Поймай падающую звезду. Антология современного сербского рассказа

В антологию современного сербского рассказа вошли произведения наиболее значимых в Сербии мастеров "малой прозы": Йована Радуловича, Михайло Пантича, Горана Петровича, Драгослава Михаиловича, Светланы Велмар-Янкович, Виды Огненович, Радована Бели-Маркович.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,7

15 оценок

5
20%
4
47%
3
27%
2
7%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 14Хотят прочитать 24

Рецензии

outsight10 января 2016 г.
Эту антологию сделали три человека: Любинка Милинчич, Лариса Савельева и Василий Соколов. Можно упомянуть еще вступительное слово Михайло Пантича, но оно слишком напыщенно и не слишком интересно. Милинчич - писательница, переводчик с русского, автор книг и фильмов по русской истории. Кроме того, она возглавляет небольшое белградское издательство, которое публикует русскую литературу на сербском языке. Савельева и Соколов - пара (не в смысле пара) переводчиков, которые перевели почти всю сербскую литературу в России за последние лет этак двадцать. Кроме шуток, вы можете раскрыть наугад буквально любую сербскую книжку из своей домашней библиотеки и увидите на титуле одну из этих двух фамилий на букву С. Одним словом, эти три человека образуют в современности некий мост между двумя литературами: сербской и русской. От составленной ими антологии - и такой короткой - можно ожидать чего-то особенного. И это особенное в ней есть.
Сербская литература - это не Павич. За его спиной, как выясняется в последние годы, скрывается большое число писателей не менее талантливых. Хазарский словарь напомнил немного разве что рассказ про слепого гусляра - сербского Гомера - под названием Улица Филипа Вишнича, автор - Светлана Велмар-Янкович. У нее тоже тягучий язык и магико-исторический эпос с уклоном в постмодернизм - правда, в меньшей, чем у Павича, степени. Лично я слышал имена примерно половины писателей из этой антологии, но читал только Горана Петрович. И Петрович как раз не впечатлил. Его рассказ нормальный - я ждал чего-то выдающегося. Не могу поверить, что эта история про взрослеющих мальчиков, которые пялятся на голую бронзовую бабу в парке, - лучшее из его короткопрозного наследия. По Атласу, составленному небом этого никак не подумаешь. Михайло Пантич в чувственном рассказе под названием Аля и один из тех дней тоже пишет про взросление мальчика. Он с таким же интересом разглядывает свою старшую златовласую сестру. И, подобно Гумберту Губмерту, пронесет это чувство через всю жизнь. Любви в Падающей звезде много - описанной емко, красиво, местами детально: Тигристее тигра Любицы Арсич - однозначный шедевр эротической прозы. Он напоминает картины кубистов. Из отдельных штрихов писательница создает тело, которое не опишешь в линейном письме. Есть еще Love Me Tender Елены Ленгольд и У перекрестка Милицы Мичич-Димовски. Но они - очень грустные - не столько даже о любви, сколько у судьбе человека с полом.
Кроме этих двух вещей, тексты тематически нигде не повторяются. Читая долгий, меланхоличный, затягивающий в себя рассказ Драгослава Михаиловича про грибника, я вспомнил парочку отечественных грибных романов и понял, почему современная сербская - да и не только - литература мне милее отечественной. Эти романы - Грибной царь Юрия Полякова и Generaton П Пелевина. У Полякова сбор грибов - декларация почвенничества-патриотизма: грибы-режу-за-Русь-матушку-в-свете-последних-изменений-политической-конъюнктуры. Пелевин мне, конечно же, симпатичнее Полякова, но и его наркоманское грибоедение не назову чем-то близким по духу. Вот так и приходится черпать родную культуру по соседским колодцам. В Восточной Европе ее - родной - конечно, больше всего.
Продолжу о звездах. Давид Албахари - постмодернист - ожидаемо разочаровал. Его рассказ Тайное общество повествует о тайном, соответственно, обществе по изучению прозы Виктора Дугайлича. Мало того, что оно тайное, так и еще и создано за 50 лет до рождения самого автора - когда Дугайлич столкнулся с этим обществом и с этими фактами, они его весьма растревожили. Дальше - интересный фантастический триллер, а в конце - филфак. Албахари - постмодернист, они вообще любят обламывать. С удовольствием зато познакомился с прозой Радована Бели-Марковича, его емким и едким рассказом о жизни сербской глуши. Меня покорил и его язык тоже. Соколов перевел очень хорошо:

Рассказывают, тогда отец мой Байкула два дня сидел на крыльце из липового обрубка новую ногу делал. Рассказывают, как наследство дядья между собой делили; как острыми топорами размахивали; вилы через колена ломали, а дубовые бревна в полтора метра вдоль распластывали. Материли, рассказывают, всё на земле и на небесах сущее, а тетки под занавес доски на полу в нужнике разобрали, так что отец, прямо с только что выструганной ногой, по пояс в братнино говно окунулся, после чего мать его в жестяном корыте выкупала, а новую деревяшку выкинула прямо в тихую ночь, осиянную звездами.
Из неизвестных мне до этого сборника авторов хочу отметить двоих: Радослава Братича и Йована Радуловича. Оба рассказа - о вражде и о конфликтах, этнических, политических, детских, семейных - всё вместе. Особенно зацепила открывающая сборник Встреча весны Радуловича в гениальном переводе Ларисы Савельевой. Этот короткий шедевр - история о сербских и хорватских школьниках эпохи титовского застоя - выделяется на фоне всей антологии.
А вообще, в книге нет рассказа, в который я мог бы ткнуть пальцем и сказать: нехорошо. Всё - шедевры. Да и Тайное общество постмодерниста Албахари, я уверен, полюбится каждому, кто любит постмодернизм. Антология - буквально вытяжка из современной сербской литературы. И это не только жанры, направления, имена, то есть литература - но еще и сербский мир - шире, просто мир, - который в этой литературе отражается. Тут история, современность, родина, эмиграция, детство, взрослость, старость, мужчины, женщины, мир, война, любовь, семья, работа - всё. Литературоведы любят говорить про цельность художественного произведения. Поймай падающую звезду - на сто процентов цельная антология, не только собрание первоклассной прозы, но и сама собой искусство.
Читать далее
8
143
LuluMiranda7 июля 2017 г.
Сборник рассказов, в котором каждому близко что-то свое
Какое же это нелегкое дело - оценивать антологии! Честно признаюсь, мне пришлось осмыслить каждый рассказ отдельно и посчитать среднее арифметическое, по-другому оценка не складывалась.
По двум уже написанным рецензиям вижу, что каждому читателю полюбилось в сборнике что-то свое, и это замечательно - ни один из рассказов ни скверен, ни гениален, просто люди читают сквозь собственный опыт и литературные пристрастия, из этого и складывается в итоге отношение, в сочетании с настроением и эмоциями в момент чтения.
Не все рассказы мне понравились, но не могу не признать, что сборник очень интересный, разнообразный по жанрам и поднятой тематике. Из все антологии мне больше всего понравился рассказ "Последний разговор" - и сюжетом, и темой стареющих родителей, и описанием маршрута мамы главного героя по Белграду, на меня напала щемящая тоска, замелькали образы, я будто проходила этот путь вместе с ней по знакомым улицам любимого города. Рассказ "Бесплодная осень" тоже попал в самое сердце, здесь и милая ирония, и трогательные описания, и реалистичность, сочность происходящих событий, и уже подмеченная другими рецензентами близость наших народов - как не узнать в грибниках своих дедушек/дядюшек/соседей? А сколько прозвищ у Тузика -Тузичелли, Тузинетти, Тузильоне, Тузило, Тузен, Тузенбах... Запомнился рассказ "Улица Филипа Вишнича", читала его, можно сказать, с упоением, наслаждаясь каждым словом. "Исход" и "Смерть лебедей" тронули своей необычностью, намеками, двойным дном. Были и другие рассказы, которые оказались близки, но не думаю, что стоит говорить о каждом из них - ровно как и о тех, которые не понравились совсем. Все равно каждый читатель сложит свое мнение о каждой отдельной детали этой увлекательной мозаики-антологии.
Чудесно, что выходят такие книги, пусть и небольшим тиражом - сербской литературы на русском языке непозволительно мало. А у меня на очереди романы Горана Петровича и Давида Албахари, и прочитанный сборник рассказов очень вдохновляет на то, чтобы, наконец, снять их с полки и открыть первую страницу.
Читать далее
2
202
ditya_dekabrya20 марта 2016 г.
Если падают звёзды, подставишь ли ты им ладонь? (с)
Сама задумка — объединить в одном сборнике современные тексты разных сербских авторов — заслуживает всяческой похвалы. Хотелось бы, конечно, чтобы такие книги издавались чаще, а Сербия, которая, как это ни парадоксально, для большинства из нас остаётся terra incognita, становилась ближе в культурном плане.
И если с современным кинематографом этой страны я знакома более-менее хорошо (не буду уточнять, что он не ограничивается творениями Эмира Кустурицы), то с литературой — очень эпизодически, увы. Я читала только Милорада Павича, его не менее талантливого преемника Горана Петровича и удивительного Момо Капора, так мало переведённого на русский язык. Поэтому неудивительно, что из сборника "Поймай падающую звезду", кроме уже упомянутого Петровича, я не знала больше ни одного автора. Кстати, здесь он открылся для меня с неожиданной стороны — реалистичной. И в этом амплуа Петрович тоже хорош.
Как минимум 3 писателя, с которыми мне удалось познакомиться за минувшие сутки, меня тоже заинтересовали. Но увы — у них больше ничего не переведено на русский язык (лишний повод учить сербский, что ж).
Лучшим текстом сборника я считаю "Тайное общество" Давида Албахари — это такой классический постмодернистский рассказ, крепкий, ладный и очень увлекательный. Понравилась также "Улица Филипа Вишнича" Светланы Велмар-Янкович — соглашусь с предыдущим рецензентом, есть в нём определённое сходство с Павичем, но оно совсем не раздражает. Любопытен рассказ "Смерть лебедей" Веды Огненович — такой лирический поток сознания о красоте и отчуждении. Очень трогательным мне показался текст "Последний разговор" Васы Павковича — история героя и его стареющей матери, приезжающей в Белград для того, чтобы побродить по местам своей юности. Хороша "Бесплодная осень" Драгослава Михаиловича — такой вроде бы незатейливый рассказ о заблудившемся грибнике, при этом чем цепляет — не могу сказать, наверное, искренней интонацией. Понравилась также социально-политическая сатира "Исход" Милована Мартинича, написанная от лица крысы.

