Вечный муж. Кроткая

Возможны спойлеры!
О, да! Как же я люблю Фёдора Михайловича! Это просто не поддается описанию.
И вот в этом небольшом произведении на 2 часа аудио высказано столько мыслей, боли, трагедии, что душа рвется на части. Потрясающе! Совершенно бесподобный психолог душ. Как здорово он прописывает (точнее, озвучивает за героя) его мысли и чувства. Он постоянно мечется из стороны в сторону. То он пытается "воспитывать" свою молодую жену молчанием (в числе прочего):

И считает, что это нормально...
То он боготворит её, целует "песок по которому она ходила". Бесит жутко...Мерзкий тип!
Бедная девушка... Вот её мне реально очень жаль. Безусловно, она выходила замуж из крайней нужды. Негде и не на что жить человеку. Тетушки быстренько её сбагрили с глаз долой. Но у нее теплилась надежда, что она сможет полюбить мужа. Ну, если не полюбить, то во всяком случае нормально сосуществовать. А этот, пардон, козел, решил, что он более опытный, он мужик же! Он может из этой молоденькой простушки сделать достойную его женщину, с которой, так и быть, можно раз в месяц в театр выйти...
И при всем при этом, Федор Михайлович умудряется еще и немножко подшучивать...

В общем, эмоций много. Бьют ключом и преимущественно по голове...
Рекомендую крайне!

Повесть эта в определенном смысле такая «трамплинная» перед «Братьями Карамазовыми» вещь у писателя получилась, - кажется Достоевскому было необходимо закрыть женскую тему «Неточек Незвановых» и через «Кроткую» перейти к Грушеньке (ибо «карамазовская» Катерина Ивановна находится в близкой, но немного другой «парадигме» Настасьи Филипповны из «Идиота»).
В преамбуле Федор Михайлович, (почти) как всегда «подстраховывается» (от обвинений в плохом, с точки зрения «литературы» языке): «рассказывающий», как обычно, заранее говорит здесь, что он «не литератор». Подстраховывается, потому что Достоевскому важно передать эмоциональные состояния героев (а эмоциональные состояния, они по определению малолитературны, они дёрганы.. они идут потоками, они трудночитаемы.. они всегда на грани.. срыва и чреваты перепадами..) А передача эмоциональных состояний, в свою очередь, нужна писателю для форматирования чисто-снятых высказываний – для передачи уже собственных достоевсковских вариантов-размышлений, потому что ему их необходимо «снять» с себя (хоть частично) и «повесить» их на читающего – хоть в сопереживательной, хоть в дискуссионной форме.. Вот ведь в чем дело.. Полностью конечно не получится (ни первое, ни второе), но частичная реализация (такого писательского проекта) и происходит..
Так что книжка весьма сопереживательна, эмоциональные бурления здесь бифуркационны, а сцена с пистолетом у виска «спящего» рассказчика вообще феноменальна.
Интересна (мне, например) и разница в возрасте героя (мужа) и героини (жены) – 25 лет, ровно такая же, какая была между настоящим Достоевским (мужем) и Анной Григорьевной (его женой).. Интересно ещё и то (могу предположить), что некоторые событийные ситуации и вкрапления «эмоциональных обменов» сюжетных супругов могли бы быть перенесены из практики (таковых обменов) реальных супругов – Достоевских.. незначительные, очевидно, но вполне могли..

Тяжело воспринялась мною эта повесть Достоевского, очень тяжело. Напоминала выслушивание сбивчивого вещания какого-то незнакомого несчастного человека в нетрезвом состоянии. Он подсаживается к тебе в автобусе, видит твои внимательные глаза и... Начинает выворачивать свою душу наизнанку со всеми подробностями, как правдивыми так и вымышленными. Один раз, когда я была очень юна, со мной произошёл подобный случай. Я возвращалась домой из музыкального училища, со скрипкой в руках. Она послужила экзотической приманкой для такого вот "несчастного", он сел напротив и... Я всю дорогу слушала признания в любви с первого взгляда, а также бесконечные жалобы на его тяжёлую жизнь, в которой его никто не любит и не понимает. Вместе со мной слушал также и весь автобус. Мне было жутко стыдно, но я бы и сейчас едва ли могла нагрубить, попросив оставить меня в покое, а уж когда мне было восемнадцать - тем более... Да, чем-то похожа была на героиню этого "фантастического" рассказа. А он, лица которого я даже не вспомню, похож на исповедующегося калеку, которого я слушала глазами, пока читала, и мне тоже было часто неловко...

