Цитаты из книги Дым. Новь

Он не узнавал себя; он не понимал своих поступков, точно он своё настоящее "я" утратил, да и вообще он в этом "я" мало принимал участия.  Иногда ему сдавалась, что он собственный труп везёт, и лишь пробегавшие изредка горькие судороги неизлечимой душевной боли напоминали ему, что он ещё носится с жизнью.

Характер людской разве меняется? Каким в колыбельку, таким и в могилку.

Вот вам сравнение: дерево стоит перед вами, и ветра нет; каким образом лист на нижней ветке прикоснётся к листу на верхней ветке? Никоим образом. А поднялась буря, всё перемешалось-и те два листа прикоснулись.

А на вопрос: не слыхал ли он, что для всех крепостных вышла воля, всякий раз отвечал, что мало ли кто какие мелет враки; это, мол, у турков бывает воля, а его, слава богу, она миновала.

Разбирать тут некогда! Валяй! На душе скребет? Пускай!

Лучше гибель там, чем успех здесь.

Но природа не справляется с логикой, с нашей человеческой логикой; у ней есть своя, которую мы не понимаем и не признаем до тех пор, пока она нас, как колесом, не переедет.

Одет Ворошилов был очень щегольски, даже изысканно, но опытный глаз парижанки тотчас подметил в его туалете, в его турнюре, в самой его походке, носившей следы разновременной военной выправки, отсутствие настоящего, чистокровного "шику".

Я, слава богу, перестал соображаться с понятиями, привычками, мыслями человека, с которым беседую.

« Мы толкуем об отрицании как об отличительном нашем свойстве; но и отрицаем-то мы не так, как свободный человек, разящий шпагой, а как лакей, лупящий кулаком, да еще, пожалуй, и лупит-то он по господскому приказу. »

И что за вопрос: как поживаете? Разве вы не видите, что я живу?

Она принадлежала к особенному разряду несчастных существ - (в России они стали попадаться довольно часто)... Справедливость удовлетворяет, но не радует их, а несправедливость, на которую они страшно чутки, возмущает их до дна души.

Правительство освободило нас от крепостной зависимости, спасибо ему; но привычки рабства слишком глубоко в нас внедрились; нескоро мы от них отделаемся.

Может ли мужчина жить одной любовью?

Иные молодцы даже русскую науку открыли: у нас, мол, дважды два четыре, да выходит оно как-то бойчее.

Когда некоторое, так сказать омрачение овладевает даже высшими умами, мы должны указать, с покорностью указывать... перстом гражданина на бездну, куда все стремимся.

Но ее не удержать теперь: она, как брошенный камень, должна докатиться до дна.