Цитаты из книги 山の音 / Yamanooto

Когда в пятьдесят лет, находясь на вершине, летишь вниз -- это страшно; упадёшь -- снова подняться трудно.

"Утренняя вода".

Рев моря -- это вой бури далеко в горах, и, точно разрывая его, нарастал, приближался резкий свист ветра, смешанного с дождём. Сквозь вой слышался ещё один звук, далёкий и низкий.

"Вишня зимой.

Перед ужином полил дождь, началась буря. (...) Вой ветра напоминал рев бущующего моря.

"Вишня зимой".

- Неужели чистота, невинность Кикуко ничего не значит для Сюити? (...) Сам Синго, чувствуя некоторую необычность того, что из-за невестки он временами ненавидит своего сына, ничего не мог с собой поделать.

"Вишня зимой".

Но успехи и неудачи в жизни родителей -- это успехи и неудачи их детей в семейной жизни, а тут у нас полная неудача. -(Синго).

"Вишня зимой".

- Неужели рухнувшую семейную жизнь женщины исправить уже невозможно?

"Вишня зимой".

- Маски Но. - В масках я ничего не понимаю. То же самое, что с тремя достопримечательными местами: знаю, что в Японии они есть, но ни разу там не был. -(Синго).

"Сон об острове".

- Я убеждаю, что люди, которые оканчивают свои дни, так и не взобравшись на Фудзи, не повидав трёх достопримечательных мест Японии, не так уж мало. -(Синго).

"Сон об острове".

- Тебе случалось взбираться на Фудзи? -(Синго). - На Фудзи? На горе Фудзи? Нет, не случалось. А почему ты об этом спрашиваешь? -(Судзумото). - Мне тоже не случалось. Так мы и состарились, ни разу не взобравшись на Фудзи. -(Синго).

"Сон об острове".

- А что он видел во сне себя, сегодняшнего, молодым, -- что в этом противоестественного? Загадочное смещение времени во сне даже позабавило Синго.

"Сон об острове".

Прошлой ночью он видел сон об острове Мацусима. (...) Утром он помнил лишь обрывки сна, но в памяти ярко запечатлелись цвет сосен на острове и цвет моря. Он отчётливо помнил, что это был остров Мацусима - остров сосен.

"Сон об острове".

- Что это значит "четыре благородных растения"? -(Синго). - Орхидея, бамбук, слива, хризантема. На чем-нибудь вы их, конечно, видели, отец, и должны знать. И на картинах они бывают, и на кимоно. -(Кикуко).

"Сон об острове".

- Всё будет забыто, всё пойдёт прахом, - стучало в висках Синго.

"Каштан").

Синго помнит, что, когда они обменивались чашечками сакэ, упал каштан. Ударившись о тяжёлые каменные плиты садовой дорожки, он из-за её крутизны отлетел далеко в сторону и упал в быструю горную речку. Полёт каштанс, после того как он ударился о комень, был так удивительно красив, что Синго чуть не вскрикнул в восторге" "О-о". И тут же посмотрел на окружающих. Никто из них, кажется, не обратил внимания на какой-то упавший каштан.

"Каштан".

- Теперь буду всегда внимательно смотреть на то, на что смотрите вы, отец. -(Кикуко).

"Каштан".

- Любимым занятием отца было выращивание карликовых деревьев. Особенно он любил выращивать карликовые клёны. -(Ясуко).

"Каштан".

- Теперь буду всегда внимательно смотреть на то, на что смотрите вы, отец. -(Кикуко). (...) Ему хочется, чтобы она видела всё, что видит он, -- у Синго ещё никогда в жизни не было такого любимого человека.

Кикуко всё смотрела на гинго.

"Каштан".

Луна клонилось к востоку и была почти круглая. Одетая облаками, она воспламеняла их вокруг себя. Кроме белопламенных облаков поблизости не было видно, и небо после бури было непроглядно чёрным.

"Пламя облаков".

Улица была освещена луной, и Синго посмотрел на небо. Луна словно центр пламени. Так вдруг показалось Синго.

Облака вокруг луны были на редкость причудливой формы, и пламя казалось не то заревом, не то сиянием фейервнрка.

Но это пламя облаков было холодным и бледным, и луна была холодной и бледной, и на Синго вдруг пахнуло осенью.

"Пламя облаков".

(...) И сейчас, через тридцать лет после женитьбы на Ясуко, любовь к её сестре -- всё ещё незажившая рана.

"Пламя облаков".