Ваша оценкаРецензии
Morra12 июля 2014 г.Читать далееПризнаюсь: меня обычно утомляет хождение по магазинам, раздражает их шумная суета и огорчает невозможность найти то, что хочешь. Но у Золя универсальный магазин возведён в ранг священного храма, шелка и бархат - в культ, а повседневный процесс - чуть ли не в чувственное удовольствие, обаянию которого невозможно не поддаться. И поддаются. "Дамское счастье" - мечта капиталиста. Сонм женщин, зомбированных витринами, акциями, скидками, лестью продавцов, как во сне стекается в магазин со всех уголков Парижа. Богачки, швыряющие деньги, и бедные, надменные буржуа и робеющие перед этой роскошью домохозяйки, благоразумные (о, этих меньшинство! одна госпожа Бурделе на весь роман) и даже не пытающиеся сдержаться перед наглым натиском разноцветных прилавков, самозабвенно отдающиеся посещению магазина как отдаются любимому мужчине.
О, господин Муре, вы истинный гений предпринимательства. Страшно даже подумать, как бы вы могли развернуться сегодня с нашими-то информационными технологиями. Октав Муре - не просто удачливый делец, он профессионал, мастер, талант своего дела, сумевший превратить заурядную лавку в процветающий магазин, быстро увеличивающий прибыли и поглощающий, пожирающий улицу мелких лавок вместе с её обитателями, не сумевшими приспособиться к новым временам господства фабрик и оптовых закупок. Муре - тонкий психолог, знающий как ловчее подцепить на крючок покупательниц, так, что даже самая сдержанная и надменная из них приходит в себя у кассы с какой-то блестящей безделушкой в руках (и мне ли, купившей на днях очередное платюшко "по случаю", их осуждать!). Муре возвёл свою стратегию управления магазином в образ жизни, в своего рода философию, оперирующую женскими слабостями и наживающуюся на них. Женщины пользуются мужчинами, "Дамское счастье" пользуется женщинами - круг замкнулся.
Впрочем, и на господина Муре, весело прожигающего жизнь за пределами своего царства, найдётся своё наказание - неприметная простушка и провинциалка Дениза, прибывшая в Париж в полном соответствии с законами жанра без гроша в кармане, но зато с двумя братьями, отягощённая ко всему хорошему трудолюбием и совестью (первое - к вящей пользе, второе в разгульном Париже скорее к лишним неприятностям). Где все те люди, которые упрямо твердят про упадок нравов? Дайте им почитать "Дамское счастье", в котором продавщицы-приказчицы прячут незаконнорожденных деток и не стесняясь ищут покровителей (я честная девушка, у меня "никогда не бывало больше одного сразу"!), приказчики ежевечерне пропивают заработок в ближайшем кафешантане с кокотками на коленях, а хозяева занимаются тем же только с большим изяществом. Дениза в этом раю разгула и кутежа - белая ворона, подвергаемая насмешкам, излишне правильная, как и положено героиням романов, а впрочем, довольно милая и в целом живая. Хотя её превращение из угловатой, стеснительной и неудачливой рядовой продавщицы в сообразительную и обаятельную помощницу и затем и начальницу, покорившую такого тонкого ценителя женской красоты, как Муре, всё-таки стоит на втором плане. Блеск и роскошь "Дамского счастья" перебить невозможно.Оригинальность витрин привлекает взгляд, аромат фиалковой воды кружит голову, многоцветье шелков бьёт в глаза, снежная белизна кружев слепит, руки же так и тянутся хотя бы прикоснуться к сверкающему великолепию. Ах, покажите же мне ваши новые отложные воротнички ручной работы!
981,8K
Airgid_Lynx9 декабря 2018 г.Гордость и предрассудки кокетливого Парижа
Читать далееКнига восхитительна своим лоском! Начиная чтения, ты, невольно, попадаешь в мир нового типа торговых центров, магазин "Дамское счастье". Кроткая и преисполненная достоинства провинциалка Дениза, прибывшая в Париж после смерти родителей по легкомысленно оброненному приглашению дядюшки попадает в весьма затруднительное положение. Читатель шаг за шагом проходит с Денизой по карьерной лестнице (а она здесь далеко не главное!), переживая травлю, насмешки, всеми силами удерживаясь от такого легкого пути падения, к которому ее, дуреху, толкают все кому не лень из "благих намерений"... И наконец встречает такую же противоречивую любовь, как весь ее путь успеха. Но конечно же, главным в этой книге оказался сам магазин! Величественный как некое божество женских пороков, искушающий, толкающий к безумствам и расточительству, возбуждающий тайные пороки и порождающий тягу к клептомании... А за ним стоит один единственный человек!...
