— Меня не волнует, что однажды меня не станет, — продолжил Лукас через какое-то время. — Меня ведь не напрягает тот факт, что меня здесь не было сто лет назад. Полагаю, что смерть будет во многом схожа с этим. Через сто лет моя жизнь будет такой же, какой была сто лет назад.
<...>
— А я тебе скажу, что остается навечно. — Он повернул голову, чтобы она услышала его наверняка, и Джульетта приготовилась услышать нечто банальное — вроде «любовь» или «твои кастрюльки».
— И что же остается навечно? — поинтересовалась она, уверенная, что пожалеет о вопросе, но чувствуя, что он хочет его услышать.
— Наши решения.
<...>
— Извини, так ты сказал «наши решения»?
Лукас повернул к ней лицо:
— Да. Наши поступки. Они остаются навечно. Что бы мы ни сделали, этот поступок остается навсегда. Его уже нельзя изменить или отменить.