Когда беру в руки Достоевского, у меня почти всегда присутствует ощущение общения с князем Мышкиным в различных ипостасях. Скорее всего, манера пера писателя внутренне возвращает меня к этому герою, который всегда искренен, многословен и открыт. У него всегда распахнутые настежь глаза, и он старательно "соскребает" со дна души все оттенки своих переживаний, аккуратно выкладывая их собеседнику. Ну хорошо, когда это действительно князь Мышкин в первоначальном своём варианте. И я, утопая в его исповедях и даже проповедях, становлюсь лучше и чище душой. А если это бормотания вот такого безумца - главного героя рассказа? Боже, мне всё время хотелось ему сказать - замолчи наконец и избавь меня от экскурсии по твоей отвратительной вселенной, мне дурно от твоих признаний...

Главный исповедующийся - домашний тиран, который довёл свою несчастную жену до самоубийства манипуляциями в личных отношениях? Да, соглашусь... И всё это понятно - хотел мужчина утвердиться в своём мужском превосходстве и использовал для этого слабое звено - женщину, зависимую от него молоденькую и беззащитную во всех отношениях жену. Старо как мир. Мужчины часто так делают. Они же сильными хотят быть и победителями. А когда среди себе подобных не получается, то отыгрываются на слабых женщинах, желая испытывать над ними власть, влияние и даже демонстрировать свою неповторимую загадочность, которая является неким мужским кокетством и орудием для сохранения дистанции. И часто они это делают бессознательно, не подозревая что они манипуляторы на самом деле. Это страшно, конечно, но у меня нет настроения и сил ругать его, выкрикивая всякие обвинения, приводить доказательные цитаты его выражений, манипулятивных приёмов и прочего психологического скарба. Он же и сам калека. Девушке от этого не легче, но что тут поделаешь...

Только мне интересно - зачем Достоевский вёл рассказ от лица этого тирана? Он, что - хотел, чтобы мы его поняли и посочувствовали? Ведь, когда слушаешь приватный рассказ, да ещё и с такой степенью искренности, ты ведь всегда хоть чуть-чуть, но на стороне исповедующегося, верно? Или он хотел сбить читателя с толку? А последняя сцена его признаний в любви и падений перед ней на колени... Что это было - наконец наступившее раскаяние и перемены или очередной подъём на эмоциональных качелях их отношений? Я начала было ему верить, признаюсь. Хотя, да, я со своей доверчивостью плохой пример для оценки подобных мужчин. Поэтому у меня нет чёткого сложившегося мнения. Всё-таки, дам шанс этому человеку, хоть и запоздалый и не очень уверенный... Может, эта смерть что-то повернёт в натуре этого несчастного?

А теперь про саму девушку, которую Достоевский нарёк Кроткой, не дав ей привычного имени. Так вот, на мой взгляд, она не кроткая, а гордая. Просто очень зависима. И при наличии у неё поддержки ушла бы от него, хлопнув не окном, а дверью. Он не единожды в своей исповеди описывал её маленькие бунты, которые выражались в топании ногами, уходами из дома, даже встречей с другим мужчиной. А её попытка убить собственного мужа во сне? Да даже само самоубийство на подъёме отношений! Нет! Она не кроткая, отнюдь. Она сопротивлялась, как могла. Я видела кротких женщин в своей жизни. Они не ропщат, а терпят и любят. И терпят всю жизнь своих любимых извергов, с горючими слезами провожая их в последний путь и страдая потом годами о своей утрате.

Одним словом, рассказ в моих глазах весьма не однозначный и сложный для понимания, как и для вынесения приговора его героям. Девушку мне жалко со слезами на глазах и тяжёлым эхом. А этого исповедующегося тоже жалко, но уже без эмоции, чисто гипотетически вселенской жалостью о всех несчастных и искалеченных внутренне людей. Вот это, пожалуй и будет моим единственным приговором в конце отзыва, который мало был похож на рецензию, а всё больше на личные заметки из дневника читателя, к форме которых я всё больше и больше склоняюсь последнее время.

