Собрание сочинений в 5 томах (комплект)

Моя мысленная подборка прочитанной духовной, умиротворяющей литературы о сильных людях, достойных восхищения ( Александр Мень - О себе... , Архимандрит Тихон (Шевкунов) - «Несвятые святые» и другие рассказы , Сергей Дурылин - Сударь кот , Генрик Сенкевич - Камо грядеши ) пополнилась сегодня еще одной книгой - замечательной повестью Ивана Шмелёва, автора для меня почти что нового (в школе читала лишь пару-тройку его рассказов).

Книга, в которой вас не ждут море приключений, резкие повороты сюжета - книга плавная, как течение жизни, как думы людские; она словно растворяет в своем повествовании. С главным героем, юным студентом и его женой, мы будто бы нечаянно попадаем в сказку - Царство Божие, устроенное уже здесь, на Земле. Место, где заботятся прежде о душе, не теле, где пищу вкушают, благодаря за это Господа, где на все - даже на встречу с близкими людьми - надо получить благословение, где наказание на миру - за радость, где от денег - заработанных и заслуженных - отказываются, дабы не ввести во искушение, где лень - тоже один из страшных грехов, ведь работаешь во Имя Божье, Он все видит...

Какие здесь потрясающие описания природы (именно ими покорила меня книга в первую очередь)! Ты словно видишь все собственными глазами. Как красиво все-таки у автора переплетается тема любви к Родине, природе и Богу, ведь все взаимосвязано на Земле, все неотделимо и от помыслов человеческих. Неслучайно весь свой путь на Валааме герой слушает о людях - тех, кто посвятил себя Богу, схимниках, монахах, тех, кто строил скит, отливал колокола. Не умирает человек, умирает тело, а память о делах остается, остаются в словах воспоминания, остаются созданные им вещи. Причем люди верующие говорят об этом (о смерти) здесь без грусти, поневоле удивляешься силе их веры, восхищаешься их выдержкой и смирением. Это путешествие к святым местам вообще, думается, многое меняет не только в жизни героя-рассказчика; как читатель, ты тоже сразу проникаешься этим совершенно особым взглядом на мир, начинаешь задумываться, пересматривать многое из того, что казалось когда-то привычным...

Книга явно не для всех - для нее нужно особое настроение, готовность поверить, да хотя бы прислушаться к словам автора: тихо он рассказывает историю людей и места, приближенных к Богу, забывая, правда, сказать самое главное. Чтобы приблизиться к Богу, совсем необязательно куда-то ехать. Бог в душе каждого.

Это было очень душевно, книга, как портал в ушедший мир русской жизни, пронизанный глубокой верой и красотой традиций. Автор создал яркое, почти осязаемое полотно детства, где каждый православный праздник – это целое событие, наполненное радостью, предвкушением и особым духовным смыслом. Он с огромной любовью и ностальгией воссоздает атмосферу московского быта, наполненного запахами ладана, куличей и яблочного спаса.
Читаешь и слышишь звон колоколов, чувствует аромат куличей и пасхи, видишь светлые лица людей, объединенных общей верой. Язык Шмелева – сочный, образный, он рисует картины, полные деталей и любви к описываемому.
Книга пробуждает в душе светлые чувства, заставляет задуматься о вечных ценностях, о важности сохранения культурного наследия.
У вас появился аппетит к этой книге? Нет? А если так:

Единственное, что хочется отметить: книга под особое настроение, в ней нет как такового сюжета, слог, к которому приходится привыкать, но мне всё это не помешало насладиться этим великолепным произведением.
Однозначно рекомендую, как только почувствуете, что душа требует чего-то духовного, родного, того, что заложено поколениями в наших генах, то не раздумывая берите в руки Лето Господне и приятного вам чтения.
У меня всё. Простите за ошибки. Всем любви ♥ и хорошего настроения.

