Война и мир. Том 3-4

Литературный ассортимент сейчас велик, как никогда. Взыскательному читателю в наше непростое время доступны во всём своём разнообразии потрясающие батальные картины. На полках магазинов и библиотек есть целые разделы с глубокими философскими трактатами, психологическим анализом и экзистенциальными изысканиями. Под суперобложками громоздятся разнонаправленные введения в религиоведение. Любители старины будут рады тонким бытописаниям давно минувшей блестящей эпохи. На полках архивов пылятся скрупулёзные исторические хроники вперемежку с профанациями, реляциями и политическими обзорами текущих событий. В мягких обложках на книжных развалах широкий ассортимент фривольных любовных пассажей.
Если все эти книги собрать вместе, то получится небольшая библиотека, которая потребует хорошего книжного шкафа, который в свою очередь займёт место в квартире. Он встанет в порядочную сумму и наверняка создаст массу лишних хлопот. Собирать его, потом об него запинаться, двигай туда-сюда, а раз в полгода протирать от пыли. Не ровен час, с табуретки навернёшься!
На выручку придёт «Война и Мир», которая в четырёх томах содержит это всё вместе! Она расскажет вам всё, разложит по элементарным, как детский конструктор, составляющим, а потом соберёт воедино, и тут уже получится такой Давид Микеланджело, такая Венера Милосская, что захватывает дух! При этом «Война и мира» займет впятеро меньше места, чем коробка из-под мультиварки, которая валяется на антресолях потому, что гарантии ещё полтора года осталось.
Или лучше так. Однажды светлым сентябрьским утром я сидел на берегу реки Волги, в прохладной воде которой только что окунулся. Другой берег в голубеющей дали я различал с трудом. Сидел с мокрой головой и восхищался спокойной, мерной, но абсолютно тотальной и бесчеловечной силой. Доброй, но безразличной. Рядом со мной стояли рыбаки и ершей с окуньками промышляли. А были бы не с удочками, так можно и на стерлядь замахнуться и на осетра шестиметрового позариться!
Ещё Волга – это ГЭС, это электричество для тысяч домов, заводов, фабрик, фонарей, которые не дают случайным прохожим заблудиться во тьме. И это пейзажи, фуникулёры, набережные, как будто нарочно созданные для того, чтобы под ручку ходить. И это степи, леса, поля, где на просторе есть, где развернуться богатырю! И это пойменные луга со своим разнотравьем, от которого сельскому хозяйству польза.
И ещё это гордость патриоту, который Волгой утрёт нос англичанину, немцу и французу, которые таких рек и не нюхали! Понятно, что Темзу (Шекспир), Рейн (Гёте) и Сену (Гюго) и тоже не больно-то лаптем перекинешь, но чтобы было настолько глобально и всеобъемлюще, как у Толстого… Не знаю!)
И это радость и восторг романтика, сидящего на берегу с сырыми, дыбом вставшими волосами и мурашками по коже.

«Война и мира» всем, каждому! И пусть никто не уйдёт обиженным!

Один недостаток у книги – читать её без подготовки, без десятков прочитанных до неё книг и без сколько-нибудь сформировавшегося мировоззрения, пожалуй, просто глупо. Но на то она и великая вещь, чтоб подходить к ней с почтением, трепетом, толком и расстановкой.
Важным достоинством «ВиМ» можно назвать её перечитываемость. Потому что уследить за всеми сюжетными линиями, перипетиями и тонкостями за раз просто невозможно. В первый раз я «поймал» линию войны, теперь «поймал» Пьера и Долохова. В следующий раз объявляю охоту на Курагиных и Ростовых!

Война и мир не зря считается таким грандиозным романом, не зря он известен каждому, даже не читавшему его, он в самом деле впечатляет. Не могу не отдать должного Льву Николаевичу. Он не просто писал, не просто сочинял, он хорошо и вдумчиво работал с реальной историей. Ведь смотрите, в романе война с французами не просто как декорации. Толстой глубоко и основательно рассуждает о ее причинах, о ее сущности, о том, почему так все произошло, хотя, с одной стороны, не должно было, но с другой стороны, только так и могло произойти.
И в то же время описания войны не затмевают жизненных линий отдельных героев, персонажи не теряются среди батальных сцен.