Безысходность и чувство неотвратимого одиночества. До предела ощутимое, мрачное и тоскливое одиночество души. Одиночество - плотное, вязкое, холодное, как застоявшееся болото... ядовитое, убивающее. Одиночество - расщепляющее кровь, изъедающее плоть, мучающее, угнетающее. Невозможность освобождения, абсолютная зависимость от внутренней борьбы и полное поражение... Достоевский это умеет! Ему как никому другому, удается сжать мозг читателя в комок, измять, и наконец, швырнуть об стену, вдребезги - и тысяча разлетевшихся осколков...
Кто в понимании Достоевского человек? Что он - обособленный случай или социальное явление? Ответ, каким бы он ни был, все равно введет в заблуждение, не станет исчерпывающим. Человек - соль земли, ее краса и смысл, но в то же время самое страшное порождение, непонятное, жестокое, сумеречное. И Достоевский это доказывает. Раз за разом, неопровержимо, тонко и точно.
Данный рассказ, меньше сотни страниц, но вместившее в себя огромный смысл, глубинную суть. Оно описывает короткий промежуток из жизни 41-летнего ростовщика, в прошлом офицера, и 16-летней девушки-сироты, которая приходила к нему в лавку закладывать свое двугрошевое "богатство". Кроткая, как называет ее мужчина, тоненькая, белокурая девочка, с огромными глазами, удивленно взирающими на бренный мир. Гордая, молчаливая, сломленная.
Его отношение к девушке - была ли эта любовь? Я задавала себе этот вопрос до того эпизода, в котором она, уже будучи его женой, говорит ему: "Я думала, вы оставите меня так." Это был удар под дых, согнувший ростовщика пополам. Это было унижение, от которого не просто горько - от него больно! А ведь он сам этого добивался своей отчужденностью от жены. Он воздвигал огромные стены из молчания, снисходительного молчания, как он сам называл. Зачем? Разве ее вина в том, что он пережил в прошлом? Озлобленность, презрение, обида на общество - все это отражалось на ней, на жене, которая в сущности, была ребенком, не меньше его обиженным судьбой. Имел ли он право поступать с ней так, как поступал? Он разрушал себя, съедал изнутри, заодно убивая и ее, медленно, но упорно.
Да, он любил ее. Он ее боготворил. Он целовал ее следы, лежал у ног, наконец-то, сбросил с себя оковы, раскрылся...но увы, слишком много воды утекло. Не вовремя, запоздало и бессмысленно.
Он изначально ведь знал, что Кроткая его не любит, и не полюбит. Он видел и то, что она старается быть хорошей женой, послушной, ласковой, оживленной. И при всем этом, он ее не пощадил. Перекрыл все возможные пути, ведущие к себе, он изолировал себя от нее, и тем самым вынес Приговор...

"Молча говорить", "Девушка с образом" - изначальные названия рассказа, полностью соответствующие сути. Писался он в течении трех недель, У Достоевского был даже прототип Кроткой - швея Марья Борисова, та же участь, тот же образ с ликом Божьей матери в руках, та же безропотность и кротость. Достоевского глубоко потрясла история Марьи:

и он отразил его (свое потрясение) в рассказе, добавив художественность и более глубокий трагизм через предысторию. Он показал человека со смертельно уязвленной гордостью, ставшего изгнанником из общества. Одинокий и угрюмый, он как бы, ищет повод отыграться, взять реванш, показать свою непримиримость, ненависть и презрение. Кроткая удачно попалась под руку, она уничтожила и его самого - несчастного бунтаря. Он стал и судьей и палачом самому же себе. Совесть - именно она будет непрестанно следовать за ним, напоминая об ошибках, о потере, о гордыне, и конечно же, о Кроткой, о девушке с образом, смотрящей на него неотрывно, в упор, как дуло пистолета у виска.

Дальше...

Есть истории, где зло видно сразу — крик, побои, скандалы. А у Достоевского страшнее: внешне почти ничего не происходит. Просто в доме стоит тишина. И она работает как медленный яд.

