Собрание сочинений в шести томах. Том 4

Если бы я была литературоведом, филологом, преподавателем русского языка и литературы, то, безусловно, высоко оценила бы этот рассказ, как и всё творчество Паустовского. Но я не испытываю пиетета к классике только потому, что она классика. Также я ни в коем случае не хочу когда-нибудь причислить себя к интеллектуалам и знатокам литературы. Я рядовой читатель, и мне этот рассказ показался скучным.

Он буквально дышит моралью - её так много, что трудно дышать. Автор правильно разложил по полочкам человеческие типажи, показал примеры цельности и серости человеческой натуры, добавил щепотку ещё более дальней истории. И, конечно, рассказ щедро сдобрен сочными описаниями природы северного края (насколько позволил объём).

Написано так хорошо и правильно, что скучно. Не за что зацепиться чувству, мыслям. Они там есть, да. Но взрослый вдумчивый читатель не узнает ничего нового для себя, разве что насладится красивым литературным языком. Пожалуй, молодому поколению полезно будет прочитать для формирования нравственных ориентиров.

А мне понравился рассказ биография Исаака Левитана. Написана познавательно и главное очень красиво. Читать было в удовольствие. Автор умеет описывать природу так замечательно, что так и видишь все эти красоты, А уж описание картин Левитана просто захватывает дух и опять таки дает представление о них и о том, как они писались, в какой период и как. Ну и конечно описана жизнь художника начиная с детства, его отношения с учителем Саврасовым, с Чеховым, вернее с семьей Чеховых.
Очень обидно, что из-за национальности художнику даже не дали медали или настоящего диплома, а диплом учителя чистописания это какой то нонсенс после того, как все знают его работы. Наверно самый плодовитый художник пейзажист в России был именно он.

И да, если заглянуть в википедию , там о Левитане многое просто слизано с этой биографии, просто вырваны абзацы слово в слово и вставлены. Я порой удивлялась- где я это встречала, посмотрела , сравнила и вот оно где. Именно отсюда их этой небольшой биографии все это взято, и многие встречались уже с этим произведением именно в википедии на странице об этом замечательном художнике.

Короткий, но крайне эмоциональный рассказ.
Умирая старый повар , решил исповедоваться. Но не испытывая теплых чувств ни к монахам, ни к священникам, решил довериться первому встречному прохожему, за которым и отправляет свою дочь Марию. Таким прохожим оказался Моцарт! Он не только принял исповедь от старика, но и помог тому, перед смертью вспомнить о самых приятных моментах его жизни. И не только вспомнить - увидеть, что для слепого старика стало настоящим чудом.

Крайне чуткий рассказ центром которого является музыка.

Интересно узнать о личности художника, хоть и не так подробно, как хотелось бы. Некоторые картины представляла до прочтения повести, но никогда не задумывалась о личности, о жизни...

Оказывается, " Осенний день в Сокольниках" - единственная картина, где есть фигура человека. Все остальные его работы изображают природу, избы...

Тяжело жилось молодому еврею в то время. Нищета, одиночество. Даже в училище к нему относились пристрастно, не дали звания художника.

Интересно, даже слово было придумано, относительно выражения красоты - "левитанистый".

Здорово, когда художнику удаётся передать солнечный свет. "Величайшая живописная сила заключена в солнечном свете, и вся кажущаяся серость русской природы хороша лишь потому, что является тем же солнечным светом, но приглушённым, прошедшим через слои влажного воздуха и тонкую пелену облаков".
Раньше никогда не задумывалась, наверное, даже и не обращала внимания, глядя на полотна. Но, однажды побывала в доме-музее художника Н.Хохрякова, которого ещё называют "солнечным художником", стала обращать внимание и на пейзажи других художников.

Примечательно, что, кроме солнца ещё и он видел прелесть дождей. Захотелось сходить в музей и рассмотреть картины, соединить прочитанное и увиденным.

Обязательно прочту рассказ Чехова "Попрыгунья", послуживший раздором между двух друзей.

Неудивительно, что Левитан любил писать осень, богатое красками время года, ждал этого времени. Насчитывают около ста осенних картин, не включая в этот счёт этюды.

Вся повесть "сквозит" красками, от самых светлых, до самых тёмных, даже в описаниях его жизни...

---

Да, повесть написана в 1936 году, когда началась гражданская война в Испании.

