658

Слова были слишком общими и значили одновременно слишком много и слишком мало.

«Несчастный случай» — безликое обобщение,
которым он маскировал в памяти то, что произошло на
самом деле, чтобы острота конкретики не впивалась в сердце.
Несчастный случай — смерть — затмил солнце, превратил их
брак в помесь привычки, сотрудничества и долга, и лишь иногда,
очень редко, между ними проскальзывала искра, напоминая о
том, что было когда-то и что, возможно, еще не было потеряно.

— Он идеальный противник, — сказала она.
— Что-что?
— Идеальный противник.
— В каком смысле?
— Ты обожаешь загадки. Он тоже. Это союз, заключенный на небесах.
— Или в аду.

Все находят какие-то объяснения своему поведению, даже совершенно нелогичному. Каждый человек хочет быть оправданным - возможно, безумцы даже пуще остальных.

"Раз за разом он сталкивался с лицами,которые в действительности были двумя лицами в одном.На фотографиях это было особенно заметно.Достаточно было заслонить половину лица листом бумаги и описать человека,которого видишь на правой половине,а затем на левой.Удивительно,насколько разными могли быть эти описания."

Гурни подошел к раковине и включил воду, дожидаясь, когда она станет ледяной, как он любил. При этом внутренне он приготовился привычно спорить с Мадлен, которая считала, что пить ледяную воду вредно, — и тут же ему стало стыдно, что он настолько мелочен, настолько раздражителен, настолько инфантилен, чтобы реагировать на такие глупости. Он решил сменить тему, но тут же спохватился, что они еще не успели заговорить.

Худшие страдания в жизни причиняют ошибки, в которых мы отказываемся признаться, – наши поступки, настолько не соответствующие нашей истинной сущности, что мы не в силах подумать о них. И мы раздваиваемся, превращаемся в двух человек в одной шкуре, и эти двое друг друга ненавидят.

Но ведь не вся жизнь – головоломка, говорила Мадлен, обращаясь наконец-то к нему, а не к терапевту. К жизни можно подходить по-другому. Тайны, а не загадки. То, что можно любить, а не разгадывать.

Для них [СМИ] это было игрой. Впрочем, для него тоже: ведь он рассматривал каждое убийство как головоломку, которую нужно собрать, а убийцу — как противника, которого следует обыграть. Он изучал обстановку, вычислял вероятность, ставил капкан и бросал добычу в утробу машины правосудия — и переключался на следующее убийство, разгадка которого требовала острого ума. [Дэйв Гурни]

Когда-нибудь обращали внимание, что собачники предпочитают кофе, а кошатники — чай?

Смерть и сомнение - вот единственное, что мы знаем наверняка про жизнь.

«Лучший способ остановить одержимого контролем убийцу, когда слово твое единственное оружие, — это заставить его усомниться, что именно он контролирует ситуацию.»

«Серийные убийцы одержимы манией контроля — тотального.»

«Вороны сказочно глупы. Если застрелишь одну, тут же прилетает вторая. Застрелишь ее — прилетит еще одна, затем еще и еще. Сколько ни стреляй — они все продолжают лететь под пули.»

«Пытаться удовлетворить потребность в контроле путем убийств — это все равно что искать счастья в героине.»

«Чем шире диапазон, тем больше вероятность попасть в него случайно выбранному числу.»

«Кто последний — вышел вон,
Глупым — к смерти на поклон.»

«Мы не знаем наверняка, какое значение имеют отдельные улики, пока они не сложатся в цельную картину.»

«Что ж, когда все прочее не работает, остается только сказать правду.»

«Цветущий бутон — самое исцеляющее зрелище на свете.»