— Хорошо, по крайней мере в маяке не должно быть ничего, что можно выпить, — сказала Тиффани. Она улыбнулась. — Если только вы еще не выпили масло из лампы, то никто не посмеет этого сделать!
Пиксти внезапно затихли.
— И что тогда будет? — медленно и осторожно спросил Псих-Вулли. — Это случайно не та штуковина в виде большой бутылки?
— С мелким черепом и костями на ней? — спросил Всяко-Граб.
— Да, наверное, и это ужасная вещь, — ответила Тиффани. — И вам стало бы очень плохо, если бы вы это выпили.
— Правда? — глубокомысленно осведомился Всяко-Граб. — Это крррайне… интересно. И насколько плохо?
— Я думаю, вы бы умерли, — сказала Тиффани.
— Мы уже мертвые, — ответил Всяко-Граб.
— Хорошо, тогда вы бы очень, очень заболели, — сказала Тиффани. Она посмотрела на него очень внушительно. — А еще оно воспламеняется. Это очень правильно, что вы не пили…
Псих-Вулли громко рыгнул. В воздухе поплыл сильный запах керосина.
— Да, — сказал он.
Тиффани пошла и принесла Вентворта. Позади нее послышался шепоток — несколько пиксти сгрудились в кучу.
— Я говоришь, что черепок значит, что мы не должны трогашь то.
— Большой Ян сказал, что то была сильная штука! И она хорошо пошла, ты знашь, и люди сильно рискуют, когда оставляшь такую штуку там, где невинные люди мошь случайно выбить дверь, взломашь буфет, вырвать замок и выпить ее!
— Что знашь воспламеняется?
— Это значит, что горит!
— Ладно, ладно, без паники. Не рыгать, и ни один шкет не должен плевашь на открытый огонь, ясно? И поестессней.
Ваша оценка
Lucretia-black12 января 2018
2 понравилось69
YanaP24 июля 2017
GreyOwl13 мая 2017
pomidorinka19 апреля 2017
Shiloh5 апреля 2017
