Коста Хетагуров. Избранное

Расстаться не трудно, не трудно убить В душе молодые порывы,— Трудней бескорыстно и свято любить В озлобленном мире наживы...

Легко за обиду обидой платить, За кровь — оскорбленьем и кровью, Но трудно два сердца навеки сплотить В союз, освещенный любовью...

Труднее разумно и твердо сознать, Что счастье и наше призванье — Прощать бесконечно, без меры прощать, Всему находить оправданье...

Расстаться не трудно, но встретиться вновь Позволит ли жизнь без досады? Ах! если б увериться в том, что любовь Не ищет взаимной награды!..

Умру я, и что же?— слезою участья Почтишь ли могилу мою, И смерть моя ляжет ли тучей ненастья На душу больную твою?

Нас общее дело когда-то сближало,— Хотели чему-то служить,— Мы были друзьями, но что-то мешало Нам нежно друг друга любить.

Не бедность ли злая, нужда и заботы О хлебе насущном?.. Да, да! — Мы жаждали оба простора, свободы И счастья другого труда.

Так мы и расстались... и годы летели... Жалея друг друга не раз, Мы розно боролись... Достиг ли кто цели, Намеченной каждым из нас?

Нисколько! Бесплодно расходуя силы, Мы оба боролись с нуждой... Состарились оба, брезгливы и хилы, Без слез, без улыбки живой.

К чему ж мы лишили возможного счастья Цветущую юность свою? — За эту ошибку слезою участья Почти хоть могилу мою...

Ты вправе смеяться. Бессильный, больной, Подавленный жизнью бесцветной, Тебе я поведал,— тебе лишь одной,— Все помыслы тайны заветной...

Доверчиво, детски наивно, смешно, Я, весь упоенный мечтою, Всем тем, что со мной умереть бы должно, Хотел поделиться с тобою...

И что же?— Иначе и быть не могло! — Покорная только рассудку, Ты чувство, которое грудь мне сожгло, Отвергла, как дерзкую шутку...

Но я не дерзал возмущаться, роптать,— Любовь — этот акт всепрощенья, Умеет без меры, безмолвно страдать, Не знает ни злобы, ни мщенья.

Ответить обидой тебе я не мог За сердце, облитое кровью... Ты вправе смеяться... Но я,— видит бог,— Тебе заплачу лишь любовью.