Что восхитило:
- Потрясающий язык! Он настолько хорош, что пропитывает тебя великосветской атмосферой, позволяя более тонко прочувствовать все лицемерие, всю показную идеальность и бесстрастность великосветского общества, и одновременно показывая низовья человеческого падения.
- Сюжет и характеры героев. Эта книга не имеет эпических приключений, но настолько сильно берет в плен, что невозможно оторваться, даже если догадываешься чем дело закончится (Все равно, сидишь и пытаешься предугадать как именно это будет?!)
- Атмосферность. Предположительно, это осенняя книга, но честно говоря, это не принципиально, т.к. в этой книге настолько сильная атмосфера величия женских страстей подстегиваемых предложениями и грамотной политикой магазина, что по-неволе проникнувшись ею, и с пристальным вниманием следя за разворачивающимися событиями, не замечаешь ничего другого. При этом атмосфера величия магазина противостоит атмосфере смерти старого торгового мира, показанного через конкретных персонажей, что создает дополнительные эмоции, и подталкивает на глубокие размышления.
P.S. Я в полнейшем восторге! Книга великолепна своей правильностью и ненавязчивым поучением для дамского сердца.
975,1K
Zelenoglazka26 апреля 2012 г.Читать далееБезумно тяжелая и безысходная история. И тем более страшно читать, когда понимаешь, что это - омерзительная, неприглядная правда. Вот и в наше время, в нашей стране такого очень много. Бытовое пьянство, переходящее в хронический алкоголизм. Кого сейчас этим удивишь?
Мощь таланта Золя в том, что он описал это подробно, выпукло, ярко и беспощадно, заставив читателя содрогаться от возмущения и омерзения. Разве кто-то не знает, что пить нельзя? Да нет, и Жервеза, и Купо знают очень хорошо - примеров у них перед глазами великое множество. Вначале они действительно чураются алкоголя, как чумы. А потом... Вполне нормальное, дружное семейство превращается в стадо даже не свиней, а просто каких-то недо-существ - нищенская жизнь, в грязи и вони, с драками, бранью и постоянным голодом. Но на выпивку они находят всегда. И это те люди, которые в начале романа такие чистые, работящие, любящие??
Автор несколько раз пытается оправдать героиню. Мол, она не виновата, это все обстоятельства, это такая жизнь. Но само же повествование убеждает в обратном - никто не виноват в падении героев, кроме них самих. Да, алкоголики - больные люди. Но если все они спиваются добровольно, при чем тут какие-то обстоятельства? Жервеза и Купо тупо и безвольно плывут по течению. По идее, их должно быть жалко, но мне вот не жалко нисколько. У Жервезы было много возможностей вернуться к нормальной жизни, а она предпочла алкоголь. И Купо, и Шкварка-Биби, и Соленая пасть - все они конченые люди. За что им сочувствовать? За то, что они друг друга и самих себя подталкивают в грязь?
Может быть, эгоистично так рассуждать. Но я не понимаю, как человек может пить, превращая себя в ничтожество? И еще при этом куражиться, оправдываться, до последнего делать вид, что все в порядке? И такие люди, как Гуже и его мать, и Лалли, чудом оказавшиеся в этом гадюшнике, даже они не могут служить примером. Они являются лишь предметом насмешек и ненависти - инородные существа, которые не хотят пить, не хотят валяться в грязи. Жервеза, в отличие от Купо, это понимает. Но - не поддается благотворному влиянию. И вот так, медленно, но верно, шаг за шагом, до самого дна...
Золя люблю и ненавижу. За грязь, за отвращение, за безнадежность, за несбывшиеся надежды. За ужасающую правду.
Всем любителям выпить очень рекомендуется.
