Таинственная страсть. Роман о шестидесятниках

Я настолько люблю Василия Павловича Аксёнова - за дендизм в жизни и в литературе, за чувство юмора и отсутствие пафоса, за идею снять фильм, где в роли Маяковского был бы огромный негр-баскетболист - что прощаю ему стилистические неряшливости, которыми пестрит роман о шестидесятниках :)

"Между тем там (в глазах) бегали огоньки, роднящие их (глаза) с табло Нью-Йоркской фондовой биржи".
"Роберт схватился за голову и так мотал ею (башкой)" (Ну, разве можно так писать? :) )

Интересно, что псевдопафосная метафора "таинственная страсть" возникла из не опубликованной в советские годы строфы Беллы Ахмадулиной:

Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх
вас, беззащитных, среди этой ночи.
К предательству таинственная страсть,
друзья мои, туманит ваши очи.

Тема предательства мне кажется ключевой в этом романе воспоминаний. Предают любимые, предают жены и - жён; прежние идеалы, себя.... Или, напротив, мужественно удерживаются от предательства, сохраняя лицо и чувство собственного достоинства. Делают сложный выбор, который не может не определить дальнейшую жизнь. В этом очень аксёновском мире бесшабашной богемы 60-х, в толпе гениальных чудаков и выпивох, коварных красавиц и смельчаков мужчин узнаются не скрытые, а выпяченные условными псевдонимами В. Высоцкий, Р. Рождественский, А. Вознесенский, Б. Окуджава, Е. Евтушенко, Б. Ахмадулина, И. Бродский, сам автор - и многие-многие другие. И - прав кто-то из читателей Лайвлиба - хочется запоем перечитывать их стихи после этого заразительного романа.

Я начинала читать роман, помня о своём недоумении от "Кесарева свечения", стыдясь недочитанности "Вольтерьянцев и вольтерьянок" и весьма прохладного отношения к "Затоваренной бочкотаре". И при этом восхищаясь автором чудеснейших "Апельсинов из Марокко", "Коллег" и "Звёздного билета", "Острова Крыма" и - романа "Москва-ква-ква". И - втянуло в этот вихрь! Проглотила книгу за 2 дня.

...А особенно интересно было узнавать манеру поведения Е. Евтушенко - очень совпало с моим личным впечатлением от наблюдения за ним на одной конференции. И, при всей фрагментарности романа, гротескности в изображении персонажей, чувствуется какая-то очень глубинная связь с тем легендарным временем. Этой сумасбродной книге начинаешь верить как мемуарам.

Замечательный роман, а может быть роман-мемуары со щемящим чувством тоски по 60 годам 20 века. Героев романа несколько. Во-первых, это Оттепель - Время с сомнительным призраком свободы, когда власть то ослабляла, то натягивала вожжи, действуя то пряником, то кнутом; Время посиделок на кухнях и партсобраний; время художественной богемы и замученных бесконечными требованиями партии идеологических аппаратчиков; время зарождающихся диссидентов и охотящихся за ними гэбэшников. Во-вторых, это молодые и талантливые поэты, прозаики, художники и скульпторы тех лет: Роберт Рождественский, Василий Аксенов, Булат Окуджава, Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко, Владимир Высоцкий, Бэла Ахмадулина, Эрнест Неизвестный и т.д. Всем Аксенов дает вымышленные имена. Некоторые сразу узнаваемы, другие – с трудом. Такой прием Аксенова с именами оживил и во мне таинственную страсть к разгадыванию, перелистала много страниц, гуглила до умопомрачения, но все равно кое - кого не расшифровала. Герои живут бурной, насыщенной жизнью: творят, любят, ненавидят, геройствуют, трусят, скромничают и выпендриваются, путешествуют, болеют, хоронят друзей, помогают, выручают их и, к сожалению, иногда предают. Мы видим их всех вместе и по отдельности в разных ситуациях. И на «тусовке» в парке Литфонда Коктебеля, и на посиделках на трапе теплохода, и на разгромных встречах Хрущева с представителями советской культуры. Каждый по-своему строит свои взаимоотношения с Софьей Власьевной (Советская Власть на языке диссидентов). Что объединяет их? Таинственная страсть. Почему-то многие читатели связывают название романа со стихами Ахмадулиной
«Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх
вас, беззащитных, среди этой ночи.
К предательству ТАИНСТВЕННАЯ СТРАСТЬ
друзья мои, туманит ваши очи», и говорят о предательстве, которое якобы разоблачает Аксенов. Нет, Аксенов смотрит на своих героев через 40 лет с нежностью и любовью. Он не осуждает их.
Я за другое толкование смысла названия романа, оно в анонимных (наверное, Аксеновских) стихах:
«Эти люди о друге пеклись по-братски
И не только от общих богемных игр,
И не только от общих корней бурятских.
Где прошел буреломом еврейский тигр.
Их отцы возжигали огни коммунизма,
Возглавляли уральские города,
Погибали от жадных адептов садизма
В той стране, где гуляла блажная орда.
Матерям не сбежать от соблазнов троцкизма,
И наградой за все встретит их Колыма.
Молодой «комсомол» стал унылою тризной
Под присмотром железного дядьки-сома.
Дети жертв, собирайте словесные гроздья,
Пока каждый еще не хронически пьян,
Обуян СТИХОТВОРСТВА ТАИНСТВЕННОЙ СТРАСТЬЮ»
И не стал еще глух словно гнилостный пень.
В этих строчках и о том, что кроме таинственной страсти объединяет наших героев – почти все они были детьми жертв Сталина (железного дядьки-сома).
Об этой же страсти к творчеству говорит еще один герой романа – это некий всемирный дух, называющий себя Пролетающим-Мгновенно-Тающим. Это под его эгидой находятся в Коктебеле поэты и писатели, это он порхает и влечет в своем заплечном мешке таинственную страсть героев романа. «Ведь каждый из нас жаждет отступить от тщеславия и проявить преданность своей таинственной страсти, поэзии. И страсть сия нас стремится объединить».
Читать всем, особенно тем, кто хочет понять, что же такого особенного было в шестидесятниках?

