Норвежский лес

Прочитал сейчас впервые роман знаменитого японского писателя и , сказать по правде, не впечатлен. Сборник его рассказов МУЖЧИНЫ БЕЗ ЖЕНЩИН мне понравился больше. А в романе все как-то обыденно, житейски так ( в смысле незатейливо ). ГГ-ой мне не запомнился, такой себе плывущий по жизни, особых эмоций я в нем не увидел ( только в самом конце, когда он стал выбирать между двумя девушками и после трагических событий убиваться по одной из них ), но и там это все описано всего несколькими страницами. А вот обе девушки мне понравились, как по мне они прописаны и раскрыты очень хорошо. я переживал за них двоих. Очень жаль Наоко, но видно другого конца у нее и не могло быть... А вот Мидори молодец, какие судьба ей испытания не преподносила, она со всем справилась! Может по этому и конец у них такой, одна перестала бороться и получилось то что получилось, а вторая смогла и поэтому у нее должно все быть хорошо ( хочу в это верить ) !!!

⠀⠀⠀⠀⠀Буду честна - мне абсолютна непонятна шумиха, поднятая вокруг произведения.
⠀⠀⠀⠀⠀Хотя не отрицаю, пребывая в трудном ранимом возрасте, когда впервые происходит переоценка ценностей, когда кажется что ты ищешь себя, много наворотов в литературе не требуешь - пара высказываний, первая любовь, первый интимный опыт, вечная депрессия, одиночество - этого достаточно, чтобы ты мог сказать себе: "Эта книга перевернула мое сознание".
⠀⠀⠀⠀⠀Во мне она ничего не перевернула и не шелохнула. Она не хорошая и не плохая. Она никакая.

Когда я слушаю музыку, то погружаюсь в нее с головой, она создает настроение на целый день, она отправляет меня в иной мир, меняет реальность, меняет мечты, меняет меня. Я старалась редко слушать музыку, не уходить в нее полностью , чтобы не забыть кто я.

"Норвежский лес" - для меня как музыка. И я говорю о книге, а не о прекрасной мелодии Битлз. Хотя одно - прямое отражения второго. Иной мир, реальный и немного болезненный, такой спокойный и меланхоличный, но безумно живой и харизматичный.

Отвези меня в Японию, надень на меня плеер с вечной батарейкой и оставь там навсегда. Наверное я найду себя и выпущу в реальность ту теплоту, созданную в моей душе чтением "Норвежского леса".

Цитата, которую я вынесла в название рецензии, идеально передает мои впечатления от книги. Харуки Мураками читала впервые, ииии восторга не испытала. «Норвежский лес» нравится многим, понимаю почему, но для меня, как оказалось, восток – дело совсем тонкое.
Книга совершенно не попала в настроение. Осень для меня – это не мрачное тягостное время, когда природа умирает и вот это все. Сейчас наступил час уютных историй, завораживающих приключений или будоражащей душу мистики, как-то вообще не ожидала такой тягучей, печальной атмосферы.

Автор подробно показывает жизнь Ватанабэ, молодого человека, студента. Причем, бытовые подробности немного нервировали. Как-то странно было читать в художественной прозе о том, как юноша проснулся, умылся, побрился, почистил зубы, надел одежду и поехал в это место, потом в другое, выпил виски, потом выпил кофе… а по воскресеньям он «не заводит пружину», просыпается, стирает, сушит, гладит белье, и так постоянно. В диалогах мне не хватало слов, да, слов! Как правило, ответы Ватанабэ всегда односложные, не совсем понятно, что же он думает на самом деле.
Девушки, которых судьба подбрасывает Ватанабэ, зачастую страдают психическими расстройствами, что добавляет уныния и печали в общую атмосферу. От «Норвежского леса» так и веет одиночеством, безысходностью, грустью. Персонажи разобщены, страдают, не знают, куда себя деть. Здесь стерты границы между нормальностью и ненормальностью, свихнувшиеся люди ведут себя, как здоровые, и, наоборот, нормальные будто бы сходят с ума.
История оставила неоднозначные впечатления, никто из героев не зацепил, следить за ними было неинтересно. Многочисленные сексуальные сцены поначалу я воспринимала нормально, но под конец они уже стали потихоньку вызывать недоумение.
Итог: не моё, не понравилось.

История о любви, о потери близких, о депрессии и смерти.

Слишком много смерти и депрессии: каждый третий упомянутый персонаж – умер (свой смертью или покончил с собой без объяснения причин).

Слишком много сцен секса, на мой взгляд, не нужных. Если все их вычеркнуть, суть не изменится. Даже в финале, таком печальном, главный герой вспоминает свою подругу, «как она нежно берёт в рой мой пенис, а волосы падают мне на живот. Я помнил её тепло, её дыхание и своё безрадостное ощущение эякуляции». Я только взгрустнула, ожидая драматической развязки, как главный герой «вставил палец в тёплую влажную вагину и начал им двигать».

Этакий роман о жизни и смерти, о тленности бытия со вкусом спермы.

В последней (и тщетной, как я уже понимаю) попытке пробудить хотя бы каплю эмоций к "Норвежскому лесу" слушаю одноименную композицию. Нужно отметить, что огромное количество разбросанных по страницам книги названий песен создает определенную атмосферу, но больше напоминает сценарий для фильма, чем книгу.

Что ждешь от японского автора? Наверное, чего-то такого-этакого японского. Стоит ли удивляться, что от японской культуры здесь остались только названия городов, местностей и имена? Все это напоминает чем-то альтернативную историю, где действие перенесено в будущее, когда американская культура так всех ̶у̶м̶я̶л̶а̶ глобализировала, что совсем не важно, где ты живешь. Так что японское очарование и экзотику из списка возможных плюсов пришлось вычеркнуть. Это попытка показать влияние послевоенной оккупации или просто зацикленность автора на всем иностранном? Отказ собственного народа от своей самобытности в такой плоскости очень жалок. Единственная зацепка, которая меня обрадовала, что почти никто из его окружения не читал тех же книг, что и ГГ, а предпочитали японских авторов. А он вот такой особенный, читает Манна. Смешно даже как-то, но эксплуатация образа читающего ГГ понятна. Читатель любит все эту ерунду с запахом книг и книжным онанизмом в тексте.

Мы все одиноки. Куда же без этого. И во всей вселенной нет человека, который бы подошел идеально, но нужно хотя бы пытаться поговорить. Одиночество - довольно популярная тема в литературе. Буквально недавно прочитала Фриша, который писал об этом же. И Штиллер мне понравился больше, чем Ватанабэ. Последнему очень уютно в своем вакууме, так что зачем его жалеть? И страшно находить в нем какого-то единомышленника.

И да, все едят, пьют и совокупляются. Незря с первой страницы почти пахнуло чем-то ремарковским. Философия и культура потребления. Самоубийство как выход. Невольно задумываешься как изменилась традиция самоубийств, как исказилась она в молодом поколении. Самоубийство не решает вопрос чести, это что-то в духе эмо. Эта странная, абсолютно непонятная и чуждая Наоко. Эти странные и какие-то пластилиновые женские фигуры. Все для меня здесь странно и ничего не трогает.

А так это зарисовка мира повзрослевших подростков с какой-то гипертрофированной вечной депрессией, мыслями о смерти, музыкой и приклеиванием себе на лоб таблички "не такой, как все".