14.10. 2024. Солнце мёртвых. Иван Шмелёв. 1923 год.
В разгар Гражданской войны жизнь в Крыму превращается в бесконечную череду страданий, потерь и разрушений. Главный герой, чья жизнь была полна надежд, сталкивается с трагедией, когда всё, что он знал и любил, оказывается уничтожено. В его мире больше нет места ни для света, ни для будущего, только безмолвная тоска по утраченному. Через этот мрачный ландшафт войны и смерти герой проходит путь духовного опустошения и неизбывной боли.
Иван Шмелёв в своей книге "Солнце мёртвых" создал одно из самых трагических произведений о Гражданской войне в России. Это не повесть о войне, это исповедь человека, пережившего личные и национальные катастрофы, где переплетаются боль и отчаяние, разрушение и смерть. Произведение наполнено тоской по утраченному миру, который, казалось, всегда был, но в одно мгновение исчез, оставив только пустоту и горечь.
Шмелёв описывает Крым не как географическое место, а как символ рая, который был уничтожен хаосом революции и войны. На его фоне проходят ужасающие события: расстрелы, голод, нищета. Люди, некогда жившие полными жизнями, теперь превращаются в тени, погружённые в беспросветное уныние и потерю веры в будущее. Они больше не способны на активное сопротивление, а лишь тонут в жалости к себе, неспособные поверить в свою новую судьбу.
Повествование Шмелёва наполнено глубоким психологизмом. Автор передаёт внутренний кризис людей, которые, потеряв всё, вынуждены жить в мире, где больше нет привычного порядка, а с ним и смысла. Важно отметить, что герои произведения двуличны: они могут поддерживать революцию и перемены, но, когда изменения касаются их самих, они погружаются в пассивность и не хотят ничего делать. Это подчёркивает общую трагедию времени — людей, которые потеряли свою идентичность, стержень и стремление к жизни.
Язык произведения — авторский инструмент, создающий мрачную атмосферу. Шмелёв использует выразительные, порой поэтические метафоры, чтобы передать чувство опустошения и всепоглощающей тьмы. Солнце в этом мире больше не согревает, оно становится символом смерти и бесконечного страдания. Автор создаёт ощущение, будто сама природа отвернулась от людей, как и они от себя.
Однако подобная атмосфера является и огромным минусом для меня и главной при прочтении книги. Постоянный трагизм, мрачность и безнадега, отсутствие светлых моментов и эмоциональных "взлётов" делает знакомство с книгой тяжелым и психологически изнурительным.
Несмотря на это "Солнце мёртвых" —уникальная хроника катастрофы, не столько историческая, сколько личная. Книга остаётся свидетельством той эпохи, передающим всё, что пережил человек, оставшийся в стороне от бурных событий, но переживший самое глубокое внутреннее разрушение. 6 из 10.

Понравилась эта книга-воспоминание о детстве и московском быте XIX в. самого писателя, Ивана Шмелёва, о его детстве, пропитанная русским духом, традициями и праздниками. Было очень интересно читать про ушедший быт, традиции, уклад купечества и крестьян, здесь этого очень много и подробно написано, хотя поначалу чтение шло тяжело, но потом втянулась и дочитала с большим интересом, читать было не скучно. Но больше всего было интересно узнать про празники, как к ним готовились, как их праздновали и особенно про то, что готовили.

Язык у Шмелёва великолепный, очень живой, создаётся ощущение, как будто книгу и правда написал ребёнок, автор прекрасно передал мысли, чувства, переживания и манеру речи почти семилетнего ребёнка. Было ощущение, как будто я нахожусь рядом со всеми персонажами и ощущаю запахи приготовленной еды, рынка, свежего весеннего воздуха.

С одной стороны, у Шмелёва всё слишкои идеальное, как мне показалось, хотя есть и описание раздачи милостыни, замёрзшие и плохо одетые люди с детьми, пьяницы, калеки. Скорее всего, это связано с тем, что он вспоминал своё детство, а нам нравится преукрашать воспоминания, особенно о светлой поре, детстве, и тем более, если оно было счастливое, богато на события, но впечатление это не испортило.

Эта книга должна особенно понравиться глубоко религиозным людям. Они найдут в ней подробные описания традиций, постов, праздников. Я люблю книги про то, как раньше жили люди, особенно в России, поэтому мне книга так понравилась.

