Хромая судьба

Хромая судьба . Хромая жизнь . Нет ровной , прямой дороги в литературе. Ни тогда , на заре советской власти , когда всё начиналось со светлых и правых идей . Ни во времена писателя Феликса Сорокина .На фоне вполне реальных писателей советских времен , талантливых фронтовиков , повидавших войну и писавших о войне , живёт и вполне процветаем писатель- баталист, бытописатель героических , эпохальных сражений .Умело пользовавшийся всеми благами предоставляемыми Системой и Литорганизациями своим почетным членам . Пишущий на заказ и пишущий в стол . Не плохой человек и не особо хороший ... так . Серединка на половинку , как все мы .И почти ежедневно решающий внутри себя проблему :"а надо ли мне дальше горячиться или же, подобно многим до меня , стоит бросить работать и начать вместо этого хорошо зарабатывать ". И " ..лавируя между тем,что я на самом деле думаю, и тем , что мне думать , по общему мнению , полагается..".
Юмор , описание среды , атмосферы в литературных кругах того времени заставляют вспомнить "Театральный роман", но только там братия театральная, здесь - литературная . Роман в романе - опять таки Булгаков и "Мастер и Маргарита" .
АБС цепляют , не дают расслабится . Всякие душевные кошки начинают выпускать коготки и царапать душу вопросами . На которые почти нет ответов . А если , по чистой случайности , тебя озарит вроде правильный ответик , то тут же появится ещё пяток новых вопросов . И в конечном итоге - полное неудовлетворение душевное ...и недовольство собой и несовершенством мира ... Но на то они и АБС , чтобы не расслабляться, так сказать . Чтобы довольство собой было последнее , что мы можем испытать на этой грешной земле .

Название романа идеально описывает мои взаимоотношения с творческим дуэтом Аркадия и Бориса Стругацких.
Новый текст, погружение в историю, восторг от тех пластов, что намешаны в тексте, попытки разгадать метафоры и уловить хотя бы часть исторических и литературных отсылок и... И в то же время полное неприятие текста с точки зрения вовлеченности в него. Как правило, я остаюсь где-то на периферии романа, совершенно не проникаясь им и оставаясь не захваченной описанными событиями. Так произошло и тут.

Перед нами сплетение двух историй о двух писателях - один из них оказывается изгнанников в провинциальном городке, высланным туда после стычки с Президентом. Впервые за 12 лет встречает свою дочь, погружается в странный заговор с участием очкариков из лепрозория, которые погибают без книг и собираются строить новый мир с участием детей. Дети самое пугающее, что вообще есть в этом романе - некие кукушата Мидвича, не по годам взрослые и равнодушные к собственным семьям.
Второй писатель отвечает на звонки, которые зачем-то раздаются перед самым выходом из дома или в утреннюю рань, пишет в стол великий роман всей своей жизни, спрятанный в синюю папку, и остается известен как писатель одного романа.

Тут очень много событий - настоящий шпионский триллер, и, в то же время, много размышлений о том, в чём же смысл человеческого существования, что мы даем своим детям и к чему вообще стремится человечество.
Льет дождь или сыпется с небес снег уже не так важно. Важно, что время выходит и смысла в этом всём не так уж и много.

Впервые я прочитала книгу ещё в школьные годы и запомнилась она тогда своим атмосферным загадочно-мистическим сюжетом о странных то ли болеющих, то ли нет, но точно очень умных и много читающих людях (мокрецах). В сегодняшнем прочтении многое открылось по новому.

Для начала, "Хромая судьба" это роман о романе наподобие "Мастера и Маргариты". Используется тот же литературный приём, где повествование ведется попеременно глава из основного сюжета/глава из вложенного/глава из основного и т.д. Только вот есть некоторая несвязанность двух сюжетов, а если точнее, романы вполне обособлены друг от друга, нет перетекания персонажей или каких-либо существенных сюжетных переплетений, в отличие от того, как это происходит у Михаила Афанасьевича.

Название "Хромая Судьба", оно конечно, пафосное и красивое, но такое ощущение, что налеплено сверху как этикетка от другой конфеты. Я не особо поняла о чьей судьбе речь и в чём её хромота.

Кроме того, книга отнюдь не такая целомудренная как мне это до сих пор казалось. Главные герои обоих романов не на шутку увлечены пьянством. По сути пьянство и чревоугодие это единственные виды их досуга, что конечно же служит не самым лучшим примером.

