The Golem and the Jinni

— Обручен. Отец моего отца и отец моей матери договорились об их свадьбе, когда мать только родилась. — Заметив недоумение в его глазах, она хихикнула. — Разве джинны не женятся? Разве у них нет родителей?
— Конечно же у нас есть родители. Мы ведь должны откуда-то появиться. Но обручение, женитьба… нет, все это нам незнакомо. Наша любовь свободна.
Она не сразу поняла, а когда поняла, ее глаза широко раскрылись.
— Ты хочешь сказать, у вас можно любить кого угодно?
— Лично я предпочитаю женщин, — усмехнулся он, — но да, ты правильно поняла.
— И… человеческих женщин тоже? — выспрашивала она, покраснев.
— Мне пока еще не приходилось.
— Если бы наша девушка позволила себе такое, ее бы изгнали из племени.
— Чересчур суровое наказание за вполне естественное поведение, — заметил Джинн.

“Как обычно, это были пьяные мужчины и хихикающие девушки, припозднившиеся рабочие и молодые пары, радующиеся тайной прогулке. В головах у них теснились те же самые желания и страхи, что обычно, но сегодня это показалось ей оскорбительным. Они шли так, будто ничего не случилось! Разве они не знают, что равви мертв? Неужели никто не сказал им?
Ее руки двигались с лихорадочной быстротой, и неожиданно ножницы промахнулись. Одно из лезвий воткнулось в ткань, проделав разрез на длину пальца.
Вскрикнув, она швырнула платье на пол, закрыла лицо ладонями и долго сидела так, раскачиваясь и что-то мыча. Казалось, стены комнаты сжимаются вокруг нее. Выносить это было невозможно. Ей надо уйти отсюда. Надо двигаться. Иначе она потеряет власть над собой.”