Отзывы о книге Дон Жуан

Не успокоившись после Тартюфа (писал о нем здесь), Мольер будто ставит новую цель пощекотать общественную нравственность, и еще больше растлить целомудренное французское общество XVII в., где женщины «... были настолько же прекрасны, как день — долог, и могли огорошить любого на дюжине матрасов» (Терри Пратчетт). В общем, взяты был не просто вечный сюжет лицемерного попа, как в Тартюфе, а вполне себе персонифицированный образ Дона Хуана (у Мольера Дон Жуан) — абсолютно пустой внутри персонаж, занятый исключительной дефлорацией женщин разного общественного положения (Дон Жуан точно не был снобом, и относился к людям вне зависимости от богатства и статуса примерно одинаково, что выдает в нем истинного противника дискриминации) при любом удобном (и даже неудобном, что выдаёт в нем прообраз героического работника-стахановца) случае. Как обычно, Мольер опять ставит «моральную нравственность» под удар, даром, что оттащил своего персонажа подальше от Франции на Сицилию (испанская корона это вам не французская корона, она значительно дальше), где, конечно, любая женщина ляжет перед любым дворянином и раздвинет ноги, чтоб быстро скакнуть в дамки — шутка ли, продать то, что не стоит вообще ничего, за общественное положение и перспективу козырного брака.

Если в случае с Тартюфом у Мольера еще были какие-то попытки замаскировать сюжет, то здесь у нас уже полноценная «комедия нравов», и все нравственные акценты расставлены вполне себе конкретно. Вероятно, именно эта попытка ударить «в лоб» сыграла злую шутку — Мольер понимает, что переборщил, и сам снимает свою пьесу с постановки, видимо, заметив поведение аудитории. Впрочем, автора это не спасает — до конца жизни критика будет настаивать, что Мольер писал Дон Жуана с себя (вспоминаю дискуссии 90-х годов, ел ли Владимир Сорокин кал, тем самым писав «Норму» с себя, или не ел, а особо тщательные будут даже подсчитывать, сколько конкретно кала съел Владимир Сорокин — годы идут, а глубина критики не меняется), да и вообще, он тот ещё безбожник. Но если нападки на Тартюфа носили скорее общественный характер, то вот с Дон Жуаном уже все не так хорошо в художественном плане, и об этом стоит поговорить — я бы расценил эту пьесу если не как провал, то точно и не как бриллиант в короне:

1. Произведение написано прозой, и это очень сильно влияет на восприятие текста. Стихи добавляют некоторую легкость, а учитывая сам сюжет, все это напоминает бесконечную езду по колдобинам;

2. Сюжет— Мольер не автор и не первоисточник, история достаточно старая, и обросшая целым рядом сюжетных поворотов, которые даже во времена Мольера смотрятся достаточно архаично, если не сказать странно. Все эти призраки, статуи командора, непосредственное божественное вмешательство в виде прямых отстрелов молнией особо провинившихся грешников — воспринималось это уже тогда весьма сомнительно;

3. В принципе, в постановке вообще не возникает желания кому-то сопереживать, что воздвигает высокий барьер между зрителями и персонажами. Не стае же куриц, при виде барина принимающих коленно-локтевую позу? Не обиженных братьев этих куриц, при встрече принимающих точно такую же позу, что и их сестры? И даже не тихо булькающих слуг, лицемерно улыбающихся своему «господину», за глаза называя его собакой, турком и безбожником;

4. У пьесы нет нормальной концовки — возможно, такова и была задумка автора, но так бездарно всё закончить, на мой вкус, было ну очень-очень сомнительно;

5. Вкусовщина, но вынужден отметить — переводтой версии, что я читал. Возможно, я потерял хоть какое-то чувство языка, но переводчик Лихачев демонстрировал ну просто термоядерные пассажи, то мучая нас прогоном по синонимам, то прокатывая по колдобинам идущих подряд согласных — не представляю, как это бы читали со сцены. Возможно, сомнительные литературные качества перевода вбили последний гвоздь в крышку моего восприятия данного произведения.