961,4K
nastena031021 ноября 2017 г.Гимн Торговле с бонусом в виде сказки
Он создавал новую религию; на смену опустевшим церквам и колеблющейся вере пришли его базары, отныне дававшие пищу опустошенным душам. Женщина бывала у него в праздные часы, в часы трепета и волнения, которые раньше проводила в сумраке часовен, ища выход своей болезненной страстности, прибежища в нескончаемой борьбе между божеством и мужем; она предавалась здесь культу тела, вводившему ее в мир небесной красоты.Читать далееВот я наконец и добралась до, пожалуй, самого известного романа моего любимого зарубежного классика. Были у меня по его поводу некоторые опасения (и как оказалось, не зря), так как в связи с этим романом слышала такие фразы как «очередная история о Золушке», «прекрасная история любви», «счастливый конец». И они вызывали у меня, мягко говоря, недоумение, а в голове невольно звучал вопрос «а мы точно об одном авторе говорим?» В общем, Золя здесь меня удивил любовной линией, потому что слышанные мной фразы оказались правдивыми и не сказать, что я по этому поводу в восторге, но! Во-первых, самым моим любимым авторам я готова многое простить, каюсь тут в полной субъективности. Во-вторых, она не заняла весь сюжет, а представилась мне скорее бонусом к основной истории, от которой я в полном восторге. А, в-третьих, у меня сложилось впечатление (подчеркиваю, что это исключительно мое вИдение!), что Золя сделал в этом своем романе то, что Муре делал в своем гипермаркете:
Муре страстно желал одного — одержать победу над женщиной. Он хотел, чтобы она царила здесь, как у себя дома, он построил для нее этот храм, намереваясь подчинить ее своей власти.В общем, кинул нам - представительницам прекрасного пола, к которым одновременно испытывал и восхищение, и презрение — сахарную косточку-заманушку, посмеиваясь в глубине души. Ах вам не нравился натурализм «Накипи», вы осуждали, брезгливо поджав губы, откровенность «Нана»? Так вот вам сказочка, кушайте не обляпайтесь. И ведь скушали! Наконец-то публика была довольна, наконец-то на автора не накидывались критики всех мастей, обвиняя во всем чем только можно.
Дальше моя обычная простыня впечатлений от Золя
Но ведь Золя не был бы Золя не покажи он, как всегда ярко, живо и завораживающе, в своем романе еще одну грань той эпохи! И вот тут я довольна на триста процентов! А насколько же актуально все показанное им! Пожирание гигантами рынка частных торговцев мы все не так давно наблюдали в нашей стране. После распада Союза в лихие 90-ые люди повально кинулись в торговлю, не избежала этой участи и моя семья, ведь кушать-то хотелось. И вот тот подъем, на котором реально можно было очень не хило заработать, а потом спад, когда крупные фирмы с успехом пожирали мелкую рыбешку я не просто видела, а прочувствовала по полной. Тем интереснее мне было читать о том, как финансовый коммерческий гений Октава Муре покорял Париж. Нельзя не восхищаться им, чего только стоят всяческие хитрости, на которые он ловил своих клиентов:
День и ночь ломал он себе голову в поисках новых изобретений; чтобы избавить изнеженных дам от утомительного хождения по лестницам, он устроил два лифта, обитых бархатом. Затем он открыл буфет, где бесплатно подавались сиропы и печенье, открыл читальный зал — обставленную с чрезмерно пышной роскошью величественную галерею, где даже отважился устроить выставку картин. Но главной его задачей теперь было завоевать женщину, которая, став матерью, утратила склонность к кокетству; он стремился завоевать ее при помощи ребенка и тут уж не упускал из виду ничего: он играл на всех чувствах, создавал отделы для мальчиков и девочек, останавливал на ходу матерей, даря детям картинки и воздушные шары. Поистине гениальной была эта выдумка раздавать всем покупательницам — в виде премии — воздушные шары, красные шары из тонкой резины с оттиснутым крупными буквами названием магазина; странствуя в воздухе на конце тонкой веревочки, они плыли по улицам в качестве живых реклам.
Но главная сила Муре заключалась в печатной рекламе. Он дошел до того, что тратил триста тысяч франков в год на прейскуранты, объявления и афиши. К базару летних новинок он выпустил двести тысяч экземпляров прейскуранта, причем прейскурант был переведен на иностранные языки и в количестве пятидесяти тысяч разослан за границу. Теперь Муре снабжал его иллюстрациями и даже образчиками материй, приклеенными к страницам. Это был целый поток самовосхваления: «Дамское счастье» било в глаза всему миру, широко используя стены, газеты и даже театральные занавесы. Муре утверждал, что женщина бессильна против рекламы и что ее фатально влечет ко всякому шуму. Впрочем, он расставлял ей и более хитрые ловушки, анализируя ее душу как тонкий психолог. Так, он установил, что женщина не в силах противиться дешевизне и покупает даже то, что ей не нужно, если только убеждена, что это выгодно; исходя из этого, Муре создал целую систему постепенного понижения цен на товары, которые продавались туго; он предпочитал продать их с убытком, лишь бы они быстрее оборачивались. Он проник еще глубже в женское сердце, придумав систему «возврата» — этот шедевр иезуитского обольщения. «Берите, сударыня, вы возвратите нам эту вещь, если она перестанет вам нравиться». И женщина, которая до сих пор сопротивлялась, теперь покупала со спокойной совестью, находя себе оправдание в том, что может отказаться от своего безрассудства. Возврат вещей и понижение цен вошли в обиход новой торговли, как основные ее методы.