Но не поймите меня неправильно, всё упомянутое это скорее мелкие не шибко существенные наблюдения. Сам по себе роман отличный, он увлекает и пронимает бесконечным числом разветвляющихся мини сюжетов, каждый из которых оставляет пространство воображению читателя навыдумывать на свой вкус. И тут-то как раз оно и затягивает, нет-нет да и улетишь мыслью в размышления аля "а и правда, а что было бы если бы...". Герои непрерывно размышляют о насущном и задаются всякими вопросами бытия. Да и вообще книга провоцирует к размышлению, о том, как мы живём, зачем живём и какой пример показываем своим детям.

Перечитать.
Я должна перечитать, обязательно, установка, да.
Пусть весна начнется летом.
Тем самым летом с тем самым словесным волшебством.
Мне есть что вспомнить, и это чертовски отрадно, и пусть настроениячасаночи горят и светят не дольше одинокой искорки, а хорошо!..
неподражаемо хорошо
с наивностью полагать, что взяв в руки камеру далеко в пространстве и времени, удастся сохранить все восхитительные диалоги Хромой судьбы, которые даром что наизусть не были выучены =) Спасибо за заочное знакомство, да-да ;)
рядом уже который месяц лежит заветная книга, найденная в последний момент на букинистических полках, ищущаяся ровно две недели, безуспешно и везде, - девятый том, м-м-м, это уже где-то было! :), глянцевиная обложка и шёпот, и слова благодарствия. Она есть, она осязаема, в отличие от прочитанного электронного варианта серыми буквами на зеленоватом фоне, ее можно читатьскарандашом, ее можно вытащить прогулятся по весенним дождливым улицам и терятся в ней в сонных ожидательных местах =)
Да вообще.
И миноги, и - "это вам не выпивать и закусывать квантум сатис!", и сцена с детьми и насморочной "акселерацией" Павора..
Надо не забыть, все-таки :)
Спасибо. Именно услышав, именно познакомившись через посредство, я вижу ее такой. И всех Стругацких =) А слов ведь нет для того, что было уже высказанно неоднократно, даже какое-то настроение, то, что принято называть стилем - совсем другое в общем выходит, но какая в сущности разница, если есть хоть какая-та концепция, когда оно само по себе без слов замечательно :)

только в этом издании, я смотрела, мы же специально искали правильное!!!, нет Гадких лебедей, книга урезана в самой значительной ее части, это оооочень неграмотно!!

Прослушала эту книгу, но как-то не легла она мне на душу. Такое ощущение, что хочется укусить руку, которая тебя кормит, поплевать в колодец, из которого пьешь. И дань времени.
Не люблю такие вещи. Со Стругацкими у меня сложные отношения, какие-то книги люблю, какие-то с интересом читаю, но некоторые, в том числе и эта, совсем не мои. Да, вроде бы почти не фантастика, про жизнь, но не нравится мне такая жизнь, а главное, не нравится такое отношение к жизни. Скрасило книгу исполнение Карапетяна, благодаря ему и дослушала эту книгу.

Эта книга показывает бессмысленность жизни. То что все ценности которые сейчас восхваляют могут совсем ничего не стоить для другого поколения. И здесь есть это поколение. Они задают неудобные вопросы и хотят построить жизнь по другому. Сначала читая эти разговоры хочется защитить от них взрослых людей, показать как они не правы. Но постепенно задумываешься а так ли хорошо, то что мы восхваляем. И уже ищешь альтернативу. Увы старшее поколение в книге только пьет и доживает. Как-то нет у них уже ни целей, ни желаний. Обидно, что авторы списывают людей уже после сорока в непригодные. И жаль, что нет таких мокрецов, которые смогли бы изменить мир.

Обожаю Стругацких. А это удивительное произведение особенно – два в одном, книга в книге, история в истории. Меня восхищает точность их формулировок, не повесть, а сборник цитат, а как тонко они разбираются в человеческой натуре. Не знаю какая часть мне больше пришлась по душе, «Гадкие лебеди» с их извечной проблемой отцов и детей, в которой поколения не понимают друг друга из-за различия взглядов и ценностей. Очень атмосферная часть с ее мокрецами и дождем. Или все-таки история немолодого писателя Феликса Сорокина с его серыми нудными творческими буднями. Стругацкие очень убедительно нарисовали писательскую тусовку встречи с поклонниками, общение с коллегами. Часть полна сатиры и метафор.
Очень многоуровневая повесть глубокая и прекрасная, атмосферная и заставляющая думать, впрочем как всегда у Стругацких.