Именно это произведение особого интереса не вызвала — ни с точки зрения персонажей (все это было), ни с точки зрения сюжета (слишком архаично), ни с точки зрения языка (тут и автор не сильно старался, будто стремясь уколоть побыстрее и побольнее, и переводчик мне не понравился). Едем дальше.

В любви я люблю свободу, ты это знаешь, и никогда бы не решился запереть свое сердце в четырех стенах. Я двадцать раз говорил тебе: у меня врожденная склонность отдаваться всему тому, что меня привлекает. Мое сердце принадлежит всем красавицам, и они могут одна за другой овладевать им и удерживать его, сколько сумеют.

Вообще я настолько часто слышала, что кого-то называют Дон Жуаном, что уже потеряла смысл этого имени. Да и мне всегда казалось, что я уже знаю, о чем эта история, но нет, тут всё намного интереснее.

Итак, в целом, о чем история, вы наверняка что-то да слышали. Есть некий персонаж, который постоянно влюбляет в себя девушек и женщин, но не согласен остепениться, выбрать одну и жить с ней долго и счастливо. Он желает разбивать сердца, готов на смертельный риск ради этого, согласен на любой обман и лицемерие... И однажды его кредит удачливости начнёт трещать по швам.

Собственно вся история становится свидетельством для суда: мы видим причины обвинения, слышим попытки стороны защиты оправдать действия сердцееда и узнаем, каким было решение "суда". История на деле не такая уж объёмная, например, аудиоспектакль идёт чуть больше двух часов (это еще и примерно продолжительность театральной постановки), но за это время легко погрузиться в историю, узнать всё интересное и насладиться процессом.

В общем же, это определённо must read, который не устаревает и никогда не перестанет быть актуальным. Определённо советую

Неумение отказываться. Отказать себе в чем-то. Или в ком-то. В гипотетической возможности быть с кем-то. Возможности допустить близко, дать себе шанс узнать другого, довериться, влюбиться. Но решение принято. Самое благоразумное и правильное из возможных. Но думаешь о другом. Что могло бы быть, если бы… Если человек жалеет о своем решении, он его не принял. Он просто не сумел принять решение. Ведь чтобы его принять, нужно окончательно и бесповоротно отречься от чего-то или кого-то.

Жан Батист Мольер в 1665 году рассказал не историю, притчу. О человеке, который на века стал символом мужчины, не умеющего и не желающего отказываться от других женщин. Пьеса о доне Жуане, сыне дона Луиса из Севильи. Комедия нравов.

Средневековая легенда о распутнике доне Хуане понравилась умному и ироничному Мольеру. Но, конечно, ему хотелось не просто переложить на французский язык испанский сюжет. Для него это очередной вызов, перчатка, брошенная к ногам всех европейских повес и развратников. Успешно? О, да! Более чем. Через 15 выступлений, Мольер был вынужден снять пьесу из репертуара, боясь нового слишком громкого скандала. Его обвиняли в безбожии, говаривали, что он списал главного героя с самого себя, обвиняли в безнравственности и растлении христианских душ. Так что же? В 2019 году Мольер все так же безнравственен?

