Алая буква

Человек, наделенный разумом, чувством и воображением (пусть в десятикратном размере против того, что отпущево упомянутому надзирателю), способен в любое время стать деловым человеком, если приложит к том у старания. 

Если люди не совсем уже дурны, я, по глупому свойству своей натуры, отношусь к ним доброжелательно. Прежде всего мне бросаются в глаза лучшие стороны человека — если они у него вообще существуют, — и по ним я составляю свое суждение.

Обе эти страсти и страстная любовь и не менее страстная ненависть делают своих мучеников глубоко несчастными, одинокими, покинутыми, когда предмет их любви или же ненависти их оставляет.

«Говори правду! Говори правду! Говори правду!» Не бойся открывать людям дурное, если и не самое дурное, то черты, из коих это дурное может произрастать.

Богоданный священник и женщина с алой буквой на груди! Какое необузданное воображение посмело бы объединить их, догадавшись, что пылающим клеймом отмечены они оба.

...в густом лесу, когда одни только старые деревья могут это слышать, а клочок неба видеть, он разговаривает с тобой, сидя на куче мха! Тогда он целует меня в лоб, так крепко, что даже ручью трудно смыть этот поцелуй. А днем, когда светит солнце и вокруг люди, он знать нас не знает, и мы должны делать вид, что незнакомы! Странный он, невеселый, вечно за сердце хватается!

Телесные проявления болезни, устранением которых мы нередко и ограничиваемся, считая, что только в них одних болезнь и заключается, могут оказаться, в конце концов, лишь симптомом какого-то глубокого недуга, корень которого сфера духовная.

Не доверяя людям вообще и друзьям в частности, он не сумел распознать врага, когда тот действительно возник рядом.

Дитя это послано ей как благословение, единственное в жизни! И оно же и об этом сказала она сама послано ей во искупление, став ее мукой, болью, пронзающей вдруг неожиданно и сильно даже в минуты робкой радости, болью, повторяющейся вновь и вновь!

Перл- моя опора в жизни, и она же мое наказание.

Лживому весь мир видится лживым, он для него неуловим и при малейшей попытке ухватить его превращается в ничто и исчезает.

...одно свидетельство позора не может служить прикрытием другому его свидетельству...

Первый шаг ко злу сделала ты, ты посеяла семя зла, и с этого момента все последующее стало мрачной неизбежностью. Но ты, предавшая меня, согрешила лишь тем, что позволила себе поддаться столь обычному обману чувств, я же согрешил тем, что вырвал из рук дьявола и попытался выполнить задачу, находящуюся лишь в его ведении. Такова наша судьба. Пусть черный цветок зла цветет теперь, как ему заблагорассудиться. А ты иди отныне своей дорогой и поступай так, как сочтешь нужным.

- Мы оба поступили очень дурно в отношении друг друга, - отозвался он. - И первым это сделал я, когда осквернил твою расцветшую юность, втянув ее в странный, противоестественный союз с моим увяданием. И потому я, как человек, недаром много лет посвятивший размышлениям и философии, не строю никаких планов мести. Мы с тобой виты, и обиды наши на чашах весов уравновешены.

Дети всегда разделяют тревогу своих близких, чувствуют любую беду и надвигающийся переворот в их доме

Молитвы достойного, добродетельного человека дороже золота.

Каких бы утопических взглядов на человеческое счастье и добродетель ни придерживались основатели новых колоний, они неизменно сталкивались с необходимостью прежде всего отвести один участок девственной почвы под кладбище, а другой - под тюрьму.

Но существует некая неизбежность, чувство столь властное, что сопротивляться ему бессмысленно. Чувство это, заставляющее нас подозревать в и нем нечто роковое, влечет человека туда, где произошло знаменательное, перевернувшее всю его жизнь событие, оно и понуждает бродить как тень там, где это случилось, и оставаться там либо возвращаться туда вновь и вновь.