Читать это невыносимо больно. Но нужно. Что бы понимать родовую муку рождения советского человека. Что бы понимать какие человеческие качества, ценности и привычки были выхолощены как ненужные и неуместные. Чтобы понимать цену достижениям советского народа. Чтобы понимать из чего выросли новые идеалы и сложилась сегодняшняя реальность.
Это про людей, которые не подошли для селекционного отбора по формированию нового человека. Про то как они умирали. Медленно, холодно, голодно и в тяжелых раздумьях.
Это про людей, которые могли бы подойти для отбора и про то как они умирали.
Это про людей которые убивали. Их скорее всего сожрет породившая их мать-революция, но это потом. Не в этой книге.
Это про детей, которые выживут в первобытных реалиях существования и станут материалом для селекции.
Это про животных, чьими обглоданными костями укрепится почва Крыма.
Это про землю, которая перестала рожать, потому что перенасытилась человечьей кровью. Кровью тех, кто ее возделывал. Землю, которая долго будет ждать заботливые руки.
Это про растения, которые своим природным устройством не вписывались в понимание новых человеческих потребностей. Которые бросали вызов богатством своих плодов. И поэтому вырубались. Что бы не было богатых.
Это про дома, конструкции и обустройство которых были разобраны, перетасованы, растащены. Про дома, которые не уберегли своих хозяев. Которые не стали крепостями. Которые потом будут раздаваться за заслуги новым человекам, прошедшим селекцию.
Это про вещи. Ношенные, тертые, со своей историей, и которые нашли новых хозяев по всему миру, оставив прежних голыми.
Это про камни, скалы, которые не хотели обрушиться и избавить от мучений участников, виновников и свидетелей тех событий, несмотря на их мольбы.

Не было такого? Все врут календари? Так как же ему быть, если написано мало, тихо, спрятано, если писать то и некому было. Не было событий? Или поделом простым обывателям не подходящим под признаки голодных пролетариев? Против тонн текстов благополучного становления новой власти - считанные единицы трудов отмирающих неугодной части населения. Мало их было, тех кто мог написать. Кто смог исторгнуть из себя ужас пережитого, а написать хорошо в литературном смысле и того меньше. Так бы и канули события в легкомысленной человеческой памяти. «Придет время, прочтут…» Не очень то читают. Проще не помнить. И не болеть памятью.

А вам бывает совестно ставить низкие оценки классическим произведениям? Мне, обнаружь я свое неприятие при чтении знаменитой и всеми расхваленной книги, становится как-то не по себе. Возможно, я не понимаю что-то. Вполне может статься, ума или чувства внутреннего не хватает, чтобы проникнуться. Писатель, классик признанный, старался, душу себе рвал, а я зеваю, ничего мне не хочется.

Но нынче мне не совестно, вот нисколько. Писатель Иван Шмелев неприятен мне, более того – я чувствую, что он враждебен мне, и мне хочется от него заслониться. Начиная читать «Солнце мертвых», я ничего о нем не знала. И вот черт меня дернул после трех-четырех глав книги лезть в интернет с интересом, как же прожил жизнь сей Иван Шмелев. Прочитай я его биографию раньше, книгу бы его в руки не взяла – уж больно я брезгливая. Но дочитать, дочитать же нужно, раз взялась!..

Лгут аннотации, обещающие читателю «одну из самых трагичных и в то же время поэтичных книг в мировой литературе XX века». Трагизм и поэтичность предполагают вовлеченность, а сама книга усиленно сопротивляется, и читать ее невыносимо вовсе не из-за «страшных» сцен (их максимум две на весь текст, и то Шолохов выше на все туловище), а из-за затянутости повествования.

Книга, по сути, – это сборник разрозненных баек о каких-то лишенных индивидуальности людях. Есть, конечно, главный герой, но он так же безлик. Кто таков? Что в прошлом было? Мечты были? Близкие были? Как в Крыму оказался? Откуда хозяйство?.. Шмелев пренебрегает раскрытием главного героя. Это какой-то мужчина. Возраст? Имя? Характер?.. Зачем? Но как, извините, можно сочувствовать картонке? Как можно сопереживать персонажу, о котором вы так ничего и не узнаете?