Но особым, непревзойденным мастером Муре проявил себя в области внутреннего устройства магазина. Он поставил за правило, чтобы ни один уголок «Дамского счастья» не пустовал: он требовал, чтобы всюду были шум, толпа, жизнь, потому что, говорил он, жизнь притягивает другую жизнь, рождает и множится. Для этого он придумывал всевозможные уловки. Во-первых, требовалось, чтобы в дверях всегда была давка — пусть прохожие думают, что здесь вспыхнул бунт; он добивался этой давки, размещая при входе удешевленные товары — ящики и корзины с продававшимися по дешевке предметами; поэтому тут вечно толпился бедный люд, преграждая дорогу остальным покупателям, и можно было подумать, что магазин ломится от наплыва публики, тогда как он часто бывал заполнен только наполовину. Кроме того, Муре умело скрывал в галереях плохо торговавшие отделы, например, летом отдел теплых шалей или отдел ситца — зимой. Он окружал их бойко торговавшими отделами и скрывал в шуме и сутолоке. Он один додумался поместить ковры и мебель на третьем этаже, ибо покупательниц тут бывало значительно меньше, а потому размещение этих отделов в нижнем этаже привело бы к образованию пустот. Если бы Муре придумал, как пропустить через свой магазин всю улицу, он, не колеблясь, осуществил бы эту идею.Знакомо просто до боли! Шарики, Карл, шарики! А ведь написано в 1883 году! Но при этом нельзя и не сочувствовать его жертвам. Скольких погубило созданное им роскошное чудовище?
Забившись в уголок неосвещенной кареты, Дениза, укачиваемая мерным движением похоронной процессии, слушала нескончаемые жалобы старого торговца; из окошечка она видела, как катафалк, проехав по улице Шоссе-дʼАнтен, стал подниматься по улице Бланш. Ей мерещилось, что за дядей, шагающим молча, тупо, точно оглушенный вол, раздается топот большого стада, которое ведут на бойню, — то была поступь обанкротившихся коммерсантов целого квартала; в их лице вся мелкая торговля шлепала по мокрой мостовой стоптанными башмаками, влача по парижской грязи позор своего разорения.Поэтому и хэппи энд тут для меня сомнителен. Где справедливость и счастье для семьи Бодю? Двое в могиле, один в богадельне... Где оказался славный малый Делош? На улице без малейшего намека, что в его жизни будет что-то хорошее. Где старик Бурра, последний оплот сопротивления? Жалкий и смешной бездомный без гроша в кармане на старости лет. Где все те, кто оказался за боротом?.. А ведь многие из них хорошие честные люди, ничем не хуже Денизы...
Ну и кстати поговорим о Денизе. Собирательный идеальный образ, а не девушка она для меня. Изменил тут Золя натурализму. Да и даже если допустить ее реальность. Такая чистая, невинная, благородная девушка, оказавшись без гроша в кармане в большом городе, а также без связей, покровителей и тому подобного, обречена на один из двух сценариев, этот город ее в любом случае сожрет: не развратит, так убьет в прямом смысле слова, так что ее линия медленно, но откровенно скатывается в сказку. Хотяяя.... все мы знаем, что сказки заканчиваются свадьбой, а вот что будет дальше? Тут же явно эффект запретного плода, на сколько лет, а то и месяцев его хватит? В общем, циник я и реалистка)
Зато чем больше книг цикла я читаю, тем четче у меня вырисовывается «вселенная» Ругон-Маккаров, книги все сильнее пересекаются, хотя при этом их спокойно можно читать вразброс. Октав Муре, главный герой данного романа, уже хорошо знаком мне по роману «Накипь», да и частичку его юности я застала в романе о его родителях «Завоевание Плассана», а реконструкция Парижа со сносом улиц встречалась в романе "Добыча", где его дядя Аристид Саккар сколотил состояние на махинациях по этой самой реконструкции. Вроде не особо важно, но как бонус мне очень нравится, как-то я себя уже во Франции, нарисованной Золя в его эпопее, своей ощущаю)
А еще Золя это один из тех авторов, в рецензиях на книги которых я не могу удержаться от бесконечных восторгов по поводу языка! Настолько он мне вкусен, что я готова читать о чем угодно, настолько яркие картинки возникают в моем воображении, будь то игра на бирже, бал у местного богача или описание магазина:
У Денизы было такое ощущение, точно она смотрит на машину, содрогающуюся под высоким давлением от недр своих до самых витрин. Сейчас перед нею были уже не те холодные выставки, которые она видела утром; они казались согретыми и словно трепещущими от внутреннего волнения. Люди разглядывали их, женщины останавливались, толпились перед окнами, возбужденные от желаний. И ткани оживали под действием страстей, кипевших на улице; кружева чуть колыхались, таинственно скрывая за своими ниспадающими складками недра магазина; даже толстые четырехугольные штуки сукна дышали соблазном; пальто на оживших манекенах принимали все более округлые формы, а роскошное бархатное манто, гибкое и теплое, вздувалось, точно покоясь на женских плечах, облегая волнующуюся грудь, трепещущие бедра. От магазина веяло жаром, как от фабрики, и этот жар исходил главным образом от прилавков, где шла оживленная продажа и была сутолока, которая чувствовалась даже за стенами здания. В помещении стоял непрерывный гул, точно от машины, находящейся в движении в беспрестанно обрабатывающей покупательниц, — их сбивали в кучу перед прилавками, одурманивали товарами, а затем перебрасывали к кассам. И все это — с механической точностью, с силой и логикой передаточного механизма, захватывающего целые толпы женщин.P.S.: Мои рецензии на другие части цикла "Ругон-Маккары":
"Карьера Ругонов"
"Его превосходительство Эжен Ругон"
"Добыча"
"Деньги"
"Мечта"
"Завоевание Плассана"
"Накипь"954,9K
violet_retro1 августа 2012 г.Читать далееОгни большого магазина и сейчас заставляют многих замирать у витрин. Какая-нибудь очередная невероятно выгодная акция или распродажа - voilà, готово, настоящий человеческий водоворот, в котором и утонуть не трудно. Несложно представить, насколько сильнее все это будоражило сердца людей тогда, когда было новшеством. Но, несмотря на то, что и распространение огромных магазинов, и сама по себе жизнь Денизы и Октава, по сути, банальны, все равно, эта история захватывает.
Ведь этот магазин - живой организм. Дышит, растет, с милой улыбкой по одиннадцать часов в день глотает толпы людей. И, хотя он потом непременно выплевывает их обратно, как только они попрощаются с деньгами, некоторые из посетителей все равно, по доброй воле, так и застревают внутри. Не знаю, что это, зачем оно мне, как заплатить за него, но оно красивое и так подешевело! Вперед, хочу, беру, заверните! И совсем уже неважно, что настоящая экономия была бы не в том, чтобы позариться на скидку, а в том, чтобы и вовсе ничего бесполезного не покупать. Весь этот блестящий гипноз бесконечного потребления стар как мир. Тогда прорывом было наличие нескольких разных отделов под одной крышей, теперь никого уже не удивляет Икея, больше похожая на маленький город, чем на магазин, но суть все та же - люди не меняются, и ими всегда было просто манипулировать. И как ни очевиден был бы метод, всегда будут те, на ком он работает безупречно, о чем так легко и прямо рассказывает Золя.
Но с другой стороны, в этой любви Муре к людям не так уж много притворства, это не только жажда наживы. Чтобы хорошо продавать, нужно понимать и принимать маленькие слабости большинства людей, и по-настоящему их любить - пусть и любовью, больше подходящей для ручных мартышек, чем для людей. Хорошо продавать - тоже искусство, пусть и не очень благовидное, ведь процент обмана в нем гораздо больше, чем во всех остальных. И это искусство увлекает сильнее любых покупок, потому что покупатель управляет только вещами, а продавец - самими покупателями. Немножко волшебства по артикулу, и вот оно, готово - такое простое и вечное, такое мишурное и манящее, дамское счастье. Не задерживайте очередь, проходите в кассу!951,4K
quarantine_girl23 апреля 2024 г.Хозяин и работница. Версия для благородных девиц
— Вы согласны, сударь, что трудом можно всего достигнуть?Читать далее
— Трудом и бережливостью, — поправил учитель, вздрогнув. — Добавьте: и бережливостью, сударь.Предвещало ли что-то беду? Я б сказала, что нет. К классике какого-то негативного предубеждения у меня нет (вон в третий раз иду на постановку моей любимой классической книги, ни одна современная, которую я читала, таким похвастаться не сможет), задумка книги мне казалась очень привлекательной, чтица, в озвучке которой я слушала эту книгу, Вероника Обоянка, по-моему, для меня в новинку, но тоже не разочаровывала — голос приятный, начитка профессиональная. Но все же знакомство с автором и, соответственно, чтение этой книги оказалось ужасным.