Конечно, нет))) Но на сегодняшний день история даже интереснее, чем тогда, в XVII веке. Дон Жуан сейчас имя нарицательное. Это тип мужчин, тип отношений, комплекс неполноценности «Дон Жуан», существует даже синдром Дон Жуана! Цитирую медицинский портал: «тип муж­ского пове­де­ния с глу­бо­кой нар­цис­си­че­ской трав­мой. Маленькие Дон Жуаны обычно вос­пи­ты­ва­ются холод­ными и отвер­га­ю­щими их мате­рями, кото­рые не могут дать им воз­мож­ность почув­ство­вать свою исклю­чи­тель­ность, «осо­бость». Надо признать, что это уже далеко не литературный персонаж. Это, господа, диагноз. «Донжуанизм относится к мужским сексуальным комплексам» - как вам такое? Мало того, далее следует пояснение – «Врачи отмечают, что причиной такого комплекса является неуверенность мужчины в собственной мужской силе, боязнь женщины». Если вбить в поисковик имя Дон Жуана, можно открыть целую вселенную литературных, психологических, исторических и социологических работ, где разбирается природа данного феномена, его особенности и специфика взаимодействия с подобными особями. С удивлением обнаруживаю статью о гиперсексуальности как симптоме комплекса Дон Жуана. Интересно, а все ли авторы читали первоисточник?

Пьеса Мольера не о сексуальных комплексах и не о нарушении сексуальной функции. И даже не о детских травмах (хотя, конечно, никто не запретит читателю дописать биографию обаятельного литературного персонажа на свое усмотрение). Это больше история-осуждение, карикатурное изображение совершенно определённой категории людей, наказании зла и развенчании пороков. Но ведь классика потому и стала классикой, что способна дать ответы на все вопросы. А образ героя Мольера столь ярок, многогранен и неоднозначен, что в нем можно найти едва ли не все ответы на вопросы в адрес неверных мужчин. Не чтит бога, верит в логику, любит всех женщин и не считает нужным отказывать себе в возможности завоевать любую ради какой-то одной. Беспринципный и благородный одновременно. Но со своей особой логикой и особым благородством. Глубоко специфичным и определенно не понятным обывателю.

Мне было очень интересно и любопытно прочесть прославленную пьесу Мольера. Еще интересней оказалось искать трактовки и читать анализ произведения с точки зрения психологии и медицины. Не припомню подобного литературно-медицинского опыта.

Можно ли научиться отказываться? Наверное, можно. Определенно, нужно.

Жан-Батист Мольер — выдающийся французский драматург 17 века, настоящая фамилия классика Поклен — Жан-Батист Поклен. Мольер был не только великим комедиографом, но и не менее гениальным актёром. Организовав свою собственную труппу под названием «Блистательный театр», он взял псевдоним Мольер и под ним вошел в историю как создатель жанра классической комедии. Созданные им комедии - «Тартюф», «Мизантроп», «Мнимый больной», «Дон Жуан» и другие - с большим успехом идут на многих театральных площадках мира и по сей день.

И покинул он этот мир, как и положено гению своего времени, практически на сцене. Почувствовав себя плохо во время спектакля «Мнимый больной», он доиграл свою роль до конца, но спустя несколько часов скончался в домашней обстановке. Сколько во всём этом символизма: и сама пьеса, в которой была сыграна последняя роль, и фраза, с которой покинул сцену великий драматург.

«Меня сжигает незримый пламень...»

Для меня же Мольер, как и Шекспир, - автор, которого я воспринимаю больше именно на театральных подмостках. На мой взгляд, именно в храме искусства как нигде раскрывается весь драматизм и трагизм, заложенный в, казалось бы, на первый взгляд комедии положений. Сколько человеческих судеб смогла изломать вот такая комедия, сколько скрытых смыслов и межстрочных истин в неё сумел вложить автор, чтобы читатель или зритель сумел понять то единственно важное и нужное, что так хотел донести до него создатель произведения.

Эта пьеса - не исключение. «Дон Жуана» я читала неоднократно и смотрела несколько раз на сцене постановки разных режиссёров. Какая-то мне понравилась больше, какая-то откликнулась меньше, кому-то из актёров я безоговорочно поверила, а кому-то и вовсе нет... Но то, что Мольер создал гениальное произведение, ставшее бессмертным, — это просто неоспоримый факт. Имя его литературного персонажа дон Жуан стало просто нарицательным, и спустя века мужчину, который славится своими многочисленными любовными похождениями, называют именно так.

