Der Name des Windes

И перечесть не могу мужчин, которые пытались похитить мою добродетель, уча меня, как ее защищать.

— Так и можно узнать настоящее лекарство, — сказал я. — Если бы оно было приятно на вкус, это была бы конфета.
— Разве не все в мире так? — задумчиво проговорила Денна. — Мы хотим сладкого, но нуждаемся в горьком. 

— Довольно иметь одну тайну, — мягко пожурила она меня, — большее — уже жадность.

Совы мудры. Они осторожны и терпеливы. Мудрость исключает дерзость, — Она сделала глоток из своей чашечки, изящно держа ее за ручку большим и указательным пальцами, — Вот почему совы — плохие герои.

Свиньки умные. Да тока ни хрена не душевные.

Так тело чувствует себя после рубки дров, плавания или секса: вымотанным, расслабленным и богоподобным.

— Я слышал, что Квоут ничего не боялся, — запальчиво возразил он.
Трактирщик пожал плечами:
— Ничего не боятся только священники да дурачки, а я всегда был с Богом не в лучших отношениях.

Ничто так не утомляет, как твердая уверенность в скорой смерти.

Дворянские сынки — одна из величайших разрушительных сил в природе, не хуже наводнения или урагана. Единственное, что может сделать обычный человек, столкнувшись с таким стихийным бедствием, — стиснуть зубы и попытаться свести ущерб к минимуму.