Здесь есть две линии, которые пересекаются, но все равно остаются на постоянной основе главными: магазин и любовь. К магазину претензий нет, хотя все суммы и половина наименований (нет, не муфта или предмет одежды, а несколько видов шелка, кружев и прочего) понимались наполовинку, весьма условно. К любовной линии есть претензии и еще какие. Ладно, сравнивать с современными романами я не буду, хотя и очень хочется, но и в классике любовные линии (вспомните отношения Элизабет и мистера Дарси, Джейн и мистера Рочестера) развиваются как-то... ощутимее? Тип здесь она тоже могла развиваться, но до самого финала основным мотивом будет "о, нет, нет и снова нет, я не пойду ужинать с человеком, которого люблю (и полюбила как-то в одночасье), я его буду воспитывать в дружеской манере и игнорировать то, что из-за моих отказов он начинает ненавидеть буквально всё". Какой мотив таких действий, которые тормозят всю историю? А вот это нужно поискать, ведь мужик и богатый, и добрый, и уже не бабник (а его девственность и ее отсутствие Денниз не смущали, только распутство само по себе), и она не бомжичка, ее любят и уважают в "Дамском секрете". Но нет, ответ в том, что у нее двое братьев, за которыми она ухаживает как мать. Причем они вообще не против ее отношений с кем-то (тип в их семье только один абьюзер и это она), она сама решила, что будет мучать и себя, и дураков, которые в нее влюбились, и заодно всех, кто попадет под раздачу (а их из-за положения одного из дураков оказалось много). Короче, необычный пример женщины с низкой социальной ответственностью, а не милая продавщица из глубинки.
Кстати, про две линии я не случайно говорю так много — они всё, что есть в этой книге. Да, есть побочные линии (вроде жалости к мелким торговцам, которых разорило "Дамское счастье" или беременной продавщицы того же ТРЦ), но это все равно подходит под одну из двух основных тем, так что о них и нет смысла говорить.
Очень скоро мне надоело всё, что здесь происходило: история была на тормозах, поэтому это и неудивительно. Динамики тут мало, история чересчур ванильная и наивная, так что продолжать этот цикл не хочется даже для того, чтобы узнать, чем закончится история героев, совпадёт ли действительность с их планами
В общем, не могу посоветовать эту книгу
947,7K
f0xena9 сентября 2023 г.Читать далееЭту книг мне посоветовали в одной из игр LiveLib как производственный роман. До этого мое знакомство с этим жанром ограничивалось лишь книгами Артура Хейли и надо сказать, что очень нравилось. Решила разобраться – дело в том, что мне нравится Хейли, либо же в том, что мне нравится сам жанр производственного романа. В книге Эмиля Золя речь идет магазине женских товаров «Дамское счастье», куда устраивается работать главная героиня Дениза Бодю. Вместе с ней мы переживаем взлеты и падения, лишения, бедность, разделяем с ней все тяготы и невзгоды. Вместе с ней наблюдаем за превращением «Дамского счастья» из небольшого, но уже заметно выделяющегося на фоне конкурентов, магазина до огромного торгового магната. И кто бы мог подумать, что все это окажется таким увлекательным. Книга издана в 1883 году, ей уже 140 лет (!), а все уловки для привлечения покупателей используются и поныне. Просто удивительно, что до сих пор книга кажется настолько актуальной. До сих пор расположение товаров в магазинах строится на том, чтоб путь к необходимому товару лежал через весь магазин, чтоб по пути ты успевал взять что-нибудь еще. До сих пор в магазинах есть традиция устраивать смену обстановки, чтоб запутывать покупателя, меня это чертовски бесит, то, что вчера лежало в одном месте сегодня переместилось в противоположный угол – ходи, ищи, чем дольше ты будешь в магазине, тем больше купишь. И этих ловушек огромное множество. Читаешь и киваешь – да, да, все так и есть. А ведь прошло 140 лет. Поразительно как за это время совсем не изменился покупатель. Кстати, прообразом магазина «Дамское счастье» стал реально существовавший универмаг «Бон-Марше» в Париже.