Несмотря на то, что они сотворили с моим родом, я сумел не возненавидеть людей, но тем не менее стал меньше, чем прежде, уважать их. Может, поэтому я грызу доллары, швейцарские франки, евро, фунты, динары, лики королей, полководцев, президентов, учёных, писателей...

Сборник на самом деле очень неоднородный (и это хорошо): что-то из него мне совсем не понравилось (как, к примеру, первые несколько рассказов), что-то, повторюсь, вызвало неподдельный интерес. Переводы Савельевой и Соколова прекрасны — с этим вряд ли кто-то станет спорить, но вот к редакторам и корректорам у меня осталось много вопросов (отсюда и 4 звезды, а не 5).
Сама книга издана тиражом 1000 экземпляров, то есть рассчитана на узкий круг очень интересующихся сербской темой, поэтому многочисленные пунктуационные ошибки (к примеру, запятые в словосочетании "не то чтобы" и после "тем не менее" в начале предложения и не только) невероятно резали глаз. Кроме того, мне всё-таки хотелось видеть в книге хотя бы минимальные биографические сведения об авторах — этого не хватало, как и культурологических комментариев, а они тут просто необходимы.
Задумка, переводы, новые имена, — всё это очень порадовало, но многочисленные редакторско-корректорские огрехи в итоге смазали впечатление.
Читать далее
1
105

Все рецензии

Цитаты

outsight10 января 2016 г.
Его отношение к мужчинам отличалось тем, что он вынужден был скрывать его.
2
55
LuluMiranda7 июля 2017 г.
Вернувшись в свою страну, разодранную и съежившуюся, как шагреневая кожа, я убедила себя в том, что ни в каком другом месте, кроме Белграда, невозможно начать сначала.
1
46
LuluMiranda6 июля 2017 г.
Вся жизнь - рассказ. Даже если мы верим в то, что самостоятельно принимаем решения, то все равно остаемся героями, исполняющими чужие замыслы и воплощающими чужие желания (Давид Албахари)
1
12