Учитель фехтования

Самыми прогрессивными вкладами в развитие человечества он считал изобретение печати и гильотины.

– Любовь, дон Хайме... Любовь, – продолжал он, на мгновение погрустнев и задумавшись. – Только она может сделать нас счастливыми, но именно она, как это ни странно, приносит нам самые тяжкие муки. Любовь – это рабство, дон Хайме.

– Раб лишь тот, кто ждет чего-то от окружающих. – Маэстро пристально посмотрел на своего собеседника, и тот смущенно заморгал. – Быть может, наша общая ошибка именно в этом. Тот, кому ничего ни от кого не нужно, остается свободным. Как Диоген в своей бочке.

Я не выношу оскорблений, тем более в такой поздний час...

- Влюбился, как последний щенок. По уши.Дон Хайме кашлянул и пригладил усы.
– Если не ошибаюсь, – заметил он, – уже третий раз за этот месяц.
– Ну и что? Уж если я влюбляюсь, то влюбляюсь по-настоящему.

"Любовь, – продолжал он, на мгновение погрустнев и задумавшись. – Только она может сделать нас счастливыми, но именно она, как это ни странно, приносит нам самые тяжкие муки. Любовь – это рабство, дон Хайме."

— А я признаю насилие. В этом понятии множество тончайших оттенков, уверяю вас. Цивилизация, отрицающая возможность прибегнуть к насилию в мыслях и поступках, разрушает самое себя. Она превращается в стадо баранов, готовых лечь под нож любого проходимца. С отдельными людьми происходит в точности то же самое.

— По-моему, как раз что-то в этом духе писал Сервантес. Разница лишь в том, что вы идальго оседлый, ваши ветряные мельницы внутри вас самого.

Сделать вызов означает вынудить соперника покинуть удобную позицию.

Все мы однажды убегаем.

Если женщина хочет быть привлекательной, она должна окружать себя тайной.

Позвольте же мне, сеньора, не изменять старым привычкам. Они - моё единственное богатство.

С рапирой надо обращаться так, словно у вас в руке птица: держите ее мягко, чтобы не раздавить, и в то же время крепко, чтобы не дать ей улететь...

К величайшему сожалению, размышлял дон Хайме, современный мир предлагает молодежи слишком много соблазнов, лишающих юные души мужества, столь необходимого, чтобы уметь наслаждаться таким утонченным и сложным искусством, как фехтование.

Дон Хайме подумал, что в памяти каждого мужчины дремлет горькое и нежное воспоминание о какой-нибудь женщине; у него в жизни тоже было нечто похожее, но его история закончилась много лет назад.

Разорвав нити, марионетка начинает действовать самостоятельно

Он посмотрел на свое отражение в зеркалах, развешанных на стенах: старый учитель в окружении последних верных учеников.

Покупка книг- удовольствие отнюдь не дешевое - была его страстью, которой он придавался, увы, не так уж и часто