Если производственная часть книги меня просто очаровала, то вот любовная линия оказалась разочаровывающей. Вернемся к главной героине Денизе – бедная девушка-провинциалка, переехавшая в столицу, на ее попечении братья, прокормить которых ой как непросто, с учетом, что и на содержание себя самой Денизе катастрофически не хватает средств. Днем Дениза впахивает на физически сложной и выматывающей работе, а вечером штопает свое платье, чтоб оно продержалось хоть еще чуть-чуть. В коллективе девушку принимают, мягко говоря, прохладно, ее внешний вид вызывает насмешки, за ее спиной множество пересудов и сплетен. Но (ВНИМАНИЕ СПОЙЛЕР) Дениза справится со всем, все преодолеет, не уронит своего достоинства, сохранит свои принципы, чистоту и непорочность, а в конце концов получит предложение руки, сердца и большого толстого кошелька от завидного холостяка-бабника (но это все в прошлом, до Денизы) и по совместительству владельца «Дамского счастья». Хэппи энд возьмет за душу миллионы домохозяек по всему миру! Брр… Если серьезно, то все в книге замечательно, кроме этой любовной линии. Хотя 140 лет назад она, скорее всего, воспринималась иначе, но сейчас не могу отделаться от того, что книга ждет экранизации на телеканале «Россия-1».
Содержит спойлеры901,4K
Mariam-hanum13 мая 2021 г.Ах, что за прелесть- это произведение...
Читать далееСколько превосходнейших произведений я прочитала и прослушала за последнее время, почти всё классика. Каждый раз, когда открываешь новую книгу, думаешь, ну сейчас точно будет разочарование сейчас мне не понравится...Но в каждом новом произведении есть какая-то своя магия -разная, в зависимости от автора, и ты снова ослеплена. И снова на вершине счастья.
Это второе моё знакомство с Эмилем Золя, первым произведением было Эмиль Золя - Западня ,которое меня поразило до глубины души. Изумляет, какие это два разных произведения по окраске эмоций, по выбору главных героев. Если в "Западне" это добрая и мягкая Женевьева, то здесь сильная и целеустремленная Дениза. Первая сломилась под воздействием окружающей среды, вторая не поддалась искушениям ...
Прочитав аннотацию "Дамского счастья" можно подумать, что это скучный почти производственный роман... И действительно, вначале столько описаний магазина тканей и женской одежды, что немного пугает, но насколько интересно, насколько увлекательно это изображено! Диву даёшься, должно же быть скучно слушать эти бесконечные перечисления названий платьев и отделов, рабочих профессий, их заработка.
Сюжет у книги почти тривиальный и без особенной динамики. И поэтому ещё более восхищает, как же так автор тебя околдовывает, что не возможно оторваться от романа.Ты сопереживаешь всем в произведении, особенно тронуло описание горя владельцов местных маленьких магазинов. И как люди теряют всё в своей жизни: цель, мечты и теряются сами. И действительно, даже в наши дни можно наблюдать болезненный процесс замещения малого бизнеса более крупным. Сочувствие вызывает Дениза, как её треплет жизнь, как она самозабвенно посвящает себя своим братьям. Кроме того, очень любопытно было взглянуть с точки зрения истории, первого созданного супермаркета, особенно, когда закупаешь продукты в сети французских магазинов "Intermarshe". Конечно, это простой продуктовый супермаркет, но всё-таки зацепило...
В целом, как и вся классика, изумляет, что по сути ничего не изменилось: любовь женщин на модные вещи и штучки, кто-то на этом зарабатывает; прозаические отношения в коллективе и т.д.
И ещё раз подтверждаю: КЛАССИКА- ЭТО НЕСРАВНЕННО!861,4K- Mariam-hanum17 февраля 2021 г.
И я попала в "западню"...
Читать далееЭто моё первое знакомство с автором. Хотя, еще моя учительница литературы советовала его прочитать... И вот свершилось... Чтение откладывала и откладывала, честно боялась, что не понравится, что буду произведение мучить и сама мучиться. Это же французская литература и классика! Но аудио книгу я буквально проглотила за сутки. Не могла оторваться. И сама же, кажется, попала в приятную западню: сейчас мне хочется познакомиться со всем циклом" Ругон-Маккары", особенно с "Наной".
По самой сути книги, говорить что-то - просто излишне. Писатель настолько точно, четко, красиво описывает весь процесс трансформации из прекрасного душой человека в ничто, что слова не нужны. И какой сильной личностью была в начале главная героиня - не сломилась при предательстве; имела собственную мечту - открыть свою прачечную; подняла на ноги своего мужа после трагического падения; приняла свекровь старую в дом, хотела иметь честное имя; в неё был влюблен честный преданный мужчина ... Всё было у Жервези... Я думала, что Она так и будет бороться с роковым стечением обстоятельств или с недругами, и потом опустится. А как оказалось падение личности произойдёт по другим причинам...
