La nuit de feu

À vingt-huit ans, Eric-Emmanuel Schmitt entreprend une randonnée dans le grand sud algérien. Au cours de l’expédition, il perd de vue ses compagnons et s’égare dans l’immensité du Hoggar. Sans eau ni vivres durant dans la nuit glaciale du désert, il n’éprouve nulle peur mais sent au contraire se soulever en lui une force brûlante. Poussière d’étoiles dans l’infini, le philosophe rationaliste voit s’ébranler toutes ses certitudes. Un sentiment de paix, de bonheur, d’éternité l’envahit. Ce feu, po...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

451 оценка

5
31%
4
40%
3
24%
2
5%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 524Хотят прочитать 683

Рецензии

bumer238910 ноября 2022 г.
Чтобы познать смысл жизни...
Нужно потеряться в пустыне. Серьезно. Хоть на чуть-чуть.
Редко какой мой тур "Вокруг света" обходится без Шмитта. С его помощью я уже побывала и в Японии и в Китае, и в Бельгии. Такой он - литературный космополит и певец мира.
В этой книге - хочется верить - автор описывает свое личное путешествие в пустыню Сахара. Поехал он туда - по легенде, для съемок фильма о Шарле де Фуко (если вы не знаете, кто это - вам любезно об этом расскажут. И - не путайте с Мишелем Фуко!). Но кажется мне, что были у него и личные причины. Он в свои 28 лет - искал. Что-то - смысл жизни, Бога, свой стиль...
Шмитт - такой автор, который пишет так витиевато, что - я бы назвала его стиль даже избыточным. Иногда - его описания и эпитеты - прям дух захватывают! Например - описание той самой ночи в пустыне или - врезавшееся мне в память описание туарега. В накидке цвета индиго, с копной светлых волос... К этому уникальном народу я испытываю светлые чувства еще со времен книги Альберто Васкес-Фигероа - Туарег . За их жажду жизни, знания и - уникальное отношение к женщинам. И автор, похоже, мои чувства разделяет. Их зародившаяся и развившаяся дружба с туарегом-гидом - была очень трогательная. Есть и забавные, чисто писательские наблюдения - например, гида Дональда - "профессионального остряка" и нарочитого любимца публики.
Это было - быстро, безболезненно, но как-то - глубоко и безбрежно. Автор, конечно, поделился личным переживанием и опытом. Не многим дано даже увидеть пустыню - не то что в ней потеряться (да и не советую). Конечно - "поиски Бога" и пространные рассуждения об этом - такие отголоски словно высоколобой, студенческо-кухонной философии. (за это полбаллика и сняла) Но - молодости это свойственно. Я уже знала об очистительном влиянии - смены условий, экстремальны условий, влияния паломничества. Так что сюрпризом - были только духовные открытия автора.
Шмитта - я прям рекомендую. Не все его рассказы, конечно, одинаково полезны. Но - я бы назвала его стиль - "письмо кистью по слоновой кости". Это - очень красиво, что - на таком небольшом объеме - даже цветисто. Но - часто это бывает остроумно подмечательно и довольно глубоко. И теперь я знаю - почему.
Читать далее
88
561
orlangurus22 декабря 2025 г.
"Я — лишь крупица жизни между небытием и небытием, тем небытием, что мне предшествовало, и тем, что будет за мной."
Начну не с рассказа о книге, а с моего восприятия книжных знаков, над чем кто-то посмеётся, а кто-то понимающе покивает)). Вы же согласны, что берясь за книгу, понятия не имеешь, что именно от неё получишь, невзирая на отзывы и аннотации? И это действительно так. И когда серийно на тебя наваливаются книги, явно или косвенно касающиеся одной темы, - это нечто вроде знака, мол, посмотри в ту сторону мира или себя, подумай... Вот эту книгу, как маленькую по объёму, но явно про пустыню (по обложке), я брала как старт перед "Туарегом", который гораздо объёмнее. Хотелось немножечко коснуться жара и холода дней и ночей, морально, что ли, подготовиться, потому как пустыни ... ну, не очень меня интересуют. И вдруг книга оказывается первой не в ряду описаний Сахары, а первой в целой куче книг, где люди ищут ... бога. На что хотела намекнуть мне Вселенная? Буду думать...
Книга маленькая и, хотя считается художественной, является своеобразной исповедью. В эпилоге автор пишет, что между описываемыми событиями и написанием книги прошло 25 лет. Видимо, как раз столько времени ему понадобилось, чтобы набраться храбрости и заявить, что он - верующий человек.
А дело было так: молодого преподавателя философии приглашает написать сценарий к его будущему фильму довольно известный режиссёр. Он славится дотошным отношением к материалу, поэтому Эрик с радостью соглашается поучаствовать в поездке в Сахару, чтобы окунуться "в реалии". Тема фильма:

Шарль де Фуко, белый колдун… Век спустя нам предстоит побывать в местах, где жил этот герой, о котором мы писали сценарий.
В экспедиции также участвуют несколько учёных - геолог, ботаник и т.д. Между собой все шутят, что говорится, что из пустыни никто не возвращается таким же, как вошёл в неё. Для кого как, а для Эрика - это правда. После одного из споров - скорее интеллектуальных дискуссий с ботаничкой - он гордо заявляет:

— А если Он ищет меня, пусть найдет! — закончил я вслух, с вызовом обращаясь к горам.
Мог ли я представить себе в эту минуту, что Бог меня слышит и что Он ответит мне всего через несколько дней?
Бог найдёт заблудившегося в пустыне философа и навсегда изменит его отношение к жизни...

Я часто жил, не замечая того, путая бурную деятельность со счастьем бытия. Да, я больше суетился, чем радовался. Обременял себя проблемами, забывая наслаждаться простым сокровищем — жизнью.
Смирившись, я пришел к миру, основой которого я не был.
Перелом в душе убеждённого атеиста описан подробно и, я бы даже сказала, увлекательно. Кроме этого, в книге есть немало достаточно забавных моментов, возникающих из европейского восприятия "дикарей", например, когда с самого первого момента "наши" маются от пота, песка и ветра, а вокруг таскают грузы и готовят верблюдов совершенно чистые и сухие туареги:

Как им это удается? Даже их ноги в плетеных сандалиях оставались ухоженными! И подумать только, что мы, европейцы, маемся комплексом превосходства…
Понравилась мне и история дружбы Эрика с туарегом-проводником, доказывающая, что разность языка и религии не имеют значения в человеческих отношениях:

Вдруг рука Абайгура погладила мое плечо.
Свидетель моей молитвы, туарег ждал, сколько мог, но уже смеркалось, и он напомнил мне, что нам пора быстрее спускаться.
Он казался довольным, что мы разделили этот момент, хоть он и молился по законам ислама, а я… не укладывался в рамки никакой религии.
Не скажу, что мне резко захотелось умчаться в Сахару от наших хлябей, но книга понравилась. Прежде всего именно тем, что рассуждения, которые могут даже звучать банально, не просто написаны - прожиты автором...