Наверное, я не согласна, что такую популярность как персонаж имеет Наташа Ростова. Да, в книге хорошо прослеживается ее взросление, как от юной восторженной и наивной девчонки она вырастает в хорошую девушку с добрым, любящим сердцем. Ее любовная трагедия достойна сопереживания. Но все-равно отчего-то она меня не цепляет. Вот Пьер, трогательный и застенчивый великан, цепляет. Наверное, он просто показан более многогранным человеком, и его характер раскрывается не только посредством сцен, связанных с нежными чувствами и переживаниями, но и с войной, пленом, масонским орденом, пленом.

Мой марафон чтения великого произведения затянулся почти на шесть лет. Нет, роман на самом деле интересный, просто так вышло. Но главное - я это сделала. А на досуге продолжу обдумывать персонажей, их чувства, мысли и поступки.

Возвращение произошло совершенно спонтанно и случайно: я внезапно обнаружила, что, спустя энное (достаточно большое) количество времени со дня прочтения Великой эпопеи, я помню ее до деталей. Начиная с "неба Аустерлица" до подробностей необдуманной интрижки восторженной девочки с блестящим офицером, безнадежно сломавшей жизнь другому, да и всему этому треугольнику.
Ой, говорите Наташа любимая героиня Льва всея нашей литературы? Да нет у него любимых героинь. Потому как отношение Толстого к женщинам было весьма неоднозначным и запутанным. С одной стороны он их, вопреки всем истерикам феминисток, жаждал вожделенно, а с другой, согласно, кстати, давней русской привычке, считал женщину существом все же вторичным. От того, Наташу Безухову, во девичестве Ростову, автор полюбил на последних 10 страницах, когда она воплотила тот самый принцип ДКЦ, если переводить на русский немецкие три К. Как говорится, "вот теперь тебя люблю я, вот теперь тебя хвалю я", а не тогда когда ты по комнатам прыгала, соловьев слушала у окна открытого и с офицерами на балах кружила.
И все-таки, что же кроется в этом огромном, почти что графическом литературном полотне, которое сродни разве что "Последнему дню Помпеи" Карла Брюллова в живописи да, пожалуй, Allegro con brio из Симфонии №5 Бетховена. Помните? Гигантские массы музыки накатывают, подобно цунами, сминая все ваши эмоции, как пустые обертки от конфет, "в один ненужный ком". " Вона и мирЪ". Всего-то одна буква, откинутая чьим-то волевым решением. Может она и не нужна была в других местах, а вот здесь без нее весь смысл романа, как говорят на Украине, "до горы дрыгом". Ничего ЛЁв, именно так он сам себя называл, Николаевич,зря не делал. Ни одного лишнего слова, ни одной лишней буквы. "Война и мирЪ", именно так, и именно в таком порядке. Ибо война - эта та самая вселенская катастрофа, которая способна разметать бремя страстей человеческих и сделать из отдельных людей МирЪ. И только миръ может обуздать этого дикого зверя и повернуть стихию вспять.
Хорошо, скажете вы, а как же роль личности в истории? Как же тогда Кутузов. Наполеон, Государь император Александр Павлович? Каждый из них играет свою скрипку в сложнейшем человеческом оркестре. Но не было бы их, пришли бы другие, с другими, как сейчас любят говорить, интерфейсами и никами. Личность заменить можно, ее рождение или смерть всего лишь стечение обстоятельств, а вот целый народ другим не заменишь. Он существует вне контекста соединения сперматозоидов с яйцеклетками и даже вне контекста ДНК. Потому что народ, тот самый мирЪ, это уже сущность Космическая.
Тем более, народ русский. Ибо мирЪ - понятие совершенно уникальное, существующее только в нашем языке и на нашей одной шестой части суши. Понятие Русский миръ - явление даже не столько социальное, но более всего ментальное. И попытки его разрушить всегда оборачивались бедой прежде всего для инициатора. Потому что мирЪ он ведь, как поле пшеницы: сотни колосков, а в них зерно золотое. колоски погибают, уходят в зерно, а то в свою очередь - в муку и хлеб. А хлеб, как известно, всему голова. И нескончаем этот вечный круг, как нескончаема жизнь.

