Цитаты из книги The Shadow Queen

– Я не дам Кэлю умереть! Тем более что в моих силах спасти его. Лорелея произнесла эти слова отчетливо, и они заставили Габриля смягчиться. – Девочка моя, он – не Лео! – Пусть Кэль для меня посторонний, но у него тоже есть сестра. У него есть друзья и близкие. Я обещала спасти Элдру, если Ирина откажется. Кэль принадлежит Элдре. А я всегда держу обещания.

Драконье сердце заполнилось яростью, ошейник зашептал: «Убей, убей». Девушка должна умереть. Или не должна? Ее ладонь снова легла Кэлю на грудь. Боль сразу отступила, и тепло, ничего общего не имевшее с драконьим пламенем, разлилось по всему телу. «Так лучше?» – спросила девушка. «Да». Кэль не произнес, а подумал это слово. Но девушка поняла.

– Разве есть что-нибудь хуже смерти? Вальдина попыталась усмехнуться, но Лорелея воздела руку с сияющими пальцами, и герцогиня отползла на середину широченной постели. – Конечно, есть. Это я. Я хуже смерти для тебя, предательница. Я потеряла мать, отца и брата; я потеряла мое королевство. У меня осталась только моя собственная жизнь. Как ты думаешь, жаль мне ее терять или не жаль?

– Чем поплатится наш король, если Ирина обнаружит обман? – прошипела Джин. Лорелея вскинула голову. – Он поплатится жизнью. Это будет справедливо – ведь именно жизнь он хотел отнять у меня. – Наш король не заслуживает смерти, – вставил Трагг. – А я разве заслуживаю? А мой брат разве заслужил смерть? Никто не осмелился возразить. Лорелея продолжала: – Ирине нет до этого дела. Ее волнует только власть. Кэль уже в ее власти, поскольку имел глупость скрепить соглашение кровью

– Зря я тебя спасла. Это была моя первая ошибка. Я обманулась во второй раз, поверив в твое благородство. – Если бы я знал заранее, кто ты такая, я бы не преследовал тебя. Не платил бы за добро черной неблагодарностью. Едва увидев твою птицу, я вернул тело под контроль человечьего сердца. Я сразу перевоплотился. Ибо я не убийца! – В словах драконита слышалось отчаяние. – Я не рассчитываю, что ты мне поверишь; я не имею права на твое милосердие… – О нет, не имеешь!

– Не такова была наша принцесса. Совсем маленькой девочкой она лишилась дворца, потеряла родителей. Это произошло по воле злой мачехи, которая жаждала править миром. Злая мачеха-королева разрушила жизнь нашей принцессы, разбила ее сердце. Случись такое с обычной принцессой, изнеженное создание просто скончалось бы от горя и страха за свое будущее.

На несколько мгновений Ирина забылась, позволила себе поверить и в страсть, и в любовь, и в возможность счастья. Ей стоило сказать только одно слово, чтобы одиночество отступило. Да, одно слово – и одиночество отступит; но за это придется платить. Платить всегда приходится. Этот урок Ирина усвоила у отца, который предпочитал ей Татьяну.

Едва девушка остановилась и оглянулась, Кэль, по обычаю драконитов, опустился на одно колено и ладонью тронул лоб в знак вечной преданности. – Почему ты кланяешься мне? – подозрительно спросила девушка и метнула на Лео взгляд, смысл которого Кэль не сумел разгадать. – Поклоны положены только королевским особам. Несомненно, поведение Кэля напугало девушку. – Я вовсе не… то есть, я хочу сказать, ты спасла нам жизнь. Мы у тебя в долгу. Поэтому я поклонился тебе. Королевские особы тут ни при чем.

Кэль поднял взгляд на королевский замок, сжал кулаки. Он сможет править драконитами. Он сумеет спасти свой народ. Его имя войдет в легенды – или его прах безвременно поплывет в страну мертвых.

Магистр тоже смотрит в сторону тронного зала, жестом умоляет принца остановиться, не проверять правдивость его слов. – Не нужно вам на них смотреть. Не нужно видеть их такими, мой король. Король. Кэль трясет головой, тщетно пытается отогнать страшный смысл слов магистра Эйлера. – Теперь вы – король Элдры. Примите мои соболезнования, ваше величество.

– Я хочу исключить все случайности. – Лорелея положила изумруд обратно на одеяло и дрожащими руками стала натягивать перчатки. – Я хочу быть уверена в победе. – Кто же вступает в битву, будучи уверенным в победе? – произнес Габриль. – В битву вступают потому, что так нужно. Потому, что другого не дано.

– Довольно разговоров. Лорелее нужно попрактиковаться в своем искусстве, пока солнце не зашло. Лео, хватай мешки, тащи наверх. Потом верный человек их заберет и раздаст пищу нуждающимся. Лео нахмурился. – Почему мешки всегда таскаю именно я? – Потому, что я хороша только в колдовстве, а ты – во всех остальных делах. – Лорелея хитро улыбнулась. – Добрая сестра так не сказала бы, – вздохнул Лео, взваливая на спину мешок.

– А не нравятся Багрянородные Бунтари – пожалуйста, у меня еще несколько прозвищ, на выбор. Двое Достойных, например – как тебе? Или лучше Двое с Большой Дороги? Правда, тогда мы получаемся вроде разбойников… – Мы, Лео, и есть разбойники. – Лорелея сложила полушубок по швам. – По крайней мере в глазах королевы. – Это несущественная деталь, – произнес Лео, поглаживая мешки с награбленным добром, плотно уложенные в тачке. – Сегодня мы не сплоховали, – сказала Лорелея.

Взгляды принцессы и королевы встретились, скрестились над кровавым озером, над стонами, криками и грохотом. Ирина улыбнулась. За спиной Лорелеи качалась стена, готовясь рухнуть на девочку.