Знакомство мое с Лавкрафтом началось лет 12 назад, когда в желтушном журнале паранормального толка мне попалась статья о необычном писателе, столь реалистично описывавшем ни на что не похожие ужасы, что складывалось впечатление, будто он сталкивался с ними лицом к лицу. Не то чтобы в такую постановку вопроса особо верилось, но наивно скрывать, что верить почему-то хотелось. Наверное, очень уж не укладывались у меня в голове образ создателя известнейших хорроров 20 века и фотография странного человека с худым лицом, забитым взглядом и ботанскими очочками. Это теперь мы без особой рефлексии читаем Касси Клэр, а тогда считали, что автор и исполнитель должны точно соответствовать написанному и исполняемому. Ну, и без сомнения, это сейчас мы все знаем, кто давно уже фхтагн, а тогда зловещий силуэт Ктулху еще не реял над нами, стыдливо прячась под порнографическими обложками хаотических сборников фантастики и триллеров. Так что статья статьей, а до самого Лавкрафта мне добраться удалось только спустя несколько лет.
Удивительное дело, скажу я вам. Хоть рассказы из читанного когда-то сборника и из "Притаившегося ужаса" частично совпадают, я бы без напоминания их не узнал. В памяти моей отложились какие-то кошмарные пейзажи, лабиринты, подземелья, оскверненные дома, ломаные линии, погребенные на дне океана реликты и вообще древнее зло, вылезающее откуда-то из недр. Это была великолепнейшая мерзопакость, от которой захватывало дух, и снова хотелось верить, что Лавкрафт мог это всё видеть, ибо тогда планета в такой жопе, что жизнь прекрасна и удивительна. Читая же сейчас это всё своим безнадежно избалованным мозгом, я неизбежно подмечаю выверенные художественные приемы, частые самоповторы, переработки, отголоски влияния других авторов и прочие скучные вещи, которые щекочут мне интеллект, но отнюдь не нервы. А было бы хорошо еще раз забраться в пирамиды с Гарри Гудини и поглядеть на монстроголовых мумий, вызывающих из тьмы небытия очередного Ньярлатотепа. Хотя, признаюсь, что свободными от экзальтации глазами мне удалось увидеть много новых интересных вещей.
По сути рассказы Лавкрафта можно назвать прообразами прекраснейшей крипоты. Они даже композиционно напоминают большую часть контента Мракопедии, вплоть до стандартных приемов типа "Я пишу это впопыхах, но вы должны узнать" и "О нет, они уже на пороге!" Хотя привыкшему к Миджунштз и smile.jpg битарду будет непривычно продираться через ровный и выверенный литературный язык, которым никакой адекватный человек на пороге смерти никогда изъясняться не будет, равно как и не будет на десяток страниц расписывать сарай, поляну или нелегкое душевное состояние дальнего родственника главного героя. Ужасно также и то, что в большинстве рассказов нагнетается и нагнетается, многочисленными намеками описывая, с каким нечеловеческим страхом все столкнулись, ни разу нормально не конкретизируя, потому что это якобы слишком страшно, от вида этих чудовищ все штабелями укладываются в обмороки и рады потом, что не разглядели их в подробностях. А в итоге всё либо и остается на уровне намеков и умолчаний, либо оказывается набором клювов и щупалец, неевклидовой геометрии и прочих физиологий, "настолько непоходящих на всё привычное нам, что нет слов, чтобы его описать". Ну круто чо. Памятуя о статье, могу предположить, что Лавкрафта в детстве сильно напугал осьминог. Я же принадлежу к поколению, взращенному на хентае, так что щупальцами нас не пронять, моар подробностей, пожалуйста.
Если отвлечься от конкретных страшилок, то основные сюжеты рассказов можно разделить на три типа...
Ладно, если отвлечься от конкретных страшилок, то основные сюжеты рассказов можно разделить на три типа: 1) Фэнтезийные зарисовки, частично несущие на себе следы влияния Дансени и английской поэзии. Волшебные сны, сказочные страны и города, греческая и более древняя мифология, восточный колорит 2) Ужастики со стандартными сюжетами, уходящие корнями к По и Блэквуду. Звери, сумасшедшие, зловещие эксперименты, мертвецы. Частый прием рассказа очевидца 3) Самые бесподобные, на мой взгляд, сюжеты, хоть немного коррелирующие с предыдущим пунктом, но базирующиеся не на привычных ужасах, а на той самой ни на что не похожей лавкрафтовской мифологии, за которую его все любят. Столкновение человека с неведомым и непередаваемым, жутчайшими реликтами ушедших эпох, сохранившими память о первозданном хаосе
Наивно отрицать, что даже сейчас читателя завораживает не то, что кто-то оживил мертвеца, а то, что при этом он выкрикивал имя Йог-сотота. Что уж говорить о читателях вековой давности, для которых и зомби были в диковинку. Лавкрафт, кстати, значительно усиливает эффект тем, что все события у него происходят "в наши дни" – в его дни, 1920е годы. Автомобили, скоростные поезда, телефоны, техническая революция и рядом – вылезающие из темных глубин твари, которым все эти навороты до лампочки. Существа настолько древние, что против них бесполезны и дубина, и нож, и обрез. Насчет светового меча я утверждать не стану, но и ставить на него тоже не рискну. И осознание того, что темные эпохи не ушли и не уйдут никогда, они по-прежнему здесь, скрываются под тонкой земной корой и человеческой слепотой, и весь свет науки против них бессилен, слегка пошатывает рациональное сознание. Пошатывает в 21м веке, будет пошатывать в 25м, и это, безусловно, победа Лавкрафта и его темных начал. Хочется мне со временем собрать воедино всю картину этого обреченного мира, где под тонким слоем человеческой цивилизации и хрупких представлений об окружающем мире кроются невероятные бездны, куда всё это может рухнуть. Неслучайно большая часть таинственных событий происходит под землей: переходы и лабиринты, прорытые норы и катакомбы, погребенные под землей и под водой храмы и города, всплывшие из-под воды пугающие острова и свидетельства того, что задолго до людей планетой правили жуткие твари. И они до сих пор скрываются где-то на дне, в пещерах, под горами, близ земного ядра, спят, ждут. Поджидают. И незримая грань между привычным миром и миром другим, существующим по иным законам, вне времени, в множестве пространственных измерений, может быть уничтожена. Лавкрафт вываливает на нас множество имен средневековых колдунов и запретных манускриптов, цитаты из которых настолько захватили умы читателей, что они долгое время искали их как реально существующие документы, а потом и начали подделывать. А потом начали дополнять и перерабатывать оригинальную мифологию. Я долго думал, что же в ней такого, зачем этот фанфикшн, а теперь понял, насколько прекрасно эта зловещая мертвая бездна Лавкрафта обнимает Землю, по доброй воле готовую рухнуть в небытие, хаос и ужас.
Что и где надо взорвать, чтобы Р'лайх снова всплыл?
91 понравилось
