Hungerspelen: Trilogin

I thought of how I had yelled at her today in the Justice Building. I had told her I loved her, too, though. So maybe it would all balance out.

Except for the weekly lecture on the history of Panem. It’s mostly a lot of blather about what we owe the Capitol. I know there must be more than they’re telling us, an actual account of what happened during the rebellion. But I don’t spend much time thinking about it. Whatever the truth is, I don’t see how it will help me get food on the table.

Гейл способен пожертвовать собой ради дела. Пожалуй, мы все поступили бы так же, если бы перед нами встал такой выбор. Но какое у нас право решать за других? Это бессердечно по отношению к ним и тем, кто их любит.

В войне с Капитолием, которая часто казалась мне единоборством, я была не одна. На моей стороне стояли тысячи, десятки тысяч людей из разных дистриктов. Я стала их Сойкой-пересмешницей задолго до того, как сознательно взяла на себя эту роль.

...что бы они ни делали с нами, что бы ни принуждали делать нас, мы не принадлежим им без остатка. Рута - больше чем фигурка в их игре. И я тоже.

Улыбка Пита кажется такой искренней и немножко смущенной, что я невольно чувствую к нему теплоту.

Зачем разрушать, то, чем хочешь завладеть?

Счастливых вам голодных игр и пусть удача всегда будет с вами

Я почти до боли стискиваю его руки.
- Будь со мной.
Зрачки Пита суживаются до размера булавочных головок, быстро расширяются, затем возвращаются к нормальному размеру.
- Всегда, - шепчет он.