... дон Жуан, господин мой, — это величайший нечестивец, какого только носила когда-нибудь земля, головорез, собака, дьявол, турок, еретик, не верящий ни в загробную жизнь, ни в святых, ни в Бога, ни в черта, ведущий самое, что ни на есть скотское существование, боров Эпикура, настоящий сластолюбец, затыкающий уши на все христианские увещания и считающий чепухою все, во что мы верим!..

История знаменитого распутника и ловеласа захватывает яркостью образов и динамикой, но при этом ещё и остаётся невероятно поучительной. Можно жить в своё удовольствие, насмехаться над любовью, порочить имена женщин, гнаться за похотью и страстью, но у всего есть конец - трагический финал неминуем. Кара настигнет грешника, который так и не сумел оценить свои неблаговидные поступки и раскаяться.

Дон Жуан, кто погряз в грехах, тому суждена страшная смерть, и Кто отверг небесное милосердие, тому нет пощады!..

мой господин Дон Жуан - это величайший из всех злодеев, каких когда-либо носила земля, чудовище, собака, дьявол, турок, еретик, который не верит ни в небо, ни в святых, ни в бога, ни в черта, который живет как гнусный скот, как эпикурейская свинья, как настоящий Сарданапал, не желающий слушать христианские поучения и считающий вздором все то, во что верим мы.

Классический герой европейской культуры, родословная которого идет от библейского змея. Пленник страстей и покоритель красавиц, разбивающий их сердца. Чем неприступнее кажется крепость, тем больше азарта в нем вызывает. Правда, ему не сильно сопротивляются. Онегинской Татьяны на пути Дон Жуана не описывается. Или мастер обольщения настолько силен?

В финале Дон Жуан у Мольера решает спрятаться за ограду лицемерия, становясь еще и "тартюфом".

Кроме Мольера, прочитал Тирсо де Молина о Дон Жуане. Эти авторы показывают низвержение Дон Жуана в ад. Нравственное направление определяли по одному компасу. В современной постановке моцартовской оперы "Дон Жуан" Робертом Карсеном на сцене Ла Скала, вопреки либретто да Понте, в ад низвергается все окружение Дон Жуана, а не он. Другие времена.

Рад, что познакомился с этим образом. От него легче попасть и к Фаусту, и к романтикам, или вернуться к средневековым моралите.

Читала эту книгу в прошлом году для курсовой, и порадовалась, что выбрала такую тему. Хотя сюжет несравенно более запутан, чем у Тирсо де Молины - там один пересказ страницу занимает, пьеса читается легко и кое-что хочется раздергать на цитаты. Про образ главного героя скажу вкратце, чтоб не начать пересказывать свой же курсач - Мольер делает его из развратника бунтарем и богоборцем, вполне в духе своего времени. Есть в нем что-то от моего любимца Фигаро.

А сейчас что-то вспомнились цитаты просто.

Шарлотта. Чем же это я тебя огорчаю? Пьеро. Да вот не любишь ты меня. Шарлотта. Ах, вот что! Только и всего? Пьеро. Да, только и всего, и этого предостаточно. Шарлотта. Господи, Пьеро, ты мне всегда одно и то же говоришь! Пьеро. Я тебе всегда одно и то же говорю, потому у нас с тобой всегда одно и то же, а кабы не было всегда одно и то же, я бы тебе всегда одно и то же не говорил.

Сганарель. Один человек уже шесть дней находился при смерти; не знали, что ему и прописать, толку не было ни от одного лекарства; решили в конце концов дать ему рвотного вина. Дон Жуан. И он, конечно, выздоровел? Сганарель. Нет, умер. Дон Жуан. Замечательное действие! Сганарель. А что вы хотите? Целых шесть дней он не мог умереть, а тут сразу же и умер. Это ли не действительное средство?