Был ли это заказ сверху? Может быть. Но мне важно то, что из-под пера писателя вышла не политическая декларация, а хорошее произведение о тонкой грани между увлеченным одиночеством и практическим равнодушием ко всему вокруг.

Может ли человек быть вне времени, вне общественных катастроф?

В довольно коротком произведении, просто изобилие символов, начиная от созвездия - недосягаемой гармонии, до сейсмографа, который приземляет читателя, фиксируя далекие-далекие взрывы.

Ещё больше меня восхищает язык автора: красивый, образный и при этом очень точный. Думаю, если бы Константин Георгиевич в художественной публицистике так описал Историю ВКП(б), я бы её тоже прочитал. Ну а пока остается  наслаждаться малой формой.

На этот раз это тот Паустовский, которого я знала в школе и то, что отбило мне желание знакомиться с творчеством писателя дальше. Природа, птички, рыбки и зверюшки, скучно, до жути- никакого сюжета, сплошные описания. То ли дело Дюма, Жюль Верн, Конан Дойл- приключения, преступления, интриги, динамика - красота! Но... время идет) и то, что было интересно когда-то, пусть останется в прошлом с многолетним теплым отношением к той литературе, но возвращаться к ней совершенно не хочется. Данную повесть я бы хотела порекомендовать тем, кому интересно спокойное, неспешное чтение, кто ценит в литературе красивый язык и хочет узнать немного нового о средней полосе России.

"Мещерская сторона" о красотах родного края, а рассказывать об этом Константин Георгиевич умеет как никто другой. Что написать о повести, где большую часть текста занимает описание природы? Красиво и умиротворительно. Все! Будет еще немного о приметах, которые городской житель забыл, а крестьянин без них никуда. Это сейчас у всех погода на много дней на экране телефона, париться не стоит, а еще тогда, знание особенностей природы имело важнейшее значение. Будет о черных озерах Мещер и непроходимых болотах, в котором однажды чуть Гайдара не потеряли. Будет о талантливых и именитых людях края, о местных жителях. Всего понемногу, а в целом- о России.

Знакомство с Паустовским ещё со школьных лет происходило у меня.
Когда отрывки его произведений,
Простые, но живости полны,
В диктантах, изложениях частенько появлялись.

С тех пор минуло много лет,
Сменила детство молодость,
А зрелость молодость сместила...
Но жива в памяти ещё всё эта сила -
Поэта в прозе, мастера родного языка.

Мещорский край, похожий так на многие другие районы центральной русской полосы,
Свои просторы на страницах открывает.
И так полны тут красками картины
Природы русской, природы расписной,
Что ходишь ты буквально с автором по лесу,
Рыбачишь в озере и мокнешь под грозой.
И Симонов, Гайдар с тобой.

Но и не только край Мещорский
Своей природою богат.
Его народ - подстать природе,
Такой живой и самобытный,
С поверьями своими и укладом,
Предстанет на страницах пред тобой.

Не правда ли, что явно благо -
В рассказе малом столько живости найти?
А стиль? Да этож Паустовский!
Какие могут быть сомнения, опасения
Что слишком сложный, хилый язык повествования найдешь?
Тут нет такого и в помине!
Читается легко, выноситься из текста много.
Поверь, читатель -
Будет наслаждения полна
В рассказе этом твоя дорога....

Эта повесть читалась, как тихий, но пронзительный разговор с прошлым. Написана в 1937 году, на фоне гражданской войны в Испании, но звучит она не столько как политический манифест (хотя и это прослеживается), сколько как притча. Добрая, немного наивная, но от этого не менее глубокая.

Сюжет разворачивается высоко в горах, где группа учёных-астрономов, погружённая в изучение звёзд, пытается остаться в стороне от бушующей внизу революции. И здесь Паустовский совершает почти волшебство (этот момент мне понравился больше всего!): он начинает повесть не с действия, а с тишины. Той особой, звонкой тишины высокогорья, наполненной лишь звуками стихии — ветра, далёких выстрелов, биения собственных сердец. Через эту тишину мы ощущаем тревогу каждого героя, их попытку укрыться в науке от мира, который рушится.

Но автор мягко опускает нас с небес на землю и напоминает: нельзя вечно прятаться за телескопом, когда внизу горит земля. И учёным приходится сделать выбор. Это выбор не между звёздами и войной, а между равнодушием и человечностью. Это история по большей мере не о политике, а о нравственности, о том, что нас настигает даже в самой высокой башне, под самым чёрным небом.

