Поклониться тени. Эссе

Иосиф Бродский

В настоящее издание включены автобиографические эссе величайшего поэта XX столетия Иосифа Бродского.

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

349 ₽

Купить

Бумажная

424 ₽359 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

4,7

5 оценок

5
80%
4
20%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 8Хотят прочитать 11

Рецензии

NotSalt_1311 марта 2024 г.
"Утилизируя чувство вины..." (с)
Сегодня мне хотелось побыть одному... Оставить на завтра все нерешённые дела и передвинуть все планы на следующий день. Сколько их ещё впереди? Честно? Мне глубоко наплевать! Чего ты так смотришь? Я успею пожить. Быть счастливым, разочарованным, гордым, тщедушным, высокомерным, раздавленным. Только завтра. Сегодня я хочу быть задумчивым и разобраться, что скопилось в моём прожитом прошлом. Просто куда-то идти в сопровождении музыки, что звучит из миниатюрных розовых наушников, нелепо торчащих в моих холодных ушах. Вполне вероятно, что я смогу ничего не успеть и жалеть о минутах, когда я безвольно пересекал немыслимые улицы города и разглядывал горящие окна. Только не сегодня. Во мне полбутылки вина, усталый взгляд на помятом лице, укутанном в тёплую куртку, и мысли о прошлом, что стёрли с меня умение выдавливать осколки улыбки. Меня одинаково не веселят диалоги прохожих, капризность чужого ребёнка, пятиминутно-влюблённые пары или пьяный субъект, что попросит у меня сигарету со вкусом томящейся вишни.
– Извини, парень... У тебя сигареты не будет? - спросил он с блуждающим взглядом.
– Конечно. Держите! - достав сигарету я обнаружил, что пачка стала на половину пустой, в тон моему настроению.
– Спасибо! - сказал он и ушёл с глазами полными благодарных оваций.
– На здоровье! - сказал я вслед и задумался.
"Может бросить курить? Хотя эта привычка, одна из немногих деталей каждого дня, что делает меня хоть немного счастливым. В жизни и так мало счастья. Какой бы могла быть жизнь без утреннего кофе и первой сигареты после короткого сна? Такой же бессмысленной," - подумал я и закурил, смотря на одинокий фонарь.
"Не выходи из комнаты, не совершай ошибку.
Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку?
За дверью бессмысленно все, особенно – возглас счастья.
Только в уборную – и сразу же возвращайся..."(с) Иосиф Бродский
"Какого чёрта я вышел? Почему я помню эти стихи? Зачем я выпил столько вина? Теперь мне нужно искать подворотни, чтобы справить нужду, втиснувшуюся в список более важных проблем и занимающая с этой секунды почётное первое место," – размышлял я, едва пошевелив вслух губами и начал рыскать глазами по сторонам, ускоряя спешность широкого шага. Пытаясь отвлечься я думал о пришедших на ум строках писателя, что не раз поражал меня сказанным слогом.
"Бродский. Сколько он страдал в своей прожитой жизни? Сколько пережил всему вопреки," - думал я, разглядывая поверхность старого дома, скрывающего под своим фасадом десятки бывших коммунальных квартир. Я вспоминал написанный текст, поразивший меня более полугода назад, где в своём произведении автор рассказывал о периоде взросления, родителях, бедности и полутора комнатах в которых он ютился с людьми беспечно давшими короткую жизнь. Эссе начиналось со слов: "В полутора комнатах (если вообще по-английски эта мера пространства имеет смысл), где мы жили втроем, был паркетный пол, и моя мать решительно возражала против того, чтобы члены ее семьи, я в частности, разгуливали в носках. Она требовала от нас, чтобы мы всегда ходили в ботинках или тапочках. Выговаривая мне по этому поводу, вспоминала старое русское суеверие. "Это дурная примета, – утверждала она, – к смерти в доме".
Тапочки... Как же нелепо и неудобно. Звук шаркающих шагов соседки над моими квадратными метрами меня раздражал не первую зиму. Видимо она не скоро умрёт, судя по логике матери Бродского. Как смерть могла быть связана с носками, что растирают протоптанный пол? Глупость. А сколько умного в этой бессмысленной жизни?
Однако в самом произведении было скрыто столько сокровенности мысли. Столько боли, переживаний, терзаний, тепла, что не выразить множеством многоточий в конце каждого из моих предложений.
С какой любовью он говорил о родителях, как страшился послевоенного времени и влияний режима. "Они все принимали как данность: систему, собственное бессилие, нищету, своего непутевого сына. Просто пытались во всем добиваться лучшего: чтоб всегда на столе была еда – и чем бы еда эта ни оказывалась, поделить ее на ломтики; свести концы с концами и, невзирая на то, что мы вечно перебивались от получки до получки, отложить рубль-другой на детское кино, походы в музей, книги, лакомства. Те посуда, утварь, одежда, белье, что мы имели, всегда блестели чистотой, были отутюжены, заплатаны, накрахмалены. Скатерть – всегда безупречна и хрустела, на абажуре над ней – ни пылинки, паркет был подметен и сиял." В голове так и рисуется образ привычной семьи, похожей на моих родителей, с фирменной фразой: "Прожили день. Слава Богу! Спасибо!"
Только зачем и к чему он был прожит? Хотя к чему эти вопросы? Глупость. Просто живи и пытайся быть счастливым. Как это? У всех выходит по-разному. А у меня не выходит совсем...
Отвлекаясь я пытался вспомнить следующие строки стихотворения, но никак не мог найти в голове второе четверостишье. "Не выходи из комнаты, не вызывай мотора. Чёрт! Что дальше? Я совсем не помню," - подумал я нырнул в огромную арку, чтобы скрыться от взглядов проходящих людей, цитируя третий столбик, который был мне более наиболее близким:
"Не выходи из комнаты; считай, что тебя продуло.
Что интересней на свете стены и стула?
Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером
таким же, каким ты был, тем более – изувеченным?" (с) Иосиф Бродский
"Зачем же я вышел? Мог остаться, чтобы читать," - думал я вспоминая содержание небольшого эссе. В книге было много историй о родителях и чрезмерной тоске, что разъедала сущность души больше всех ядовитых кислот. О том, что он знает о периоде знакомства, их жизни и смерти. Жизнь скрытая в историях и воспоминаньях о прошлом. Здесь было сказано о нормах жилых площадей, норме жизни, бедности, власти, тоске, мебели, потолках и буфетах. Он говорил, что ни одна страна не овладела искусством калечить души своих подданных с неотвратимостью России, и никому с пером в руке их не вылечить: нет, это по плечу лишь всевышнему, именно у него на это достаточно времени. "Как же грустно и глубоко," – думал я смотря на разбитые окна.
Эта книга повод подумать о том, насколько ты знаешь родителей. Повод поговорить и узнать что-то о них, не дав вам умереть таинственными незнакомцами. Задуматься над жизнью в эмиграции, словам против действующей власти и ограничением рьяных свобод. Подумать о счастье и разных несчастьях, что ждут впереди или были прожиты. "Кто беден, готов утилизировать все. Я утилизирую чувство вины." (с) Иосиф Бродский
Я выбрался из арки с собственным чувством. Каким? Пустоты... Думал о свободе и смерти. Прямо как он. Думал на кого я похож из родителей и сколько осталось прожить. Надеюсь, что долго. Хотя бы для них, потому что собственной ценности я не имел, вне пределов глубины их подавленных глаз. Я думал о системе власти, о своём скомканном будущем. Шёл домой, где меня ждала вторая половина бутылки вина. В пространство собственных полутора комнат, что скроют меня от людей, но не от собственных мыслей. "Что до меня, – последовал ответ, – то я предпочел бы превратиться в пепел сразу, нежели умирать медленной смертью, постигая сам процесс", - говорил отец Иосифа Бродского. "Как же чертовски он прав," – думал я поднимаясь по лестнице и вставляя ключи в проём собственных комнат. В голову снова лезли стихи, которые стали мотивом всех мыслей этого вечера. Сделав глоток сухого вина, что увлажнил холодные губы я процитировал вслух, среди немой пустоты:
"Не будь дураком! Будь тем, чем другие не были.
Не выходи из комнаты! То есть дай волю мебели,
слейся лицом с обоями. Запрись и забаррикадируйся
шкафом от хроноса, космоса, эроса, расы, вируса." (с) Иосиф Бродский
"Нужно позвонить родителям. Я так давно не звонил. Может быть мне станет легче, услышав их измученный голос," – подумал я и стал искать телефон в левом кармане нестиранной куртки. После пары громких гудков мне придётся разрушить четвёртую стену, чтобы сказать, глядя в глаза читателю данной рецензии: "Цените родных. И конечно..."
"Читайте хорошие книги!" (с)
Читать далее
120
2K
Oksananrk6 октября 2020 г.
Полторы комнаты Иосиф Бродский
Не могу подобрать слов - печатаю и стираю - произведение небольшое, читается за один вечер и писать на него длинную рецензию нет смысла.
Эссе Бродского "Полторы комнаты" - это такая невероятная тоска о своих родителях, которую не сможет понять тот, кто этого не пережил. У меня во время прочтения был такой камень в душе и в горле - что я даже не знаю, как сейчас от него избавиться. Бродский эмигрировал в США - 13 лет его родители пытались получить разрешение, чтобы повидать сына. Они делали много-много попыток - и постоянно отказ.
Бродский пытается в этом эссе записать все свои яркие воспоминания о детстве, о родителях - какие они были, на кого он больше похож. Автор пишет о свободе и том что это свободу у его родителей нагло забрали; о том как тяжело быть евреем в сталинской России; о том что если ты сделаешь что-то не так - донос напишет твой же сосед.
Бродского мучает чувство вины, что родители умерли, как его и не увидев. Он пытается найти себе оправдание и облегчить свои страдания.
Книга заставляет задуматься о своей жизни, о своих родных - переоценить некоторые свои поступки.
Читать далее
88
2,3K
Faery_Trickster14 июля 2015 г.
Нобелевская речь – это нечто совершенно особенное, как для самих авторов, так и для поклонников их творчества. Если бы у вас была возможность обратиться ко всему миру, быть услышанным тысячами (а может, кто знает, и миллионами) с речью, что бы вы сказали? О чём бы вы заговорили, зная, что теперь вас воспринимают уже иначе, не просто как поэта, писателя, но как одного из величайших умов своего времени? Я не зря использовал слово «воспринимают», объективность Нобелевского комитета многие ставят под сомнение, однако, тяжело спорить с тем фактом, что до сих пор нобелиаты приобретают особый статус в глазах читателя. И, осознавая значимость момента, лауреаты премии в своих лекциях высказывают всё то самое главное для них в творчестве и жизни, что, быть может, не успели сказать в своих работах. Концентрация интересных мыслей, идей, выводов в нобелевской лекции редко сравнится по плотности с иными шедеврами, поэтому я со всей уверенностью советую прочитать как минимум речь Иосифа Бродского.
Бродский получил Нобелевскую премию в 1987 году «за всеобъемлющее творчество, проникнутое ясностью мысли и поэтической интенсивностью». Сразу замечу, что к поклонникам Бродского себя никогда не относил, однако, многие его стихотворения люблю, а в ещё большей степени уважаю его как человека одарённого и потрясающе умного, занимавшегося литературой по любви, а не по расчёту. Его речь можно не только прочитать, но даже послушать, и я не просто так упомянул об отсутствии у меня сильных чувств в адрес поэта, потому что тем, кто безмерно любящим Бродского поклонником не является, я намерен рекомендовать всё же чтение. Манера говорить Иосифа Александровича довольно специфична. Олег Целков очень точно описал его стиль:

Читал он необычно: я никогда до этого подобного чтения не слышал. Он походил на какого-то отчаянно молящегося еврея, который, раскачиваясь и прикрыв глаза веками, во весь голос пел этаким, я бы сказал, фальцетом в нос: пел все слова подряд.
Многие за это Бродского и любят слушать – неповторимость его чтения напоминает какой-то транс и воздействует на слушающего неоднозначно, а всё новое и необычное нас привлекает. Справедливости ради приведу ещё одну цитату, на этот раз Эллендеи Проффер Тисли:

Читая свои стихи, Иосиф превращается в музыкальный инструмент, его звучный голос заполняет каждый уголок помещения. Голос завораживает, запоминается, как сам его обладатель.
Истинно это не только в отношении стихотворений, но и, судя по всему, в принципе любой речи Иосифа Александровича. В прозе чуть менее, чем в стихах, но всё-таки ощутимо. Для меня это усложняет восприятие, но кому-то, быть может, придётся по вкусу.
О чём же, собственно, сама лекция и почему стоит её прочитать? Поклонникам – чтобы почувствовать любовь поэта к своему ремеслу, его гордость, его восхищение. Случайно заинтересовавшимся лекцией – чтобы взглянуть на мир глазами прекрасного литератора, за его размышления об этике, одиночестве, за его взгляд на политику и нашу жизнь. Пожалуй, лучшим заключением и возможностью для вас окончательно решить, стоит ли потратить какие-нибудь полчаса своей жизни на чтение данной речи, станет пара цитат из неё:

Я не призываю к замене государства библиотекой — хотя мысль эта неоднократно меня посещала — но я не сомневаюсь, что, выбирай мы наших властителей на основании их читательского опыта, а не основании их политических программ, на земле было бы меньше горя. Мне думается, что потенциального властителя наших судеб следовало бы спрашивать прежде всего не о том, как он представляет себе курс иностранной политики, а о том, как он относится к Стендалю, Диккенсу, Достоевскому.

Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно. Дальнейшее решать вам, но текст, на мой взгляд, очень достойный. Есть о чём подумать, поспорить, задуматься.
Читать далее
84
2,7K

Все рецензии

Цитаты

floweret5 декабря 2010 г.
... Человек есть то, что он читает...
74
31,2K
seeree12 октября 2010 г.
Мир, вероятно, спасти уже не
удастся, но отдельного человека всегда можно.
48
15,2K
Orlic9 января 2010 г.
Грубо говоря, нас меняет то, что мы любим, иногда до потери собственной индивидуальности.
46
17,1K