Непохожие поэты

Трёх героев этой книги, казалось бы, объединяет только одно: в свое время они были известными советскими поэтами. Всё остальное – происхождение, творческая манера, судьба – разное. Анатолий Мариенгоф (1897 – 1962) после короткого взлета отошёл от поэзии, оставшись в истории литературы прежде всего как друг Есенина и автор мемуарной прозы. Борис Корнилов (1907 – 1938) был вырван из литературной жизни и погиб в годы репрессий. Владимир Луговской (1901 – 1957) после громкой и заслуженной славы пе...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

63 оценки

5
59%
4
32%
3
8%
2
0%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 71Хотят прочитать 131

Рецензии

YuliyaSilich
15 января 2020
«Цирк и весёлые ребята. И психопат, и мёртвое лицо».
«А время движется.
И войны и судьба
Идут навстречу нам, и тёмная резьба
На лбах упрямых всё ясней, и сроки
Уже приходят…»

Владимир Луговской
Это чтение оказалось как раз тем редким случаем, когда ничего особенного не ждёшь, а чудеса случаются:«Жизнь разворачивается, раскручивается, бьёт по жилам».
Захар Прилепин приятно удивил, всколыхнул, просветил и взбудоражил мой внутренний мир. За кажущимся на первый взгляд незамысловатым фасадом повествования о житии-бытии трёх советских поэтов скрывается большой и скрупулёзный авторский труд.
Прекрасно передана иррациональная, беспощадная и страшная эпоха, когда дамоклов меч был занесен над головой каждого жителя Страны Советов, и только случайное стечение обстоятельств определяло его дальнейшую судьбу: казнить/нельзя/помиловать?
О своих героях Евгений Николаевич пишет увлекательно, человечно, с некой затаенной нежностью, благодаря чему проникаешься невольным сопереживанием и сочувствием к их судьбам.

О Мариенгофе:

Да, он делал с фразой то, что до него, пожалуй, и не делал. У него «пухлая гимназисточка» вылезает из платья, как розовая зубная паста из тюбика. У него «дерево, гнедое как лошадь». Он пишет о молодой, влюблённой женщине: «Она была натоплена счастьем, как маленькая деревенская банька». А ещё в прозе Мариенгофа встречается: «рыжеватые сапоги сморщились, как человек, собирающийся заплакать».
Как метафорист Мариенгоф составляет в русской литературе конкуренцию Юрию Олеше и Валентину Катаеву, и неизвестно ещё, кто из них выигрывает
...

За свою жизнь он написал много плохих стихов, десятка полтора сомнительных пьес, не самый удачный роман «Екатерина», вовсе не нужные и проходные киносценарии.
Зато у него есть «Циники» — роман на все времена, две маленькие замечательные поэмы 1921 и 1922 годов — «Друзья» и «Разочарование», россыпь удивительных стихотворений, имеются не безупречные, но притягательные мемуары — «Роман без вранья» и «Мой век…».
И ещё эта, написанная в последние три года перед войной, поэтическая драма — «Шут Балакирев» — золотой запас русской литературы
О Корнилове:

Жил на ощупь, о чём-то догадываясь, чего-то не зная, — но шёл напрямик упрямо и последовательно. Стремительно учился, хватал на лету — и говорить, что он каким пришёл в поэзию, таким и ушёл, — нелепо: к финалу Корнилов стал великим умельцем, порой нарочно рядящимся в семёновского паренька. Но ловкость его жестов и удивительная самоирония говорят о другом: откуда ни возьмись явился мастер.
Он любил свою эпоху, боялся её, обожал её, ненавидел её — всё разом. Но не предал её. Нарочитой, игровой маргинальностью своего лирического героя Корнилов будто бы пытался привить великой и беспощадной эпохе человечность: ты огромна, я мал — но это не такое противоречие, эпоха, как ты думаешь, я тебе подпою, слышишь? Не услышала. В те дни, когда кто-то предпочитал мимикрировать под цвета времени, кто-то умолкал, а кто-то терял истинное в себе и неумолимо обрастал мёртвой тканью, Корнилов все силы приложил для того, чтобы оставаться настоящим, подлинным, живым. В конечном итоге поэзия была главным его убеждением. Он выращивал стихи. Жизнь на фоне такого великого дела, как поэзия, казалась неважной, второстепенной, случайной. За стихи его убили. Тоже по дикой, нарочитой, подлой случайности. Не случайными были только сочинённые им строчки.
Отец мой, я помню из детства, часто напевал: Пиво горькое на солоде затопило мой покой… Все хорошие, весёлые — один я плохой. При жизни не спросил у него, откуда эти строчки, а потом не мог разыскать. Всё думал: чьё это? И однажды нашёл на последних страничках томика Корнилова, в разделе «Не издававшееся»
О Луговском:

Луговской написал под прессом жестоковыйной власти свои самые дурные, патетичные и пустые стихи, сочинённые в каком-то изнеможении сил и чувств. Но дело в том, что лучшие свои стихи он написал в силу тех же причин: под влиянием времени, на мощнейшем ветру эпохи. Эпоха дала ему всё: жизнь, кипенье, ощущение причастности к нечеловеческим победам — у него хватило разума и сил осознать это — не забыв всё остальное: 1937-й, крушение многих иллюзий.
В одном из последних своих стихотворений он напишет: Может быть, Это старость, Весна, Запорожских степей забытьё? Нет! Это — сны революции, Это — бессмертье моё! Перед нами — верный, не сдавший ни одной позиции ребёнок Октября, прожжённый, неисправимый «левак» и к тому же — империалист, неоднократно воспевший советское, красноармейское собирание земель, а ещё русофил, у него даже падающий снег — великорусский; в общем, на первый взгляд — сочинитель устаревший, ненужный, вредный… а на самом деле — он просто обязан вернуться — юный, новый, поющий, со своим рокочущим басом, бровеносец, красавец, умница, романтик, великий русский поэт
...

У Луговского не хватило сил на ту судьбу, которую он себе выпрашивал, но у него хватило сил на многое другое — он настырно гулял по краю, он влетел в свой капкан, он едва не подох от боли, но вынес и выполз и несколько раз, преодолевая стыд и унижение, становился небывалым стихотворцем — по самому высокому счёту.
Наблюдать его жизнь интересно, в ней есть трагедия, в ней есть драма, его Алайский рынок роднит его с другим дервишем — Велимиром Хлебниковым. У судьбы Луговского запоминающийся, грустный рисунок, и если закроешь глаза — об этой жизни можно думать, пытаться как-то иначе перерисовать её, сделать лучше — но она снова складывается только в ту, которой была.
Он не Гумилёв и не Северянин, он — Луговской, Владимир Александрович, хороший человек, сломленный не эпохой, а просто жизнью — жизнь страшнее любой эпохи, тем более если эта жизнь пришлась на войну. Хороший человек и стихотворец, каких очень и очень мало
Неимоверно благодарна автору за эмоциональную, исключительно увлекательную, экскурсию в чулан истории советской литературы, за то, что он не поленился и стал «протирать тряпкой давно упавшие бюсты, вглядываясь в гипсовые черты: кто же это, кто? Чего он написал-то?»
Бесспорно, «Непохожие поэты» - это хорошая книга. Рекомендую.
Р.S: «Жизнь, если в неё долго всматриваться, куда более щедра, чем любая выдумка».
Читать далее
47 понравилось
19
705
Melbourness
23 апреля 2021
От героев былых времен не осталось порой имен... (ст. Евгения Аграновича)
Все познается в сравнении. Человеку нахамили в интернете или выкинули с какого-то форума, и пошли крики про травлю? А если как в тридцать седьмом, за стихотворение (как, например, Мандельштама за "Кремлевского горца") сначала арестовали, измордовали на допросах, дальше - или десять лет лагерей, или к стенке (еще неизвестно, что хуже)? Поколению начала 20го века дико не повезло - Первая мировая война, две революции, Гражданская война, ссылки, лагеря, расстрелы, Вторая мировая война, крушение устоев и идеалов. Они быстро жили и рано умирали.