Сколько раз можно жениться? Я знаю человека, который в этой страсти подобен Дон Жуану - женится на каждой понравившейся ему женщине. Правильно ли это или нужно всю жизнь прожить с одним и тем же человеком? Взгляд на эту тему у каждого свой. Разумеется, подход главного героя бессмертного произведения Мольера не совсем верен. Если встать на его позицию, то он банально не умеет и не хочет сдерживать себя и отказываться от чего бы то ни было. Если смотреть с позиции любой из брошенных им женщин или их родственников, то, разумеется, всё не так гладко, потому что никакому родителю/брату не может понравиться ситуация, в которой их близкий человек остаётся в одиночестве, да и к тому же опозоренным. Так что за всё приходится платить, что и получает в финале Дон Жуан. Бросив дерзкий вызов статуе командора и отвергнув предложение раскаяться, он погибает. Любопытно, что к образу этого персонажа обращались самые разные авторы на протяжении многих лет. Надо бы поставить себе в план почитать и их, чтобы сравнить таких разных, я уверена, Дон Жуанов....

Ну и говнюк же этот ваш Дон Жуан. Но говнюк обаятельный, никуда не денешься, и язык у него хорошо подвешен, и парик накручен, и ленты с пуговицами где только можно. Всё как надо, в общем. Товарищ изворотлив, но иногда не очень, особенно когда дело касается чего-нибудь приземленного типа убегания от двенадцати разъяренных братьев покинутой жены. И тут на помощь приходит слуга Сганарель, простой, добрый, веселый и находчивый парень. Бубнит недовольно, спорить пытается, но всё равно участвует во всех проделках хозяина. Забавно, динамично, особенно понравился разговор про медицину и длиннющая "схоластическая" цепочка Сганареля. В конце, конечно, зло и порочность в лице Дон Жуана наказана и со спецэффектами отправлена в преисподнюю, а бедного слугу оставили без жалования. Такая вот история.

Мольеровский Жуан не лишен шарма, разума и смелости, что, впрочем, не помогает ему свернуть с порочного пути. Вопрос в другом: насколько всё должно быть запущено, чтобы в обществе мог гармонично существовать он, знаменитый развратник и грешник? Для его козней необходима Эльвира, которая отречется от своих обетов, Шарлотта, которая с радостью забудет своего жениха, и Сгнарель, внутренний протест которого не помешает потакать гнусностям. Добавим сюда целое полчище порочной знати — вот и готова сокрушительная критика всех общественных устоев. Мольер видит, что наказать Жуана — слишком мало, чтобы что-то изменить. Как в любом произведении, обличающем пороки всех и вся, выход намечается лишь один — всем надо дружно начать с себя.

Образ притягательного зла для нас уже не нов, хотя само по себе это необычно: люди привыкли связывать внешний облик с внутренним миром. Ангелочков всегда рисуют милыми, симпатичными, невозможно себе представить некрасивого херувимчика. Значит, должно быть и наоборот: отвратительный внешне человек всегда дурён или скверный человек всегда некрасив? А вот и нет. И мольеровский Дон Жуан тому доказательство. Слуга боится его и утверждает, что это сущий дьявол, но ведь и Люцифер – падший ангел и он должен быть красивым? В общем, есть и в Дон Жуане что-то притягательное – если бы он был исключительно отрицательным героем, наверное, он не стал бы «вечным образом».

Дон Жуан – развратник, лицемер, богохульник, но у него есть свои понятия о чести: он готов сразиться с тем, кто угрожает ему и не считается с его достоинством, помочь тому, с кем поступают несправедливо.

Дон Жуан – атеист в то время (1665 год), когда это считается возмутительным, страшным грехом. Появляется мысль: если Бога нет, значит, всё позволено. Получается, что ограничивал, удерживал человека от пороков только страх перед Богом, божественным наказанием. Видимо, именно поэтому комедия и была запрещена: она колебала моральные устои общества. А если все решат, что так можно?