"Кроткая" — это исповедь мужа над телом жены, которая ушла из жизни. Он говорит впервые по-настоящему — но говорит в пустоту. При жизни он молчал. Теперь молчит она. Навсегда. И это не просто литературный ход, это расплата: он выбирал молчание как власть — и получил абсолютную тишину в ответ.

Герой не карикатурный злодей. Он человек, который не умеет любить. Бывший офицер, травмированный, убеждённый, что слабость опасна. Поэтому вместо чувств — дисциплина. Вместо близости — контроль. Он женится не из любви, а из странной смеси гордости, жалости и желания "спасти", но спасение у него выглядит как дрессировка.

Его главный инструмент — молчание. Не пауза. Не “мудро промолчать”. А наказание. Давление. Он будто уверен: промолчу — поймёт, смирится, станет ближе. А выходит наоборот: тишина разрастается в пропасть, где человеку нечем дышать.

Их трагедия — в невозможности диалога. Они оба боятся. Оба хотят любви. Но силы неравны: он взрослый и сильный, его молчание давит. Она — сирота, зависимая, ранимая, и её молчание — это крик, который никто не слышит.

Достоевский говорит очень жёсткую вещь: человека можно разрушить не ударом, а отсутствием тепла. Можно делать вроде бы правильно — дом, порядок, “нормальная жизнь” — и при этом медленно убивать другого эмоциональным голодом. Жалость — не любовь. Контроль — не забота. Гордость — не сила.

Меня эта вещь не просто “зацепила” — ударила. Потому что я знаю, как работает наказание тишиной в реальной жизни.

В детстве мама наказывала либо криком, либо мочанием на дни. И вот что страшно: крик пережить легче. Крик — это хотя бы контакт. А тишина — это стирание. Когда на тебя смотрят так, будто тебя нет, будто ты воздух. Это не воспитание. Это психологическая мясорубка.

И самое мерзкое — я вижу, как эта привычка цепляется дальше уже за меня. Я понимаю, что молчание не объясняет, не лечит, не сближает. Но в моменте внутри поднимается эта знакомая жёсткость: закрыться, уйти, сделать вид, что человека нет — и пусть сам догадается, что со мной, почему больно, где обидел. И это всегда заканчивается одинаково: начинается ад в голове. Тишина не оставляет пространство для правды. Она оставляет пространство только для тревоги.

Поэтому "Кроткая" для меня про то, как фатальная тишина ломает психику: превращает любовь в угадайку, дом — в холодную камеру, человека — в виноватого без суда и слов. И в какой-то момент внутри просто заканчивается воздух.

Отдельно скажу про текст: он тяжёлый именно потому, что это монолог человека на грани. Рваный, нервный, местами мутный — как речь в шоке. Но, может, иначе и нельзя: Достоевский заставляет не "наблюдать»", а находиться рядом, когда тишина уже сделала своё дело.

"Кроткая" — про трагедию, где никто не орёт, не причинят физический вред, но всё рушится. Про любовь, которую перепутали с властью. И про страшную правду: иногда самое жестокое — это не то, что человек сделал, а то, чего он так и не сказал.

После таких вещей хочется не обсуждать «кто прав», а сделать одну простую проверку на себя:
не использую ли я тишину как способ наказать — и не терплю ли её там, где давно нужно слово.

(Я начала играть сама с собой в викторину «угадай год написания книги Достоевского по стилистике», и, знаете, плюс-минус удаётся. Впрочем, книги заканчиваются )

В 1847м, допустим, «Роман в девяти письмах», в 1860-м — «Чужая жена и муж под кроватью»; ладно, у Достоевского предостаточно исследования супружеской измены и в других произведениях, но «Вечный муж» (1870) попадает в мои «любимчики» (я делю все тексты ФМ на условные группы: «нну», «хорошо, но не моё» и «моё, беру»).

Во-первых, это линейное повествование с минимумом персонажей (и сразу понятно, кто кому что).

Во-вторых, в нём великолепный баланс внешней и внутренней динамики! Нет безумного тыгыдым туда-сюда, но и не вязнешь в болоте бесконечной рефлексии. Есть весёлое, есть горькое. Есть чёткое и пронзительное вИдение человеческой природы. Есть безупречное препарирование побуждений души. Есть изысканно показанный неразрешимый внутренний конфликт, отличный уровень накала драмы, немножко авторского баловства на грани вау (см. главу «муж и любовник целуются» (и какой же смелостью надо обладать, чтобы заявить тему мужской любви-ненависти и не скатить её в сами знаете что!). Ёлки. Я, честно, потрясена уровнем мастерства (а я почти ничего не ожидала под конец эксперимента).