"Послевкусие" этой книги сильно напомнило мне "Понедельник начинается в субботу". И это ни в коем случае не является недостатком. Создается впечатление, будто на протяжении всей истории тебе пытались мягко, как ребенку, втолковать что-то, и кажется, ты уже даже почти понял, что, но тут книга заканчивается, и остается только самому дойти до нужной мысли или отбросить ее в сторону.

Книга повествует о писателе, которые пишет книгу о писателе. Уже довольно зубодробительная матрешка, но все же разобраться стоит. Писатель "внешний" и условно реальный - Феликс Сорокин. Немолодой, многое повидавший, много написавший, в том числе и произведение под кодовым наименованием "Синяя Папка". Эту книгу он пишет давно, но никому о ней не рассказывает и считает своим лучшим произведением. Писатель "внутренний", герой Синей Папки, Виктор Банин - модный автор, также видевший многое, живущий в довольно странном мире. Так же, как и в "Понедельнике", здесь есть некая отгороженная часть территории, за которой неведомое. И это неведомое просачивается наружу. На обоих писателей немилосердно давит действительность, действительность странная, не без своих загадок, но обоим осточертевшая до крайности.

В целом, книга мне понравилась, хоть я и путалась поначалу - герои казались очень похожими, локации и ситуации перемешивались, но эту кучу все же удалось разгрести и получить удовольствие от книги.

Плохо (и, чего уж там, обидно), когда читаешь книгу, в которой встречается много интересных мыслей, и не встречаешь в ней ни одного героя, на чью сторону хотелось бы стать и задержаться там на какой-нибудь значимый (для себя, не для героя) период.

Производственный роман о тяжелых буднях писателей скучен, кто бы его ни писал. Ибо получается все тот же "бурный романчик между женатым начальником главка и замужним технологом на фоне кипящего металла и недовыполнения плана по литью", только вид сбоку и прищурившись.

Вечно пьющие и жрущие писатели в какой угодно реальности тоже не вызывают ни капли симпатии, какие бы ценные мысли они ни выдавали в процессе закусывания водочки миногами или наваристой солянкой.

Красочно описанное "быдло", "столпы общества" и "отцы нации" не могут вызывать симпатии просто по умолчанию.

Но и противостоящие им архитекторы нового мира тоже вызывают отторжение: не своим внешним видом, а стратегией и тактикой.

Самые же большие мурашки бегают от детей, которые ведут себя как взрослые - слишком по-взрослому. Опять же несмотря на разумность большей части теорий, которых придерживаются их добровольные педагоги.

Вообще не представлю, а что тут можно написать. Для меня во многих случаях Стругацкие настолько полно всё говорят в своих книгах, что за её пределами слов будто и не остается.

Если говорит о сюжете и структуре романа - то это два мира, две линии повествования, два героя. Творец - Феликс Сорокин, писатель, прославившийся военно-патриотической повестью, что в стол пишет фантастику в синей тетрадке. Душновато в его мире, немножко страшненько, но на исписанных им странницах все куда мрачнее. Там - писатель Банев, сосланный в родной город после общения с Президентом. Там лепрозорий за колючей проволокой с мокрецами - не заразными и странными, что запросто за все ограждения выходят и под проливными дождями расползаются по городу. Там творцы - продавшиеся Президенту, ставшие после этой сделки всего лишь бездушными марионетками, ибо в этой сделке они платили своим талантом, возможностью пользоваться им. Там дети - всевидящие и не пуганные еще, желающие для себя лучшей жизни, дабы не стать такими, как их родители. Там - надежда, не искореняемая, не убиваемая, живучая до последнего вздоха.

Пророческий дар Стругацких ужасает. В современных реалиях книга читается не просто как сбывающееся предсказание, нет, она будто нечто священное, приводящее в трепет, как Грааль и непостижимое до конца. О таких книгах тяжело говорить или писать - нет, слишком многое завязано тут на том, что не терпит изречений, что должно оставаться внутри до созревания, до момента - то ли страшного суда, то ли нового пришествия, то ли чего-то еще такого же эпичного.