Повесть написана ясно, чисто, с той самой паустовской акварельной точностью слова. Она адресована по большей мере юному читателю, но вопросы, которые поднимает, вневременные. Поэтому моя оценка — 4,5. Полбалла убрала лишь за ту самую политичность, которую не скрыть даже за поэтичностью слога.

Где-то в начале повести в сон главного героя врывается Мигель Сервантес как своеобразный Вергилий. Он показывает профессору Мэро счастливую, процветающую, райскую Испанию, а потом — разрушенную, заваленную трупами Испанию адскую. В общих чертах, это повесть о близком сосуществовании с войной. Как разные люди реагируют на неё, как ведут себя, что думают. Но остановиться на одной войне, которую никто из нас не видел и не слышал, было бы глупо.

Это повесть об одинокой старости в конце времён. И вот чтобы такого не случилось, обычно люди выбирают скучные профессии и обзаводятся семьями в подходящий момент. Люди же, которые идут за сложной, далёкой, почти невозможной мечтой, часто обречены на одиночество — и потому что мечта не терпит «соперниц», и потому что редкий человек решится пожертвовать своими интересами ради исполнения мечты другого.

«Стол был пуст. Он не написал за этим холодным лакированным столом ни одной строчки любимому человеку, здесь он писал только вычисления и вежливые письма астрономам. Ни любимых, ни любящих не было. Нет, они были когда-то, но Мэро забыл о них».

Впрочем, нет, повесть не об этом. Дело не в старости и даже не в урагане, создававшем ощущение, будто наступил конец света. Дело в том, что группка астрономов оказалась отрезана от мира самим своим призванием. Оно сделало их сухими математиками, тогда как мечта низвелась до важной, но простой рутины. Призвание выдернуло астрономов из родной страны в маленькую французскую обсерваторию, окружённую испанскими Пиренеями и гражданской войной. За сражениями в долине учёные наблюдали так же отстранённо, как за звёздами, — война за идеалы, которые астрономам были не близки по призванию, порождала в них только лёгкую тревогу.

«Смерть всем, кто не с нами!»

— кричали плакаты. Произведение написано в 1936-м, в самом начале гражданской войны в Испании. Не сама война, но наблюдение за нею — ожидание новостей, гнетущие размышления о происходящем за тридевять земель — было личным опытом Паустовского. И жизнь, какой она была тогда, нашла отражение в повествовании: горы, обсерватория, снег, тишина. Но самое трагичное в этом тексте то, что автор мог бы и не называть место действия, — это могло быть выдуманное королевство и выдуманное противоборство. Девиз с плакатов подходит любой войне. Учёные, засевшие в горах, считали себя выше подобных варварских конфликтов, но взамен презирали всех, кто из-за этих конфликтов переживал (то есть, был не с ними).

«Я знаю, что астрономы никогда не будут стрелять друга. А об остальном я предпочитаю не думать».

В чём-то Эрве, конечно, прав. Кроме одного. Только зачерствевшее сердце может не думать о том, что где-то рядом люди стреляют друг в друга. Астрономы на деле оказались вовсе не сухарями. Война задела их за живое, хотя и неожиданным образом. Излишне будет рассказывать, каким, — повесть и без того короткая. Но всего в нескольких предложениях автору удалось перевернуть представления стариков о себе, покрывшихся ржавчиной.

Весь текст отличается этой ёмкостью: автор несколькими словами-штрихами способен передать точное впечатление, а каждое предложение бьёт прямо в цель.

«Сухие дубовые листья залетали в обсерваторию. Деревья шумели за стенами, и садовник говорил, что если ветер срывает даже дубовые листья, то, значит, будет дуть очень долго».
…
«Мэро не спал. Он лежал на своей узкой кровати, прислушивался к вою ветра, и чувство одиночества сжимало ему сердце. Неужели так и придется жить до смерти в этих горах, в белой комнате, похожей на больничную палату? Неужели никто не придет, не погладит седую голову и не скажет: “Спи, я посижу около тебя и почитаю, пока ты уснешь”?»

И как я рада, что, хотя к Мэро никто не пришёл, он сам не стал сидеть на месте, а отправился в путь. Какой бы печальной не была повесть, эта печаль светла и трогательна. Она меня вдохновляет.