Когда к тебе обращается незримое, надо научиться жить с этим подарком.
Читать далее
79
132
takatalvi27 марта 2018 г.
Очарование пустыни и шок откровения
Эрик-Эмманюэль Шмитт – весьма плодовитый французский автор, более известный как драматург, хотя в багаже у него имеется немало романов, разноплановых и в основном очень коротких, и даже несколько фильмов, в которых он засветился и как сценарист, и как режиссер. С последним и связан автобиографический сюжет «Ночи огня».
Отношение к творчеству Эрика-Эмманюэля Шмитта у меня было заведомо пресное – после того, как я прочитала его «Детей Ноя», о нем сложилось мнение как об авторе, в принципе, неплохом, но ничем особо не выдающемся. Читался его роман хорошо, но после себя мало что оставил – так, зыбкое воспоминание о проходной вещице.
«Ночь огня» сперва подтверждала это впечатление. Пресности добавлял автобиографический тон – рассказ от первого лица, об том, как двадцативосьмилетний Эрик-Эмманюэль намылился пересечь Сахару. Цель была немудреной – поглядеть на будущие декорации фильма о Шарле де Фуко, к которому он написал сценарий, – а способ пересечения довольно унылый: в туристической группе с профессиональным гидом. Пространные речи, что пустыня-де меняет людей, ох, сейчас и пройдемся, все очень по-туристически. Авторский голос заранее предупреждает – я вас умоляю, какие тут приключения. Сразу понятно, что неожиданностей не будет. Не встретятся бандиты. Не начнется мистики. Не спустится тарелка с инопланетянами. Автор просто погуляет, опишет красоту пустыни, вспомнит драгоценные жизненные моменты (что еще в пустыне делать) и сделает возвышенные выводы, важные главным образом для него одного.
Так казалось, но ближе ко второй половине книги все стало меняться. И дело не в том, что автор стал намекать на какое-то грядущее событие, которое изменит ВСЕ (впрочем, легко было догадаться, что именно произойдет). Перемены начались с любопытного момента: туарег, сопровождавший группу, утречком стал молиться, как у них полагается. И ни у кого это не вызвало особых эмоций, хотя накануне вечером имел место спор о двигателе всего сущего, в котором на верующую женщину Сеголен («вы говорите как, а не почему») и философствующего автора («у каждой эры своя легенда») обрушился весь гнев сторонников неоспоримого научного знания. Позиция большинства сводилась к следующему: ну как так, ребята, что за чушь вы несете, ученые все уже точно выяснили. Трагизма добавляло то, что в группе были ученые.
И вот во время молитвы туарега Сеголен метко заметила Эрику, что это часть местной экзотики, которую обещали в буклете, и поэтому ни у кого не вызывает возмущения эта молитва. Но начни сейчас молиться она – о, это будет буря стыда. Ну как так, парижанка, наш человек, и вдруг молится. Кошмар же ж.
Этот момент плавно переводит повествование в русло глубоких рассуждений о разнице в менталитетах, о взглядах на религию со стороны науки, философии и самой религии. Сам автор, как персонаж, к этому моменту не верил ни в научные истины, ни в Бога. Но случай в пустыне все изменил. Да, он не был неожиданным, этакая досадная банальность, если смотреть на него как часть сюжета – даже наивность, но последующим текстом Шмитт встряхнул меня так, что все прочитанное прежде стало видеться в совсем иной перспективе, и текст уже не казался плоским и слабым.
Я, однако, отдаю себе отчет, что мое впечатление может быть основано сугубо на личных ощущениях – мне знакомо и очарование пустыни, и шок откровения. И Шмитт здорово это выразил, описав свои чувства и выведя простенькие, но глубокие истины о мироздании, месте человека в нем и сущности веры. А его дружба с туарегом добавила трогательности.
В итоге книга пробрала настолько, что пришлось с пару часов приходить в себя. Здорово вышло, очень даже здорово.
Читать далее
70
2,7K

Все рецензии

Цитаты

demN17 апреля 2016 г.
На земле хватает поводов очаровываться, вот только очарованных мало.
35
1,5K
ilarria16 октября 2018 г.
Мало-помалу я привыкал к радости.
Ибо таков был результат моей мистической ночи: блаженство.
Я размышлял о годах, которые посвятил философии. Под влиянием Хайдеггера они развили во мне тоску, эту коренную встряску, по мнению современных мыслителей, саму суть сознания, ту самую тоску, что пронзила меня в первый вечер в пустыне.
Тоска эта, однако, удалив меня от мира, не даровала мне встречу с Богом. Наоборот, она обрекла меня на еще большее одиночество и верхоглядство, ибо я воспринимал себя единственным мыслящим среди немыслящего мира.
Не в пример тоске радость вернула меня в мир и даровала встречу с Богом. Радость привела к смирению. Благодаря ей я не чувствовал себя больше одиноким, чужим, но оплодотворенным, соединившимся. Сила, Державшая Все, кипела и во мне, я воплощал одно из ее временных звеньев.
Если тоска сделала меня слишком большим, то радость вернула к верным пропорциям: я не велик сам по себе, но велик величием, влившимся в меня. Бесконечность стала сутью моего конечного разума, как сосуд – вместилище моей души.
Читать далее
30
737
nataliaperna181 марта 2021 г.
Моя страна?
Пустыня – моя страна, ибо это край граждан мира. Это край настоящих людей, освободившихся от уз
27
498