Действительно, чтобы оценить молодые годы, надо состариться. Чтобы понять, как были дороги друзья, надо их потерять. Это я не про писателя, а про себя. Уже и раньше приходилось читать воспоминания писателей, но не все так по- доброму, так с любовью описали тех, кто с ними был рядом, и кого сейчас нет уже в живых. Все герои романа - люди известные, творческие. Хоть Василий Аксенов немного изменил их имена и фамилии, все узнаваемы. Вроде бы тотолитарный режим, а сколько имен, сколько талантов! И книги их передавали из рук в руки, стихи переписывали из тетрадки в тетрадку, но мы их знали. Мы их любили. Удивлена, что многие любимые мной песни были написаны на стихи Роберта Рождественского. Знала, что были песни, но не знала, что так много. Мне кажется, книга будет интересна старшему поколению.

Наверное, следовало бы догадаться по названию, что книга - вовсе не о шестидесятниках. А о том, что написано сначала. Первые страницы вводят в блаженное заблуждение. Написано красочным емким языком. Хочется читать и читать. Однако чем дальше, тем больше вас погружают в похоть. Некая рыжеволосая чужая жена становится объектом вожделения сразу нескольких мужчин. Каждый о ней грезит. И каждый вроде как имеет на нее какое-то право.
Чем дальше, тем больше скользила по диагонали. И когда пробежала глазами по эпизоду, где какая-то проститутка (может, и не она - не вчитывалась) объясняет, как ее поиметь сзади, махая руками как крыльями, я поняла, что невольно оказалась втянутой в очередную вакханалию.
Книга, вызывающая омерзение. А ведь начинается так душевно.
Интересно, можно ли написать современный роман без всех этих пошлостей? Или изначально предполагается, что читатели - абсолютно безнадежны, помешаны на сексе и неспособны понимать более интересную литературу?

Много противоречивых и отрицательных отзывов об этой книге. Но мне она понравилась. С нее началось мое знакомство с Автором, и я намерена его продолжить. Легкий слог, хороший ритм, множество прекрасных стихов, отлично передана атмосфера времени, герои узнаются без труда. Вот за мемуары я бы точно не взялась, а легкий роман с оглядкой на реальные события отлично пошел.
Я не вижу в описаниях персонажей откровенной зависти или злости, кое-где автор язвит, но не обесценивает никого из своих героев-знакомых. Я уверена, талант не делает его носителя по определению хорошим честным человеком, никто не лишен недостатков и во мне не вызвали отторжения к персонажам ни их любовные интриги, ни ошибки или противоборство. Это вообще никак не связано, на мой взгляд. Может это не очень уместно, но если сравнить манеру писать Аксенова и его матери, то на мой взгляд сравнение в его пользу. У Гинзбург не очень приятные моменты как будто замалчиваются, многое не договаривается, чувствуется ее предвзятое отношение к людям, независимо от поступков и событий, читала и не покидало ощущение, будто меня пытаются обмануть, у Аксенова, на мой взгляд, более честный и отстраненный рассказ вышел.
Что касается "сплетен" или "грязного белья", так Аксенов и себя не пожалел в этом плане. Ну, не были шестидесятники ханжами, не блюли целомудрия, но так это жизнь. Я отношусь спокойно к таким историям.
Очень интересно было познакомиться с Робертом Рождественским не только по его творчеству. Отлично выписан, интересная личность. Обязательно прочту теперь книгу его дочери, чтобы взглянуть несколько с другой стороны и сформировать свое представление. Его болезнь и смерть вообще очень выделяются во всей книге душевностью, грустью, искренностью описания.
Что не понравилось, так это частые смены времени и места происходящего, что мешало ориентироваться, и отсутствие особого сюжета. Не понравилось использование мата, как-то бросается в глаза.