Я рада, что в школе прогуляла прохождение "Войны и мира". Благодаря этому сейчас я смогла спокойно взять в руки объёмный томик и без чувства ненависти погрузиться в чтение. Правда, я всё равно ждала, когда же будет "князь Андрей под дубом". А ничего особенного там под дубом не произошло, кстати. Да и вообще, князь Андрей, любимец школьных сочинений, как не умел выбирать себе женщин, так и не научился, несмотря на все свои духовные трансформации.

Книга хорошая, но из-за школьной обязаловки воспринимаемая многими как наказание. Когда я упоминала в разговоре с друзьями, что читаю "Войну и мир", у них была примерно одинаковая реакция: "Эмм.. Зачем?" Никто не сказал "о, круто, хорошая книга". Мне приходилось с удивлением объяснять этим довольно начитанным и образованным людям, что я хочу познакомиться с книгой, которая рассказывает о важном периоде истории нашей страны и обществе того времени и которую ценят как у нас, так и за границей.
Впрочем, я никому сейчас не открыла Америки, ведь это проблема большей части школьной программы по литературе.

Местами читать роман тяжело. Где-то виной тому тяжеловесный язык, а где-то я никак не могла согласиться с автором в оценке героев. Самыми невыносимыми частями для меня стали второй том (та самая история любви Наташи и князя Андрея, которая почему-то считается "женской" частью) и вторая часть эпилога.

Начну с Наташи Ростовой. Лев Николаевич все 4 тома с восхищением описывает тонкую, подвижную и естественную Наташу. "Ах, что за прелесть эта Наташа!". В эпилоге она вдруг стала "одна сильная, красивая и плодовитая самка", что тоже вызывает восхищение автора. Ох, нет, избавьте! Взбалмошная девица с синдромом гиперактивности, в каждой бочке затычка, которая не может ни за одним делом усидеть спокойно, ничего довести до конца не в состоянии и только переживает, чтобы ею любовались - это идеал цветущей силы жизни? А в конце она обабилась, забросила все прежние дела и увязла в подгузниках настолько, что перестала расчёсываться - и это идеал жены и матери? Лев Николаевич явно писал это в тот счастливый семейный период, о котором позже с ностальгией вспоминала его жена.
Кстати, если кому интересно, какой в конце жизни могла бы стать Наташа Ростова, рекомендую прочесть дневник Софьи Андреевны Толстой 1910 года .

Со второй частью эпилога всё проще: это историко-философское эссе, написанное столь витиеватым языком, что уже с половины предложения непреодолимо тянет в сон. На протяжении всей книги Толстой яростно полемизирует с историками своего времени о причинах войны и личности Наполеона, чему в эпилоге подводит итог.
На мой взгляд, это беда авторов "кирпичей". Они пытаются впихнуть под одну обложку слишком много идей и смыслов, которые лучше и удобоваримей было бы разнести по разным книгам.

Что показалось мне актуальным. Толстой постоянно, особенно с третьего тома, подчёркивает, что в истории России не было ещё такого бедствия и такого вторжения, как во время Отечественной войны 1812 года. Для современного человека та война - пыльное прошлое и её ужасы блекнут по сравнению с тем, что творилось в XX веке. Но у меня постоянно возникали ассоциации с Великой Отечественной войной, например Пьер в плену у французов. Происходящие с ним изменения перекликаются с тем, что рассказывает Виктор Франкл о нацистских лагерях в Психологе в концлагере .

Итог. Я не сторонник советовать кому-либо читать "кирпичи", но если браться за "Войну и мир", то за полный вариант.

