проливаемой крови, любовь, оставшаяся лишь в памяти. Сильно, очень сильно.
Но вместе с тем автор погружает нас в скучные экскурсы по истории. Порою мне казалось, что я читаю учебник. Перечисление дат, исторических событий, этапов, факторов.
И после сухости строк вдруг врывается жизнь реальная - с похабщиной, непристойностями, нецензурщиной. На мой взгляд, всего этого слишком много, да и не знаю, насколько необходимо в принципе, употребление всего этого.

Очень вольно автор обращается и с языком. Рассказы матери и автора-ее дочери слиты вместе, знаки препинания отсутствуют, прямая речь, диалоги сплошным текстом. Возможно, автор так отображает анархию того "безвременья", отсутствие правил, быть может, это отображение речи "неимущей сволочи", неграмотных бедняков. Тут мы можем придумать целое множество объяснений. (В этот момент у меня перед глазами стоит картинка, где учитель пытает автора о том, что он хотел сказать своим произведением.) Но лично мне не нравятся подобные эксперименты.
Купила книгу для своей дочери год назад. И вот сейчас мой уже семнадцатилетний ребенок заглядывает мне в глаза и ехидно спрашивает о моих впечатлениях. И я, тщательно подбирая слова, отвечаю:

• Своеобразно. Весьма.

В своем последнем романе «Не плакать» («Pas pleurer»), вышедшем в издательстве «Seuil» и завоевавшем престижнейшую литературную премию Франции — Гонкур (Le prix Goncourt) 2014 года, Лиди Сальвейр обращается к временам Гражданской войны в Испании. И нет в этом ничего удивительного для человека, родившегося в одной из многочисленных семей, бежавших во Францию после победы войск Франко и капитуляции Республиканского режима.

«Лучезарное лето моей матери и скорбное лето Бернаноса: две сцены одной и той же истории»

Перед нами повествование на два голоса, которые то вступают в резонанс, то дополняют друг друга. Один — гневный голос писателя Жоржа Бернаноса, жившего в 1936 году на Мальорке и ставшего свидетелем резни «недостойных бедных» франкистами. Рьяный католик, роялист и националист, сын которого носит синюю рубашку «Фаланги», Бернанос, кажется, никак не может оказаться на стороне республиканцев, но и не поверить собственным глазам тоже не в состоянии. Обличение насилия, поддержанного католической церковью, громко прозвучит в его книге «Большие кладбища в лунном свете». Ни один французский писатель или интеллектуал того времени, даже из числа придерживавшихся левых взглядов, не высказался столь горячо и определенно с предупреждением о готовящейся мировой бойне...

Второй голос в романе принадлежит матери писательницы — Монсеррат Монклус Аржона, прозванной близкими Монтс. В 1936 году ей было всего пятнадцать, и даже ее рассказ об ужасах и нищете каталонского детства словно подсвечен солнцем. Очарование ее голосу придает своеобразная смесь французского языка с испанским — fragnol. Монтс и ее брат Жозе свято верят в светлое будущее и новую молодость мира. Увы, природная жизнерадостность не является спасением от всех бед. Вскоре Монтс должна будет оставить любимую Барселону, а Жозе окажется жертвой внутренней борьбы в республиканском лагере, когда опекаемое СССР и Коминтерном крыло проведет «чистку», избавившись от неподконтрольных и антисталинских элементов.

Но все это будет потом, а пока они живут надеждами…

Я крайне редко пишу отзывы, но в данном случае не могу не написать. Роман буквально проглотила за пару дней и осталась под большим впечатлением, да и как может быть иначе? Ведь в нём описана реальная история жизни матери писательницы на фоне гражданской войны в Испании. Это история простой девушки из бедной деревенской семьи, для которой лето 1936 года оставило в памяти неизгладимый след... Да, война ужасна, и обо всех её ужасах пишет второй протагонист, писатель Жорж Бернанос. Как истинный гуманист, он не может молчать, наблюдая за тем, как террор раскрывает свою бездонную пасть, пожирая по большей части ни в чем не повинных людей. И он пишет об этом, один из немногих, кто отважился на подобный шаг в то непростое для страны время. Вот только Бернанос журналист, писатель, он привык мыслить широко и смотреть на события беспристрастно. В то время как юная Монсе (мать писательницы) всего лишь плохо образованная и почти не знающая мир девушка. Огонь революции зажег огонь и в её сердце, дал ей возможность увидеть другую жизнь, ту, о которой она и мечтать не могла. Летом 36го в Барселоне царила анархия и все блага, раньше доступные только для богатых, стали достоянием общественности, и это не могло не кружить головы. Этот роман заставляет задуматься, сочувствовать, сопереживать, не это ли самое главное в литературе? Мне попадались отзывы на эту книгу, в которых читатели жаловались на то, что сюжет затянут, в нем слишком много политики. На это я могу сказать, что в то время в той ситуации, сложившейся в мире, не думать о политике было невозможно, ею и её последствиями была пропитана Жизнь. О таких вещах, на мой взгляд, очень полезно читать и размышлять, а то, что политические события вплетены в жизнь героев книги делают сюжет таким, от которого сложно оторваться. Для меня это 10/10, однозначно рекомендую к прочтению.