Я родилась в середине 90-х, поэтому всё, о чём говорится в данной книге, для меня уже далекая история. Поэтому первый совет моим ровесникам: если вы хотите прочитать "Таинственную страсть", то сначала ознакомьтесь с основными произведениями шестидесятников - поэтическими и прозаическими, а также с основными кинолентами той эпохи (особое внимание уделите раннему Тарковскому). Освежите школьные знания о хрущёвской "оттепели". Так будет проще воспринимать аллюзии, которыми пестрит данный текст.

У Аксенова я до этого читала только ранние повести: "Коллеги", "Звездный билет", "Апельсины из Марокко". Тем сильнее удивил меня этот итоговый роман - какую сильную эволюцию прошел авторский стиль! Первые истории были о юношестве, о крепкой дружбе, о счастливой жизни трудового народа. Последняя - о том, что эта дружба может оказаться очень неустойчивой, если партия решит на неё надавить.

Вся правда о жизни "оттепельной"богемы: честно, жестко, откровенно. Иногда даже слишком откровенно. Из курса истории мы знаем, что 60-е были золотым временем, особенно после сталинского террора. На самом деле аппарат продолжал работать, черные машины продолжали следить, а цензура по-прежнему не пропускала неугодных. Просто всё это делалось более деликатно. Ну а страшные ссылки в Сибирь постепенно заменили на высылку из страны без права возвращения.

На вроде бы суровом фоне творческая элита вела самую настоящую тусовочную жизнь: пьянки, гулянки, красивые женщины, измены... Богема! Хотя всё не так изящно, как показывают в кино.

Реальные люди очень и очень легко угадываются за необычными, фонетически приятными именами. Эти прозвища вкупе с периодически мелькающими на страницах крымскими уголками, создают ощущение сюра в лучших традициях Александра Грина. В связи с этим очень щедро цитируется Серебряный век, особенно знаковый для поколения Борис Пастернак.

В целом книга мне понравилась. Она не задела за живое, не стала любимой, но очень здорово нарисовала реальную картину времени, замаскированного веселыми и романтичными песнями, добрыми и светлыми фильмами, красивыми и как бы свободными стихами. Конечно, в чем-то проявился субъективный взгляд автора, но это были его эпоха, его жизнь и его восприятие мира.

Книга получилась. Мне кажется, что это произошло в первую очередь потому, что писалось в приступе ностальгии по молодости. Чувствуется любовь Аксенова к своим друзьям-шестидесятникам, многих из которых к тому моменту уже не было в живых. Первая часть очень понравилась: никакой критики поэтов-шестидесятников здесь нет, все они самобытные талантливые люди, со своими особенностями характеров и жизненной позиции. Люди, которые жили в авторитарной стране и чувствовали себя свободными. Крымские главы прекрасны, даже несмотря на то, что некоторые интимные подробности своей жизни Аксенов выносит на суд читателя (я бы от этого воздержалась).
Во второй части чувствуется давление возраста, болезней, идеологии, с которым кто-то боролся, а кто-то нет. Некая попытка подвести итог своей жизни.
В этой книге много, очень много сказано о Роберте Рождественском. Плохо - никогда, только хорошее. Настоящий русский парень, прямо как с картинки списан: честный, убежденный, жаждущий помогать, образцовый семьянин, в отличие от остальных шестидесятников. Просто хороший человек, такой, каким я его себе и представляла.
Несмотря на то, что герои зашифрованы под псевдонимами и не ясно, где правда, а где авторский вымысел, в прочитанное веришь. Атмосфера того времени, той дружбы, того единения молодых и талантливых людей присутствует, и это для меня главное.
Спасибо!

В принципе ничего нового, для тех, кто помнит это время. Прочёл скорее с любопытством, чем с интересом.
Было забавно посмотреть изнутри на известные события и личности. Наверное следует включить в хрестоматию по истории. Их страх, что посадят в результате хрущёвской "истерики" кажется совершенно необоснованным. Мне кажется, что у тогдашней публики, следившей за этим и мысли такой не было. Впрочем, возможно это только потому, что смотришь издалека и, какие-то детали уже не различаешь.
Неприятно поразило желание автора представить себя рыцарем без страха и упрёка в противоположность некоторым другим персонажам. Однако он ведь написал "Любовь к электричеству"!?

После первых десяти страниц это произведение становится одним из тех от которых невозможно оторваться. Ты встаешь в 6 утра только ради одного часа удовольствия от чтения "Таинственной страсти", таскаешь книгу с собой в сумке на работу только чтобы в обеденный перерыв успеть прочитать хоть одну главу.
Этой книгой Аксенов открыл завесу таин Шестидесятников, погрузил читателя в их мир, в их ум, в их красоту. Ты словно к экспанатам музейным приблизился, к титанам советской поэзии, к тем, кто не боялся крушить и ломать советский мир.
Этот роман словно теплый мед, который соблазняет тебя языком и сюжетом.