Хочется, еще затронуть тему дружбы насколько часто мы поём оду прекрасной дружбе! И вот у Главной героини она тоже была и куда же она её привела? Хотя, конечно, здесь дело наверное, в том какого качества были друзья...
Дурная компания, это все равно как капкан: прихлопнет, раздавит, любого человека может превратить в ничто.Многие рецензенты пишут, что книга тяжёлая, слишком пессимистичная... Мне так не показалось, может оттого, что я сама видела такое вырождение и меня уже не удивляет. Это наша реальность. Разве книга тяжелее реальной жизни? Даже порой восторгаешься насколько точно всё описал классик "точно сам свечку держал".
841,2K 
Basenka23 апреля 2022 г.“В торговле нет места чувствам, тут все решают цифры.” (c)
Читать далееВ романе довольно причудливым образом переплетены две совершенно разные истории: первая о революции в мире торговли, где на смену небольшим частным магазинчикам приходят огромные универмаги со множеством отделов и более низкими ценами; вторая - вечная история Золушки (бедной, но трудолюбивой
и честной девушки, которая находит своё счастье с Принцем).Несмотря на то, что я терпеть не могу книги о шопинге (как, собственно, и сам процесс), да и любовные истории давно меня не увлекают, этот роман мне понравился и заставил о многом задуматься.
Во-первых, великолепный язык Золя с его образными и сочными описаниями завораживает с первого предложения:
«Дамское счастье», сверкавшее, как раскаленный горн, окончательно покорило девушку. В большом городе, почерневшем и притихшем под дождем, в этом неведомом ей Париже, оно горело как маяк, оно казалось ей единственным светочем и средоточием жизни.Во-вторых, при том, что в книге довольно много персонажей, большинство из них настолько замечательно прописаны, обладают ярки выраженным характером и «голосом», что не возникает обычной при таком количестве действующих лиц путаницы «кто есть кто». Отношения между героями не статичные, а довольно многоплановые, меняющиеся, развивающиеся…в общем, все как в реальной жизни.
В-третьих, Золя, описывая философию и механизмы работы «Дамского счастья», по сути рассказывает историю создания и становления первого крупного магазина в Париже того времени Le Bon Marché. Ожесточенная, но безуспешная борьба мелких частных лавочек за выживание; внедрение новых принципов торговли, сопровождающееся болезненной ломкой старого привычного порядка; отношение к продавцам как к слугам, которые должны были жить в общежитии, соблюдать строжайшие правила, предписанные управляющими магазином, могли быть уволены без предупреждения - все это соответствует реальной ситуации того времени.
Интересно было наблюдать, как постепенно, очень медленно, начинает меняться отношение к женщинам, оставаясь при этом абсолютно двойственным: с одной стороны, они - целевая аудитория, на которую направлены все силы привлечения и магазин готов делать все, чтобы их ублажить,
Париж принадлежит женщинам,а женщины принадлежат нам.а с другой стороны, мужское общество ещё не готово рассматривать их как «полноценных» и равноправных членов, в глазах мужчин они остаются довольно примитивными созданиями
Он утверждал, что женщина бессильна против рекламы и что ее фатально влечет ко всякому шуму. Впрочем, он расставлял ей и более хитрые ловушки, анализируя ее душу как тонкий психолог. Так, он установил, что женщина не в силах противиться дешевизне и покупает даже то, что ей не нужно, если только убеждена, что это выгодно.Но даже эта двойственность - уже некоторый прогресс для того времени.
Золя интересно и детально описывает зарождение рекламы и маркетинга, как способов привлечения и удержания клиентов, причём, не только «напрямую», но и через понижение цен, способствующее увеличению объёма продаж; новые принципы выкладки товаров, учитывающие психологию клиентов; возврат не понравившегося товара; коммерческие ярмарки и т.д.
А ещё меня все время преследовала мысль: а так ли уж много изменилось с того времени? И в отношении к женщинам и в отношении борьбы мелкого частного бизнеса и гигантов-монополистов. Как часто мы сами выбираем огромный магазин/сетевой ресторан вместо маленького «семейного», только потому, что там «дешевле и все в одном месте».
Наверное, именно этим и определяется истинная классика: даже через многие годы (а то и столетия) после написания, она не устаревает и способна вызывать сильные чувства и глубокие мысли, потому что обращается к глубинным, обще-человеческим проблемам и побуждениям.
801,1K