В-каких там, в-третьих? Без маленькой девочки не обошлось, без бедной Лизы не обошлось, но я привыкла (привыкла, прочитав почти ВСЕ книги Достоевского ).

В-четвёртых, это больше драма, чем анекдот, и поэтому отправляется на полку «моё».

В-пятых, будет пространная цитата. Просто чтобы очередной раз предъявить вам Фёдора Михайловича, гения и душеведа.

Сколько историй — столько персонажей.

Разных.

Вселенная Достоевского уникальна, но я про это потом ещё напишу.

Новое для меня произведение автора, небольшая повесть о любовном треугольнике.
Но конечно главное здесь не события как таковые, а чувства, эмоции и отсюда поступки, которые совершают герои произведения. Муж, жена и любовник, наверно об этом много книг, но тут автор пошел дальше- встреча мужа и любовника после смерти женщины.
Достоевский показывает игру этих мужчин друг с другом, когда один проявляет внимание просто изощренными способами- то целуясь с бывшим любовником , то вонзая в него нож, и конечно непонимание, но в то же время интерес ко всему происходящему у человека , который был когда -то любовником жены этого странного человека. Но кроме женщины будет и ее дочь- и вот тут опять игра- дочь она от этого любовника, либо даже от другого, как намекает муж.В общем все произведение читателю предстоит наблюдать над какими -то нездоровыми отношениями. Очень любопытное и конечно поучительное зрелище.
Но кроме этого я сейчас обратила внимание на другое, что встречается , впрочем ,в разных произведениях классиков. Мужчины в возрасте, порой и вдовцы с молодыми детьми в поисках повторного брака начинают вести себя как дети. Описание эпизода, когда происходит сватовство, смотрины , когда 40-50 летние мужчины бегают играют в салочки и другие игры с этими молодыми девочками на выданье 15 лет и чуть старше для меня были ненормальными какими то. И в то же время парнишка 19 лет, который мечтает женится на юной девушке , показан как юнец, который не сможет содержать семью, ничего пока еще не смыслит в жизни и конечно не готов к браку. В этом что-то есть, но и поведение великовозрастных мужчин в этой брачной игре тоже как -то не красит их, а ведь это было и было часто и много описано в литературе. Все это конечно я пишу с позиций сегодняшнего дня. Кто лучше из таких женихов сказать трудно, что лучше любовь или расчет тоже спорно.
Ну и напоследок- всегда испытываю удовольствие от чтения Достоевского, еще в школе, когда его заставляли читать , и многие просто не хотели читать такую литературу, я просто упивалась языком мастера, его психологическими портретами героев , его сюжетом, часто очень неожиданным. И это произведение такое же замечательное, как и другие его великие, хотя и не такое известное.

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
«Я знаю всю вашу подноготную …» Примерзая фраза. Особенно, когда тебе говорят её прямо в лицо с гаденькой ухмылочкой. Хочется отделаться от такого типа как можно скорее. А когда узнаёшь, что кто-то наводит о тебе справки, чтобы продолжить знакомство, возникает такое же чувство гадливости … Ни о каком продолжении отношений не может быть и речи. У меня – так.

Такое же чувство гадливости вызывает и главный персонаж драматической повести Ф.М. Достоевского – «Кроткая». Ростовщик («закладчик») – коллекционер чужих бед и несчастий, от лица которого ведётся повествование, собрал «всю подноготную» о девочке, не достигшей возраста 16-ти лет, но, как кажется вначале, успевшей познать горе и крайнюю нужду.

Он, как паук, раскинул свою липкую паутину, чтобы несчастная от безысходности попала в его сети. Кроткая. Всё будет терпеть. Не возражать. Молчать … А он будет для неё тираном, упивающимся своей властью. Так он решил для себя, бывший штабс-капитан. Да, в среде военных (хоть и бывших), как известно, семейный деспотизм популярен.