И вот этот плоский герой с шаблонными мыслями посещает различные локации и болтает со случайными NPC. Шмелев хотел так добиться «объема» (и свою книгу назвал «эпопеей», что показывает его амбиции), но в итоге у него нет ни одного цельного персонажа. Герои у Шмелева появляются либо с жалобами на голод, либо с проклятиями в адрес новой власти. А потом они благополучно исчезают, растворяются, словно их и не было. Спрашивается, как им можно сопереживать? С таким же успехом писатель может писать книгу о войне без внимания к участникам событий, споря с классической военной прозой (советской и иностранной). «…А зори здесь тихие», в которых место девчонок займут лишенные чувств юниты из компьютерной игры – как вам?

Есть и откровенно странные моменты. Скажем, главный герой голодает, но при этом имеет живность. Да и вообще как-то много скота в книге, и это в худшие для Крыма годы, каждый второй – с коровой, с козой, с овцами, с курицами и индюшками. Я, житель городской, вот не представляю, как можно голодать, имея хозяйство. В Ленинграде в свое время даже крыс ели, и за счастье это было.

Есть и отвратительные моменты с главным героем. Скажем, у героя курицу убили, но съесть ее еще можно, мясо все-таки. Герой подбирает свою курицу и идет ее хоронить. В это время:

После такого верить Шмелеву с его сетованиями на голод не хочется. Мясо они закапывают… Боюсь вообразить, как бы он блокаду описывал. Вообще создается впечатление, что сам Шмелев голода в глаза не видел. Голод – это не отсутствие трехразового питания, знаете ли. Голод – это когда от недоедания еле ноги волочишь, потому что слабость и голова кружится; когда сил нет не то что на разговоры, а даже на мысли. А у Шмелева все здоровы, бодры, откуда-то силы по окрестностям гулять, по деревьям лазать. А если умирают, так вне текста, без подробностей.

Что касается идеологической части, то все у Шмелева, извините, топорно. И не странно, что он потом стал фашистом, работал в прогерманской газете и получал хорошие деньги, и это в разгар Второй мировой, сидя в оккупированной Франции. Высказывания автора:

«30.VI.41. Я так озарен событием 22.VI, великим подвигом Рыцаря, поднявшего меч на Дьявола. Верю крепко, что крепкие узы братства отныне свяжут оба великих народа. Великие страдания очищают и возносят. Господи, как бьётся сердце моё, радостью несказанной…»

«Ведь вчера был день… преп. Сергия Радонежского России покровителя. Я ждал… Я не обманулся сердцем, Преподобный отозвался... Я услыхал фанфары, барабан - в 2 ч. 30 мин., - специальное коммюнике: прорван фронт дьявола, под Вязьмой, перед Москвой, армии окружены... идёт разделка, Преподобный в вотчину свою вступает. Божье творится не нашими путями, а Его, - невнятными для нас».

Если вы не поняли: нацисты у него – герои и с ними Сережа Радонежский, и жаль, что они не всех коммуняк противных поубивали. Зачем это, спросите?

Дело в том, что данная книга Шмелева на удивление тоталитарна. У Шмелева всего одна тропа – и она правильная. Свою правду он вбивает, словно молотком работает. Это вам, знаете ли, не Шолохов, у которого все виноваты и все жертвы. Шмелев еще любит обращаться к читателю с презрением, злобно тычет того носом в «жуть» и приговаривает: «Вот, полюбуйся! Ты-то счастлив, сыт, и гореть тебе в адском пламени!» Нет иной точки зрения, нет объяснения, логики происходящего. Нет рефлексии в духе: «А почему случилась революция?» У Шмелева в голове какая-то мифическая солнечная Россия, искренняя и добрая, с золотыми куполами, летными купаниями. Катайся на санках, ужинай в ресторанах, поезжай в Европу по первому желанию. И тут в этот удивительный мир ворвались какие-то неумытые орки, чего-то стали требовать. И главное (грех в глазах Шмелева) – отказались умирать за царя на полях Первой мировой! Ах, позорники! Жизни свои жалеют! Нет бы воевать и работать, а в остальное время бить поклоны в церкви. А они бунтовать стали, голод нам устроили, с «белыми» разругались!