Ну вот что можно написать в отзыве на это произведение, когда ему уже все косточки перемололи. Жалко даже как-то его.

Все-таки я в очередной раз убедилась в гениальности этого автора. Вот, казалось бы, какие темы можно поднять под заголовком "Война и мир"?! Ну да, война там, балы, причины войны в конце-то концов. Но Толстой превзошел всех, по-моему он поднял все, что есть в этом мире. И самое банальное, как любовь и свобода, так и совсем, казалось бы, не вписывающуюся сюда математику. И как гармонично это смотрится в целом и по отдельности - загляденье(зачитанье?!). Ощущение, будто прочитал не одно простое художественное произведение, а еще и десяточек non-fiction.

Вот такие мы - русские котики^.^

Начну с того, что на лето я поставила себе определенную цель. За летние каникулы я должна была прочитать всю "Войну и мир". Первый том я еле-еле осилила за месяц, потому что начало меня не привлекло. Светское общество, как всегда представляется сгустком лжи, в котором всем нужны только сплетни и связи... Единственное, что мне безумно понравилось в первом томе - Аустерлицкое сражение, а в особенности - небо...вечное небо!!!
Ладно, второй том я взяла с собой в поезд, когда поехала к бабушке. Так как в поезде делать было абсолютно нечего. Я целый том прочитала за два дня пути. Две сцены, которые я особенно полюбила во втором томе - "Две встречи с дубом" и "Ночь в Отрадном".
По приезду к бабушке я обнаружила, что у нее есть все томики "Войны и мира" и приступила к третьему. В этом томе мне нравится, как Пьер размышляет над число зверя, сцена смерти старого князя Болконского, Спасение Николаем Ростовым княжны Марьи, все описание Бородинского сражения(это и бесстрашный Пьер, и батарея Раевского), Пьер в Москве.
Вернувшись домой я начала читать четвертый том. Здесь все стало еще интереснее, ведь именно здесь мои любимые сцены - Пьер в плену у французов, Смерть Пети Ростова, предложение Пьера...
А эпилог это просто - замечательный конец для такого романа-эпопеи!!!

Роман произвёл на меня гораздо более глубокое впечатление, чем в школе. (Хотя не помню, возможно я в школе читал его лишь в кратком изложении). Лев Толстой открылся для меня как глубокий, вдумчивый мыслитель. И ход его размышлений, взглядов на жизнь был мне очень близок. Я тоже считаю, что не личности, пусть и высоко стоящие, движут историю, а скрытые силы, связывающие нас необходимостью поступать именно таким образом. Не беря во внимание обстоятельства, в которых мы находимся, мы имеем лишь иллюзию свободы. Иногда глубина мысли, красота её выражения в слове поражали до мурашек по коже. Язык романа, к слову, очень красив. Не понимаю, почему "Войну и мир" ругают за обилие "воды", а язык Толстого за трёхэтажные обороты. Слушать легко. Получал настоящее удовольствие от языка, а само повествование ничуть не показалось затянутым.
Герои показаны очень реалистично. Нет однозначно положительных и отрицательных героев. Во всех в различных обстоятельствах просыпаются как положительные, так и отрицательные черты. И именно из-за такой реалистичности персонажей произведению веришь, а сами герои становятся близкими, им сопереживаешь по-настоящему.
Для меня Толстой поднялся на новую, ранее неизвестную мне в нём, высоту. Он выступил и как историк, и как тонкий психолог, и как мастер объяснения сложных явлений простыми метафорами, вдумчивый мыслитель, объединяющий как материальный, так и религиозный взгляды, не отрицающий ничего и не судящий категорично ни о чём. Мыслитель с по-настоящему открытым широким сознанием. Мне и самому захотелось меньше судить о жизни, меньше отрицать непонятные для меня её стороны, и больше принимать жизнь в её непрекращающемся потоке.