Интересно, что автор вынашивал идею повести 7 лет. Написал же её значительно быстрее: за 3 недели. Но ещё интересней, почему возникла сама эта идея? И так долго вызревала … Что скрывает автор за «кротостью»?

«Помню, Лукерья выбежала за мною вслед, когда я уже уходил, остановила на дороге и сказала впопыхах: ʺБог вам заплатит, сударь, что нашу барышню милую берете, только вы ей это не говорите, она гордаяʺ.»

Гордая. Гордость как грех самообожания. Гордая попытка человека устраивать свою жизнь без веры в бессмертие души. Неспособность преодолевать унижающие жизненные обстоятельства.

Неверие в Бога: самоубийство, проблеме которого Достоевский уделяет внимание и в «Бесах» (1972), и в «Кроткой» (1976), написанной после «Бесов», одном из своих последних произведений.

Самоубийца – Кроткая (иного имени у неё нет!) встречает читателя в самом начале повести в виде хладного трупа, даже ещё не в гробу, а на двух сдвинутых ломберных столиках (унижение!) И в самом начале автор предоставляет читателю выбор, под каким ракурсом он будет видеть и понимать происходящее.

А происходящее подаётся в виде бессвязного лепета закладчика (заимодавца), у которого жена покончила с собой. Позор. И грех самоубийства, покрывающий позором не только самоубийцу, но и его близких.

У обоих главных персонажей имён собственных нет. И это неспроста. Одна – самоубийца, другой – готов к самоубийству: безликие, невидимые Богом души.

Стоит обратить внимание на момент, когда девушка-закладчица приносит в качестве заклада образ Богородицы. Деяние богоборческое: настолько ослабела её вера.

«Образ Богородицы. Богородица с Младенцем, домашний, семейный, старинный, риза серебряная золоченая – стоит – ну, рублей шесть стоит. Вижу, дорог ей образ, закладывает весь образ, ризы не снимая. Говорю ей: лучше бы ризу снять, а образ унесите; а то образ все-таки как-то того.»

Как она только тут же на месте не окаменела?!! Помните окаменевшую девушку Зою из фильма Александра Прошкина «Чудо» (2009), основанном на событии под названием «Стояние Зои» в г. Куйбышеве в1956 году?

Зоя решила потанцевать с образом святого Николы Чудотворца: не нашлось для неё кавалера. Кроткая вовсе принесла в качестве заклада образ Пресвятой Богородицы с младенцем!!! Для верующего: Православного человека – немыслимое святотатство. Вот и триггер – завязка, толчок ко всему последующему действию.

Конец повествования символичен: выброшена из окна и разбита, дарованная Богом, жизнь, а заодно – символически совершается убийство, уже однажды распятого, Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы.

Кроткая – тайный и тонкий богоборец, самоубийством распинающий Христа. Не имея веры, с гордостью отринув долг верующего нести свой крест до конца, она не лучше Иуды уже в самый тот момент, когда сдаёт в заклад священный символ Православной веры: готовит в душе распятие Христа.

Название повести – «Кроткая» побуждает обратиться к тесно связанным понятием – «кротость» и «смирение». Разобравшись в них, сразу становится ясно, что персонаж повести – 16-летняя молодая женщина не была кроткой. А уж смиренной назвать её нельзя тем более. Это Достоевский, однако. К его произведениям подходить с другими «измерителями» сути, идеи произведения лично я не вижу смысла.

Судите сами.

Кроткий – терпеливо переносящий обиды, не раздражающийся, не бунтующий и не возмущающийся, не стремящийся обидеть в отместку, унизить, оскорбить, не идущий наперекор.

Уберём частицу «не» и получим образ Кроткой Достоевского. Помимо всего прочего она готова была нажать на курок револьвера, держа его у самого виска, притворившегося спящим, мужа. В душе она уже не раз победила Бога: образ Богородицы; мерзость предательства мужа с мерзавцем Ефимовичем; желание застрелить мужа …

А он ещё пытается найти ей оправдание.

«Из ненависти только ко мне, напускной и порывистой, она, неопытная, могла решиться затеять это свидание, но как дошло до дела — то у ней тотчас открылись глаза. Просто металось существо, чтобы оскорбить меня чем бы то ни было, но, решившись на такую грязь, не вынесло беспорядка.»