Именно потому, что я отрицательно отношусь к любым перегибам, в т.ч. советским, я не могу принять точку зрения Шмелева. Тем более его «гуманизм» в разоблачении жестокости «красных» потом не помешал ему поддержать жестокость «коричневых». Странно-то, получается, г-н автор. Прекрасно рассудили: когда меня бьют, я кричу о несправедливости, а коли бью я, то все по чести, правильно и нравственно. Ага, ага. Лицемер вы, батенька. Почитаешь вас и похожих на вас – и поймешь внезапно, отчего Ленин интеллигенцию терпеть не мог. Вот за это желание хорошо устроиться при любой власти и злобу, вашу злобу – если не получается. Ну да бог с вами.

Сложно писать рецензии на такие книги, но я постараюсь сформировать свои мысли и чувства в слова. Данная книга совершенно случайно попалась мне на глаза. Про Ивана Шмелёва слышала довольно много, но ничего у него до этого момента не читала.

Книга «Солнце мёртвых» описывает страшный период истории России - страшный голод 1921 – 1923 годов в Крыму, который унёс около ста тысяч человеческих жизней, и за этим ужасом наблюдает солнце, ставшее "солнцем мёртвых". Здесь нету сюжета, начала и конца, единственное, что всё объединяет, - переживания рассказчика, который проходит через все события книги. Здесь есть персонажи, с одной стороны, непохожие друг на друга люди, но их объединяет одно - страшный голод... Столяр Одарюк, дядя Андрей крадут у чужих детей корову и козла, профессор Иван Михалыч, человек очень образованный и умный, вынужден попрошайничать, доктор Михаил Васильевич питается миндалём, а потом сжигает от отчаяние дом и себя самого, так как похоронил всех своих близких... Страшно даже представить, что пережили эти люди.

Очень понравился как бы контраст красоты природы, солнца и человеческих страданий. Даже само название книги говорит об этом. Солнце здесь признак смерти, так как в Крыму оно светит уже не живым, а мёртвым, даже если в них до сих пор теплится жизнь, они уже всё равно мертвы...

Читать книгу было тяжело в первую очередь из-за описываемых в ней событий, написана она, на мой взгляд, не очень сложным языком. Чтение заставляет задуматься над множеством вопросом - в первую очередь оставаться людьми при любых обстоятельствах, ценить человеческую жизнь, сострадать, и, конечно же, помнить уроки истории своей страны и любить свою Родину.

Автобиографичная книга с описанием православного быта, традиций, атмосферы православных праздников. Вот все б хорошо, но слишком много о религии. Хотя, конечно, прекрасно понимала это, начиная читать. Но, видимо, все же очень - очень не мое.
Иван Шмелев вспоминает свое детство, прошедшее в Замоскворечье, свою семью и всех домашних людей (крестьян, слуг). Особое место уделяется Горкину, крестьянину, который по сути был его домашним воспитателем. Перед глазами читателя предстает несколько наивный, на мой взгляд, мир. Ребенку все видится в прекрасном цвете - все вокруг хорошие, добрые, ласковые (ну, за исключением может быть, дядьки да крестного). А то, что крестьяне работали с утра до ночи без продыху - это ребенку совсем невдомек. У барского сына - то детство счастливое, конечно.
Многим нравится язык Шмелева. Меня же, если честно, он напрягал. Все эти бесконечные уменьшительно - ласкательные словечки придавали такую приторность, что хотелось хлебнуть ледяной водицы.
Что понравилось - так это описание русских кулинарных изысков. Есть хотелось при этом неимоверно! Даже не так. Хотелось жрать! Капустку соленую, блины с тем, вон тем и вон энтим! И осетрина, и грибы! Запить квасом медовым!
Мне, человеку неверующему, книга далась очень сложно. Я неделю ее мусолила, но сама себе сказала "надо дочитать". На этом, думаю, знакомство с автором я и закончу.