Захар Прилепин показал мне трех ныне забытых поэтов, представлявших собой квинтэссенцию той эпохи. Мариенгоф, Корнилов и Луговской - с одной стороны очень разные люди, а с другой - если их сложить всех вместе - получится живейшая иллюстрация истории России и Советского Союза первой половины прошлого века. Автор показал, как по разному жили в дореволюционной России. Как после революции жили трудно, но весело, на кураже. Как потом, в конце двадцатых - начале тридцатых, начал подкрадываться страх, кураж повыветрился, началось толкание у кормушки. Как в конце тридцатых страх сменился ужасом, который не все выдерживали, но можно ли их осуждать за это? Вокруг трех героев этой книги накручивается виток за витком эпоха, Прилепин достиг идеального балланса, показав такие разные судьбы. Взлеты и падения, забвение и слава, друзья, враги, жены, любовницы, дети, радости и трагедии, от которых невозможно оторваться.
В "Непохожих поэтах" великолепно передана атмосфера, царившая в стране в то время. Поэты вписаны в общую историю, на их примере разобран огромный пласт творческой интеллигенции. Отдельно хочу отметить язык книги, он, как всегда у Прилепина, великолепен. Очень хотелось надергать цитат пока слушала аудиокнигу, но не было возможности. Что еще очень понравилось: автор беспристрастен, не выгораживает и не очерняет своих героев без необходимости.
Рекомендую всем, интересующимся историей и литературой!
Читать далее
20 понравилось
0
458
bernadsky_m
2 декабря 2015
Месяц назад, оказавшись на сайте издательства «Молодая Гвардия», увидел анонс выхода книги Захара Прилепина «Непохожие поэты». Без лукавства скажу, что горячая волна чего-то приятного и родственного окатило сердце. Наконец, заказал книжку, стал ждать труд Прекрасного писателя. И вот, через неделю, она передо мной. С пылу, с жару. Светиться, сияет, отличное качество бумаги, завораживающая обложка. Но не только внешняя оболочка привлекла. Обрадовало содержание.
Как всегда, Евгений Николаевич на высоте. Всем чертям на зло. Прекрасный стиль, чёткость, ясность, увлекательность.
Книга раскрывает перед читателем биографии трёх «непохожих поэтов» с такими насыщенными судьбами, с такими приключенческими биографиями – диву даёшься! Широка и богата история наша, Родина наша на такие доблестные, богатырские типажи. Читаешь о Мариенгофе – влюбляешься в него тут же, хоть и до того восхищался им, точнее его прозой («Бритый человек, «Цинники», «Роман без вронья»). Погружаешься в жизнь Корнилова – и такой страх находит, что съёживаются внутренности, вздрагивает сердце от крутых поворотов, волнуешься, надеешься, что в конце всё окончиться благополучно, даже, если знаешь правду. Не замечая как бегут страницы жизни Луговского – поражаешься величине, силе, мощи этого поэта, вверх задираешь голову, чувствуешь – упадёшь.
И да, конечно же, гордость за то, что Россия порождает, вмещает, объединяет в себе такое количество по истине гениальных, одарённых личностей.
Достойные представители русского народа, русских лесов, полей, далей, богатств. Мастера слова, труженики, отчаянные, смелые, крутые нравом, безмерны духом.
З. Прилепин возродил их имена, направил на их увядшие для большинства фигуры мощный луч света. Глядите! Их похоронили, закопали, накрыли валуном могилы, а стихи то - звучат незабвенно и как красиво. Ручейком, снежинкой звенят.
И хочется читать запоем по-настоящему волшебные, чудесные строчки. Ощущать сердцем до невозможности близкое, томительное, обнадёживающее.
Книга – высший класс. Красивый, плавный полёт.
Спасибо, за язык, образ, подачу. Сочувствуешь, переживаешь и радуешься за каждого героя. Главное - всем хочется советовать. Уровень серии "ЖЗЛ" - прекрасен, ч.т.д.
Читать далее
20 понравилось
1
358