В школе так и не прочитал. «Дружба» с этой книгой очень долго не складывалась, читать из-за многочисленных диалогов на французском, а также, из-за долгих, на первый взгляд отвлеченных описаний, казалось бы, второстепенных, неважных событий и персонажей было мне сложно и утомительно. Естественно слышал много отзывов. По совету знакомых сначала посмотрел фильм (обычно я стараюсь делать наоборот) а затем уже, примерно за 3 месяца, прочитал книгу.
Писать здесь о величии и грандиозности произведения думаю не имеет смысла, напишу некоторые свои интересные находки от прочтения:

1. Многочисленность диалогов на французском понятна - была такая мода в обществе того времени и без этого в книге, наверное, не было бы нужной живости и правдивости в описании происходящего.

• По поводу растянутости произведения, в ходе его прочтения все становилось на свои места: Толстой писал, размышляя над теми или иными событиями, их причинами и последствиями, что не может один человек, Наполеон это или Александр или другой полководец или правитель, быть причиною сражений или даже войн, а причиной (как у Михаила Булгакова в романе «Мастер и Маргарита» Аннушка с маслом) являются цепочка событий, череда незаметных происшествий из которых складываются более заметные и еще более заметные, меняя уклад жизни большого количества людей, из чего и состоит История. Поэтому в романе много непонятных, избыточных на первый взгляд повествований - именно сумма всего этого и является следствием свершений мирового масштаба. Как в природе нет ничего лишнего - так и в этом великом произведении.

  Немного о героях романа. Несколько раз слышал мнение что Наташа Ростова дура. Не согласен. Наташа Ростова была молодой (позже, когда она стала замужней женщиной, думаю уже вряд ли кто из читателей назовет её дурой) и наивной, влюбчивой девушкой, мечтающей, ищущей, и много не понимающей. А вот Андрею Облонскому не надо было слушать своего отца уезжать на год, оставляя Наташу одну. Герои ищут себя, проходят множество испытаний (Наташа Ростова, Пьер Безухов, Андрей Болконский) и кто-то умирает, поняв счастье, когда уже поздно, а кто-то это счастье находит при жизни. Неизменными на протяжении событий по книги остаются Соня, несчастная в своей любви к Николаю Ростову и княжна Марья Облонская - добрая, терпеливая, жертвующая собою ради других, любящая детей и мужа.

  Понравилось от Толстова про реляции. В обращению к читателю «Несколько слов по поводу книги «Война и Мир» автор писал «Везде, где в моем романе говорят и действуют исторические лица, я не выдумывал, а пользовался материалами, из которых у меня во время моей работы образовалась целая библиотека книг.. ..» несмотря на это, он отмечал что претендовать на правдивость таких материалов практически невозможно: «Объездите все войска тотчас после сражения, даже на другой, третий день, до тех пор, пока не написаны реляции, и спрашивайте у всех солдат, у старших и низших начальников о том, как было дело; вам будут рассказывать то, что испытали и видели все эти люди, и в вас образуется величественное, сложное, до бесконечности разнообразное и тяжелое, неясное впечатление; и ни от кого, еще менее от главнокомандующего, вы не узнаете, как было всё дело. Но через два-три дня начинают подавать реляции, говоруны начинают рассказывать, как было то, чего они не видали; наконец, составляется общее донесение, и по этому донесению составляется общее мнение армии. ... Через месяц и два расспрашивайте человека, участвовавшего в сражении, – уж вы не чувствуете в его рассказе того сырого жизненного материала, который был прежде, а он рассказывает по реляции. ... Все рассказывали одно и то же».

  Масштаб и глубина содержания, анализ всего происходящего выходят далеко за рамки временного отрезка описанного в книге. Тут разом все не охватить, можно перечитывать и изучать.

Сегодня ранним утром я закончила одно из главных дел жизни и совершила святотатство.
Сначала я дочитала "Войну и мир", которую в школе осилила лишь в объеме полутора томов и нескольких разрозненных кусков, после чего дала себе твердое обещание прочитать произведение полностью, "когда вырасту". В 33 года это таки случилось.
Потом я без зазрения совести влепила признанной во всем мире великой русской эпопее 4 балла.