Тщетно оправдание. Душа «у ней» пуста. И поселилась там гордыня. Настоящего горя девочка, оказывается, ещё не хлебнула. Жди беды.

Да, она виновата! Так восклицает безымянный и потому безликий держатель кассы. Но и сам он виновен не меньше. Схлестнулись два характера – две гордыни не на жизнь, а насмерть!!! В такой войне не бывает ни победителей, ни побеждённых: падут оба. С какой точки зрения ни посмотрим: Православной морали и нравственности, или психологической.

Отсутствие адекватной самооценки – психология. Бездуховность – христианское миросозерцание. В любом случае – отсутствие оптимального поведения персонажей в сложившейся негативной для обоих ситуации: никто не ищет путей относительно мирного сосуществования, не говоря уже о счастье.

Пустая, больная, «отупевшая» душа даже молиться уже не может: один грех «бесовской гордости» и остался!

«Молился на коленях пять минут, а хотел молиться час, но всё думаю, думаю, и всё больные мысли, и больная голова, — чего ж тут молиться — один грех!»

А помолиться бы надо было, когда жена в бреду, горячке 6 недель умирала …

***
В школе учат, что мотив палача и жертвы у Достоевского проступает в целом ряде произведений. Особенно – в «Кроткой» …

Я увидела другое. И уж никак не палача в образе закладчика. Он – жертва собственной опустошённой души. Точно такая же жертва и она – шестнадцатилетняя. Разные события привели каждого из них к бездуховности. Итог один: смерть духовная, за которой следует смерть физическая.

С психологической точки зрения Достоевский, не давая себе в том отчёта, описывает историю поединка двух дефицитарных нарциссистов. Больные души нуждаются в помощи и лечении. А главное - в любви. Прозрение у персонажей наступает, но слишком поздно.

На мой взгляд, смерть героини – нелепая случайность самоубийства. Вся повесть подводит к этому нелепому и случайному итогу. Ничто не указывает на преднамеренный суицид: никто не видел, что она молилась перед смертью. Только Лукерья что-то видела и решила, что она молится. Не было предсмертной записки. Ничто не способствовало переступить последнюю черту.

Почему героиня встала на окно, обхватив руками образ Богородицы? Мы можем только предполагать. Возможно, от полноты чувств наступившего начала примирения, от страха всё потерять вдруг, от невозможности поверить в благополучный исход. Снова недостаток ВЕРЫ – неверие. За него – расплата.

Она встала на окно, чтобы быть повыше к небу – ближе к Всевышнему. Разве такое нельзя допустить? Не с ума, конечно. Это лишнее. Её муж оставил всего на каких-то 20 минут с обещанием новой жизни – счастливой. Какой же он палач? – Исстрадавшаяся, отупевшая, слепая душа, жаждущая любви … Достоевский не раз подчеркивает, что он любит свою шестнадцатилетнюю! И "Кроткая" - история о любви.

Любовь не одухотворённая обречена на гибель. Любви шестнадцатилетней не удалось расцвести: она так и засохла в зачатке. Любовь её мужа оказалась слабее его гордыни. Трагедия ошибок.

Именно кротости в любви, как когда-то было сформулировано Святым апостолом Павлом: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит» не хватило персонажам "Кроткой".

И вот, наконец, душа его прозрела, когда он понял, что теряет жену. Она смирилась окончательно со своим горестным положением: запела, словно его и нет вовсе!!! А как же он и его любовь к ней без неё?!!

Просветление. Катарсис ...

Но тут вмешался злой рок в лице Лукерьи. Она окликнула барыню, когда та стояла на окне. И та в смятении вместо того, чтобы соскочить назад ступила вперёд. Нелепость. Такое бывает. И тем не менее, – самоубийство. Хотя и безотчётное. Его можно и необходимо было избежать.

… Достоевского побудило к написанию «Кроткой» большое количество суицидов, особенно, среди молодёжи. Непонятные, бессмысленные смерти. Объяснить их невозможно ничем, кроме мрака богоотступничества, богоборчества как следствия опустошения души.

Нравоучительная повесть. Духовная. О любви.

