Лекции по зарубежной литературе

Очень интересная находка. Язык Набокова метафоричен, местами сложен, но разбираться в нем очень познавательно. Понравилось, как он говорит о Джейн Остен и Кафке. Вообще, очень хорошие мысли о том, как надо читать литературу, конкретно – классику. Выделю, что Набоков считал, что не нужно себя пытаться ассоциировать с персонажем книги. Мне это показалось важным, потому что я всегда испытывала проблемы с тем, чтобы найти в книге кого-то, кто на меня похож, а оказалось, что и не надо :) В общем, для всех, кто любит литературу! Обязательно найдете что-то полезное для себя

Это моя третья книга, прочитанная у Набокова. Она же пока больше всего мне и понравилась. Автор так интересно рассказывает об избранных для этих лекций произведениях, что хочется тут же взяться читать непрочитанное отсюда и перечитывать то, что я уже читала раньше. Конечно, за исключением «Улисса» Джойса и книг Марселя Пруста. К такому подвигу я пока не готова даже после лекций Набокова.
Первое, что хочется отметить в этой книге, и что, в общем-то, замечают все читатели Набокова – это его великолепный русский язык. Он настолько прекрасен, что некоторые части этой книги я зачитывала вслух, просто для своего удовольствия. Ну и второе – после этих лекций становится понятнее подход автора к литературе и искусству в принципе. Это не источник новых впечатлений, не что-то, откуда мы черпаем новые знания и понимание людской психологии. А просто наслаждение чем-то невыразимо прекрасным, что доставляет нам удовольствие самим своим существованием. Даже если это что-то совершенно бесполезно в практическом смысле, как предмет роскоши. Чистый эстетизм, одним словом. Очень похожие взгляды на искусство высказывал мой любимый Оскар Уайльд.
Конечно, все, что здесь сказано о каждой из книг – абсолютно субъективно, так же как и сам подбор книг. К примеру, среди известнейших корифеев высокой словесности я неожиданно для себя нашла Стивенсона, которого, я, в общем и целом, нежно люблю. Но все же странно найти его в компании Джеймса Джойса и Сервантеса.
Немного обидно было за писательниц-женщин и Джейн Остин в частности. По лекции о ней человек, никогда не читавший ее произведений, может составить впечатление, что это нечто настолько скучное и унылое, что и внимания не стоит. А еще было обидно за детективы, которые Набоков назвал чем-то настолько плохо написанным, что они и внимания хорошего читателя не стоят. Я детективы почти не читаю, но все же равнять великолепные книги Конан-Дойла, Агаты Кристи или, к примеру, Эдгара По с низкопробным шлаком это по меньшей мере несправедливо.
Больше всего мне понравились лекции о «Госпоже Бовари» Флобера, Диккенсе и Кафке. И как мне было жаль, что он взял для разбора «Превращение», а не великолепнейший «Процесс». А взгляды Набокова на многих авторов хотя и спорны, но интересны.

Терпеливо разъясняет, чем великие книги отличаются от посредственных. На примере целого ряда классических романов. Авторы? Остен, Диккенс, Флобер, Джойс, Кафка, Пруст, Стивенсон. Только если они прочитаны, стоит браться за роскошную критику Набокова. Насладиться упущенными деталями и незамеченными культурными слоями, оценить богатый язык, пересчитать символы, перемыть косточки. Обычно преподают литературу те, кто сам не является признанным литератором. С Набоковым всё иначе. Он много лет создавал такие тексты, в которых каждое предложение шедевр и много лет преподавал в американском университете. Завидую его студентам. Не считал нужным держать нейтралитет и мог себе позволить выразить резкое мнение («В сравнении с Кафкой такие поэты, как Рильке, и такие романисты, как Томас Манн, — карлики или гипсовые святые»), обладал способностью оценить произведение – без вкусовщины «нравится-не нравится», а воздавая по заслугам. Читаешь то, как он разбирает на составные части механизм «Улисса» Джойса и осознаёшь, что из этого знаменитого кирпича действительно вышло не только половина современной литературы, но и кинематографа.

Эта книга не для получения знаний, она создана для наслаждения и показывает читателю, на что обращать внимание при изучении классических произведений, например, таких как «Госпожа Бовари», «Улисс», «Холодный дом» и других.

От Набокова я ожидал много большего. Здесь анализ сводится, в основном, к пересказу и механистическому перечислению структурных компонентов, причем ничего необычного автор не выделяет. Впрочем, пересказ Остен, Бовари и Кафки мне было интересно читать, так как самих книг я точно не осилю, а таким путем и с сюжетом ознакомился, и собрал цветочки, которые Набоков предложил в виде обильных цитат. Разбор «Уллиса» я бы назвал «ни о чем», уж лучше читать послесловие переводчика. «Дон Кихот» вызывает у Набокова отвращение, но чтобы его разделить, опять же, нужно читать роман. Слишком предвзято выглядит эта критика и несерьезны обвинения. Получается, что Сервантес жесток, но Флобер, при этом, вполне гуманен, а Кафка так вообще «величайший немецкий поэт», да ладно. Не думаю, что Набоков был не способен на глубокую мысль, подозреваю, что в данном случае он просто схалтурил в спешке за гроши. Грешно, конечно, но кто его осудит.

"Набоков и Литература: Любовь с Микроскопом" 

Набоков – не просто критик, он настоящий детектив литературы. Он ищет улики гения, разгадывает загадки стиля и не боится высказывать своё мнение, даже если оно идёт вразрез с общепринятым.

Набоков учит видеть мир литературы по-новому, замечать то, что раньше ускользало от взгляда.

Читая эти лекции, Набоков не будет вам объяснять смысл книг. Это пошло, искать и выдумывать смысл у книг. Если читатель будет усиленно искать смысл в литературном лесу то он не услышит пение птиц, для такого читателя лес пуст, в нем нет животных, да и сами деревья возможно мертвы.
Читатель ждёт, что же Набоков расскажет ему о «Госпоже Бовари», он ждёт пояснений, надеется, что после лекции будет лучше понимать гениальное произведение Флобера. Но Набокова, похоже, больше волнует тема лошадей, которых так много, оказывается, в этом романе, эти лошади были бы хорошим дополнением к тому, что так и не рассказал Набоков.
Или вот «Превращение» Кафки, кто только не пытался расшифровать и осмыслить. Набокова же больше захватывает не это, а то в какое насекомое превратился Грегор Замза и то что, к примеру, у этого насекомого могут быть крылья.
И я, если честно, верю Набокову, умение подметить эти крылья может быть важнее всех смыслов навязанных тому или другому роману. Вот только научить этому, увы, нельзя только пересказывая книги, даже если их пересказывать, так тщательно как это делал Набоков.