Да, Толстой велик, книга объемна, а мысли в ней глобальны. Но мы ведь все-таки имеем право оценить и субъективное впечатление от книги, а не только заслуги автора в мировой литературе, не так ли?
Поэтому, признавая достижения Льва Николаевича на "десятку", я всё же не дрогнувшей рукой вывожу ему итоговую "четверку".

Начнем с того, что на огромном количестве страниц для меня не нашлось ни одного приятного персонажа. Никому мне не захотелось посочувствовать, никого я не поняла (и, как следствие, не приняла) до конца, ни с кем из них мне не захотелось "слиться".
Кого-то было временами жалко, но в остальном поступки как главных, так и второстепенных героев вызывали по большей части недоумение. Даже казавшегося относительно адекватным Болконского периодически заносило то в мажорство, то в неясное богоискательство и мутное "пробуждение от жизни".
Хотя если учесть, что примерно те же чувства недопонимания и недоумения у меня вызывает поведение подавляющего большинство российского народонаселения, то можно сказать, что срез общества Толстому удался на сто процентов.

Что касается хваленого психологизма, тонкого выписывания чувств и эмоций персонажей, то тут для меня его было даже слишком много.
Каждая мысль обсасывается во всех подробностях, каждый поступок обдумывается, крутится так и сяк, а в каждом взгляде таится коммюнике на несколько предложений. В этой бездне бесконечного всеобщего самокопания мне отчаянно не хватало воздуха собственной читательской свободы. Толстой настолько густо залил всё действие точными описаниями переживаний, что в книге просто не осталось места для маневра мысли. В "мирной" части абсолютно не над чем думать. Здесь всё за вас сделал автор. И от этого мне местами было откровенно скучно, как на нудной лекции, на которой не говорят ничего нового и интересного, отчего мозг отключается и дальше сидишь тупым огурцом, механически фиксируя происходящее.

Совсем иначе дело обстоит с описанием "войны". Здесь поначалу в большей степени накидывались события (организация сражений, оставление Москвы и т.п.), и из всех этих описаний можно было сделать немало интересных выводов.
Впрочем, и тут Толстой к концу не преминул скатиться в морализаторство и посвятить массу страниц изложению собственной интерпретации хода истории.
Кое с чем еще можно согласиться (Кутузов действительно гениально угадал наилучший способ ведения той войны, дав единственное серьезное сражение, а потом фактически пустив всё на самотек).
Но многое также и весьма спорно (в том числе главная концепция власти и объяснение "движения народа" не решениями отдельных личностей, а лишь степенью их соответствия общему настрою населения, каковой основан не на свободе воли, а на некой высшей "необходимости").
Всё это было бы довольно познавательно хотя бы для расширения кругозора, кабы не набивающие оскомину бесконечные хождения кругами в обоснованиях.

В итоге в четырех томах имеется, на мой взгляд, хорошо продуманная семейная сага с кучей живых (но категорически неприятных) персонажей, а также возможность составить несколько субъективное представление об Отечественной войне 1812 года и авторском суждении о её причинах и последствиях.

Толстой по-прежнему велик.
Потраченного времени не жалко.
Роман понравился, хотя и далеко не в превосходной степени.

Приятного вам шелеста страниц!

Начали за здравие, а закончили за упокой. Первая половина романа мне понравилась, но вторая... Откуда взялась вся эта вода? Если бы автор убрал повторение одной и той же мысли, роман стал бы меньше на четверть. А эпилог? Все эти пространные рассуждения к чему?

Сюжетная часть романа великолепна. Сцена смерти князя Болконского, описание плена Безухова — вершина владения словом и умения задеть читателя за душу. Если бы весь роман был написан так, это было бы замечательно, но как только мы переключались на линию фронта, автор начинал рассуждать. Причём в каждой сцене повторялась одна и та же мысль. А про образ Кутузова я вообще молчу. Это же надо было из талантливого полководца сделать старика, не имеющего своего мнения и плывущего по течению.

Жаль, первая часть оставила столь яркие впечатления, что раздражение от второй лишь усиливает разочарование.