Какие обычно книги у Федора Михайловича Достоевского? Конечно же, жизненные. Вроде с простым сюжетом, но не менее серьезным и трагичным. В данной книге автор показывает нам классический любовный треугольник: муж, Павел Павлович Трусоцкий, жена, Наталья Васильевна, любовник, Алексей Иванов Вельчанинов. Мне кажется, что фамилии героев отчасти передают их характер (либо мое воспаленное сознание так хочет думать). К примеру, муж, Трусоцкий, на самом деле ведет себя, как трус. Ему проще быть под каблуком жены. С одной стороны, это похвально - работает ради своей семьи, обеспечивает её, хоть по службе занимает невысокое положение. Т.е. он не бегает налево, не тратит силы и деньги на других женщин. Но с другой, вести себя, как "хвостик" жены не к лицу мужчине. Под действием обстоятельств может стать злым и агрессивным. Безволие его проявляется по отношению к Вельчанинову - он притягивает его к себе лестными речами, но в тоже время ненавидит. Такое чувство, будто ему обязательно нужно к кому-то быть привязанным. Вельчанинов ведет себя величаво, обожает праздный образ жизни, не обделен вниманием женщин и пользуется этим. Он занимается только тем, что гуляет и отдыхает. Но в какой-то момент стал замечать, что его преследует некий мужчина, который впоследствии оказался Трусоцким. Во всей этой истории искреннюю жалость вызывал ещё один персонаж, о котором рассказано было мало, но он был самым ценным. Но о нем я умолчу, чтобы сохранить интерес. Книга о том, что человек "наступает на одни и те же грабли", абсолютно не желая делать выводы из предыдущего опыта. Некоторым проще страдать, но оставаться на том же месте, где были.

"Кроткая" - трагическая история о невозможности любви между двумя одинокими людьми. А всё потому, что любви безъязыкой не бывает.

Он холодно молчал, "застёгнутый на все пуговицы", а она ведь готова была доверчиво распахнуть свою душу перед ним. Но он упорно молчал. И сейчас его словно прорвало, он произносит слова в пространство, выворачивая душу наизнанку, но он опоздал, она не слышит и не услышит никогда. Теперь его удел - полная изоляция и беспросветное одиночество.

Любовь - это убежище. Это то безопасное, хорошо защищённое место, где можно быть самим собой, где можно безбоязненно открыть своё сердце, выставить напоказ своё нутро. А если это нутро закомплексованного, ограниченного человека, с уязвленным самолюбием, душа которого изуродована старыми обидами? Именно таким предстаёт перед нами персонаж Достоевского. Его никто никогда не любил. Он унижен прошлыми неудачами, страданиями. Такой убогий багаж души он, конечно, открыть не может. Он ждёт от любви полного реванша, безграничного обожания. И потому, наметив себе в жены юную девочку сироту, он играет роль благородного спасителя, выдумывает себе холодную отталкивающую манеру поведения, нелепые попытки вызвать ответную любовь. А ведь без всяких ухищрений он мог бы рассчитывать на взаимность. Нет, ему захотелось довести её до нужной ему кондиции, чтобы знала своё место, одним словом, вздумалось её покорить, стать безраздельным её хозяином.

Какая тяжесть выбора легла на плечи столь юного создания! Купец, или ростовщик, цитирующий Гёте? Выбрав, робко надеялась, потянулась душой к мужчине, как бы вручив себя ему, не подозревая, что он более всего боится проявления открытых чувств. И как лишнюю копейку жалеет он для своих клиентов, так и лишнюю теплую эмоцию - пожалеет для неё. Будет испытывать молчанием. Вместо ожидаемого безопасного убежища - эмоциональный карцер. Она чувствует, что её подавляют. Кроткая только с виду, она начинает отчаянно сопротивляться. Бунтует как может, пытаясь до него достучаться. А потом замыкается и тоже начинает молчать. Поначалу готовая к любви, начинает презирать и ненавидеть мужа. Теперь ей всё безразлично, она готова жить бессловесной тенью рядом с мужем. И если бы не его запоздалое признание в любви, так бы и продолжала жить. Испытание молчанием вынесла, испытание любовью, когда он ей невыносимо отвратителен, нет. Она понимает, что должна выйти из этих отношений, что дальше два пути - либо сбежать, роняя тапки, либо глубже и глубже погружаться в отчаяние.

Кроткая с виду оказалась неукротимой.