Полые люди

The lights fade; in the semi‐darkness the voices of Workmen are heard chanting.

In the vacant places
We will build with new bricks
There are hands and machines
And clay for new brick
And lime for new mortar
Where the bricks are fallen
We will build with new stone
Where the beams are rotten
We will build with new timbers
Where the word is unspoken
We will build with new speech
There is work together
A Church for all
And a job for each
Every man to his work.

Now а group of Workmen is silhouetted against the dim sky. From
farther away, they are answered by voices of the Unemployed.

No man has hired us
With pocketed hands
And lowered faces
We stand about in open places
And shiver in unlit rooms.
Only the wind moves
Over empty fields, untilled
Where the plough rests, at an angle
To the furrow. In this land
There shall be one cigarette to two men,
To two women one half pint of bitter
Ale. In this land
No man has hired us.
Our life is unwelcome, our death
Unmentioned in ʺThe Times.ʺ

Chant of Workmen again.

The river flows, the seasons turn,
The sparrow and starling have no time to waste.
If men do not build
How shall they live?
When the field is tilled
And the wheat is bread
They shall not die in a shortened bed
And a narrow sheet. In this street
There is no beginning, no movement, no peace and no end
But noise without speech, food without taste.
Without delay, without haste
We would build the beginning and the end of this street.
We build the meaning:
A Church for all
And a job for each
Each man to his work.

Гаснут огни; в полумраке слышатся голоса поющих Р а б о ч и х

На пустырях
Мы возведём новые стены
Есть инструменты и руки
Глина в новый кирпич
Известь в новый раствор
Там где рухнул кирпич
Мы построим из нового камня
Там где стропила сгнили
Мы положим новые брёвна
Там где Слово забыли
Мы возведём новую речь
Это всеобщий труд
Церковь для всех
Дело для каждого
И каждый для дела

Теперь группа Р а б о ч и х виднеется на фоне смутного неба.
　　　 Издалека им отвечает хор Б е з р а б о т н ы х

Никто не нанял нас
Руки в карманах
Опущены лица
На улицах выпало нам толпиться
И зябнуть в холодных жилищах
Лишь ветер рыщет
В полях невозделанных опустевших
Где плуг застрял под углом
В борозде. В этой стране
На двух мужчин одна сигарета
На двух женщин полпинты горького
Эля. В этой стране
Никто не нанял нас.
Наша жизнь не нужна, о смерти
Не будет сказано в «Таймс»

Вновь пение Р а б о ч и х

Течёт река и год идёт.
Скворец и воробей не теряют ни мгновенья
Если строить мы не будем,
Сможем ли прожить мы, люди?
Если рожь заколосится,
Если на полях пшеница,
Люди не умрут на кровати голой
Или под забором. Нет у этой улицы
Ни начала, ни конца, ни покоя, ни движенья,
Только шум без речи и без вкуса пища.
Не спеша, без промедленья
Начало этой улице дадим и завершенье.
Мы возводим смысл, значенье:
Церковь для всех
Дело для каждого
И каждый для дела.

Shall I say it again? In order to arrive there,
To arrive where you are, to get from where you are not,
You must go by a way wherein there is no ecstasy.
In order to arrive at what you do not know
You must go by a way which is the way of ignorance.
In order to possess what you do not possess
You must go by the way of dispossession.
In order to arrive at what you are not
You must go through the way in which you are not.
And what you do not know is the only thing you know
And what you own is what you do not own
And where you are is where you are not.

O dark dark dark. They all go into the dark,
The vacant interstellar spaces, the vacant into the vacant,
The captains, merchant bankers, eminent men of letters,
The generous patrons of art, the statesmen and the rulers,
Distinguished civil servants, chairmen of many committees,
Industrial lords and petty contractors, all go into the dark,
And dark the Sun and Moon, and the Almanach de Gotha
And the Stock Exchange Gazette, the Directory of Directors,
And cold the sense and lost the motive of action.
And we all go with them, into the silent funeral,
Nobody's funeral, for there is no one to bury.
I said to my soul, be still, and let the dark come upon you
Which shall be the darkness of God.