Иван Сергеевич не перестает меня удивлять. С помощью его прозы я смогла взглянуть на мир глазами старой нянюшки, жившей во времена смены режима. И глазами человека, страдающего от голода в Крыму. И вот...
Поначалу - не совсем и понятно, что будет ждать читателя в этой книге. Дневник 7-летнего мальчика, да еще везде упорно пишут "для школьного возраста". Потом только понимаешь, что мальчика зовут Иван, Ванятка, а отца его зовут Сергей...
Да, это произведение - скорее автобиографическое. Автор, будучи вдали не только от дома и близких, но и от родины, хотел сохранить воспоминания о дорогих людях и золотой поре беззаботного детства. И что это было за детство!
*Давайте буду все-таки вам рассказывать о герое как о персонаже, чтобы не запутаться.
Жил Ванятка в семье довольно зажиточной, в Москве времен "Александра Миколаича". Я вообще думала, что и мамы-то у него нет. Потому что отец периодически появлялся, но был занят, то стуча на счетах, то раздавая указания. И в основном с Ваняткой возился управляющий Горкин, нянька и прочая дворовая челядь.

Как же невероятно Ивану Сергеевичу удалось передать детскую оптику. Эту прекрасную, кристальную, незамутненную оптику, когда простой погреб оказывается пещерой сокровищ, и простой постный соленый огурец хрустит так, что в животе заходится. Такие же ощущения - от описания рынка, который в детстве кажется каким-то сказочным государством. А как сочно квасили капусту, что хруст на всю округу, и кочерыжки (хряпочки) - любимое лакомство и моего детства. Как говаривал папенька:

И сны в детстве такие: розовые, хрустальные, прозрачные...
Конечно, огромную роль в книге играет религия. Как она играла в жизни Ивана Сергеевича. Возможно, для кого-то эта тема будет триггерной. Но я человек умеренно религиозный, и если проповеди о великомучениках для маленького ученика не принимала близко к сердцу, то вот Благовест... Буквально льется со страниц книги этот колокольный звон серебряного колокола, разнося благие вести. Да и религия помогает переживать горести, которые встречаются в жизни. Потому что книга делится на три части:"Праздники", "Радости" и "Скорби".

Говорит молодой человек, который в первый раз встречается не только с благостью, но и с печалью. Все проходит, и выветривается запах флердоранжа и кожи, который возвращал дорогого человека. Но останутся - воспоминания.
Не люблю оценивать книги, которые писались, чтобы сохранить дорогие образы, и читатель тут - да в общем и не обязателен. Скажу только, что - слегка трудноват для меня был вход, да и к концу все больше было упований на религию. Но вот детская оптика, переданная автором - это как заглянуть в Страну Чудес, до которой ты уже никогда не уменьшишься. Посоветую тем, кто не боится такого "архаичного" языка 19го века. Хотя чего его бояться - мне он кажется таким душевным и певучим, каким-то исконным и нутряным. Чем-то мне напомнило Михаил Салтыков-Щедрин - Пошехонская старина с перечислением челяди и их судеб. Ну и посоветую тем, кто хочет разделить воспоминания, каким хрустальным и благостным бывает детство. Конец книги, конечно, вызывает осадок, но основная часть - словно расцвечивается невероятно сказочной акварелью. Воспоминания - как же дороги они нам...

В рамках уникального проекта и благодаря творчеству замечательного русского писателя удалось побывать ещё в одном уголке нашей Родины, на территории которого находится Валаамский монастырь.

Именно туда, будучи молодым и только что женившемся, будущий писатель отправился с молодой женой в свадебное путешествие, о котором вспоминает спустя годы, находясь вдали от любимой Родины, в изгнании.

Кому-то, особенно в наше время, может показаться странным выбор маршрута молодоженов, но в книге это обстоятельство совершенно не вызывает диссонанса, как и по зрелом размышлении, а лишь подчёркивает изначальную серьёзность их намерений и основательность в выборе.

Небольшая книга, написанная замечательным русским языком, отлично погружает в атмосферу умиротворения и спокойствия, коими обладают подобные места.
Тут нет места мирской озабоченности и суетливости, и читая, невольно замедляешь бег по кругу современных реалий, а писатель становится умелым проводником в непривычный мир Божьей обители и красоты карельского края.
Рекомендую всем почитателям русской литературы, кроме разве что воинствующих атеистов.