Рерих и Ленин

Как и многие люди его круга, Октябрьскую Революцию Николай Константинович Рерих не принял. Более того – её беспрецедентно-разрушительный характер, акты вандализма против памятников истории и культуры на первых порах ужаснули его дух. И, конечно, до глубины сердца потрясла расправа над царём, с которым художника связывали дружеские отношения. Мало кто знает, что Николай II был поклонником живописи Рериха (особенно ему нравились его полотна на исторические темы). И уж почти никто не знает, что именно с Николаем II художник поделился своей идеей Международного пакта о защите культурных ценностей во время военных действий и получил обещание всемерно содействовать этому проекту. К сожалению, начавшаяся война с Германией не позволила осуществиться задуманному. В Лондоне, где Рерих обосновался в 1919 году, он примкнул к воинственно антисоветскому крылу русской эмиграции. В печати появляются его статьи, клеймящие «банду Ленина-Троцкого» как злейших врагов российской государственности и российской культуры. Тем неожиданней была метаморфоза с Рерихом, свершившаяся буквально в одночасье в марте 1920 года. Как бы по мановению волшебной палочки из яростного обличителя советской власти он вдруг превращается в рьяного сторонника её. И этому убеждению он уже не изменит до конца своей жизни.

В книге «Община» отмечен парадоксальный факт, что атеист Ленин «помог делу Будды». Правда, как сказано там же, помог «не по близости, а по справедливости» — т.е., не будучи буддистом, объективно он способствовал реализации высоких идеалов учения Будды. Но, собственно, то же самое ощущали и неординарные последователи христианства, в частности, митрополит Введенский, назвавший большевизм «Евангелием, напечатанным атеистическим шрифтом». (Так же видел это и настоятель Кентерберийского Собора Хьюлетт Джонсон — прим. ред.) Пример нашей страны как бы показал, что атеисты в своей практической деятельности, направленной ко благу людей, могут быть ближе Богу, нежели верующие в Него.