На второе блюдо ему подали шпинат с крутыми яйцами, а Надежде
Федоровне, как больной, кисель с молоком. Когда она с озабоченным лицом
сначала потрогала ложкой кисель и потом стала лениво есть его, запивая
молоком, и он слышал ее глотки, им овладела такая тяжелая ненависть, что у
него даже зачесалась голова. Он сознавал, что такое чувство было бы
оскорбительно даже в отношении собаки, но ему было досадно не на себя, а на
Надежду Федоровну за то, что она возбуждала в нем это чувство, и он понимал,
почему иногда любовники убивают своих любовниц. Сам бы он не убил, конечно,
но, доведись ему теперь быть присяжным, он оправдал бы убийцу.
Ваша оценка
hg_books24 августа 2016
1 понравилось135
Karyna81011 июня 2016
GotowkaOcellation9 июня 2016
Moon2629 мая 2016
Dandelion_Wine29 декабря 2015
Elizabeth-Betty15 сентября 2015
