Harry Potter e il calice di fuoco

...иногда мозг так переполнен мыслями, что их необходимо куда-то выплеснуть.

Был бы у человека талант, а уж он-то его приютит...
А другие еще и прикидываются: кость, говорят, широкая. Ни за что не скажут: "Я такой, какой есть, и всё тут". Отец говорил;  "Никогда себя не стыдись. Злыдни всегда найдутся. А ты плюнь на них, другого они не стоят".

(с) Хагрид

Ничто не могло отвлечь профессора Бинса от истории магии, даже собственная смерть, тел более такой пустяк, как Святочный бал.

-В сотый раз узрела мою смерть! Да если бы я умирал каждый раз после ее предсказания, я был бы уже медицинским чудом.

-Нет. Я чувствую себя прекрасно, - ответил Гарри, а про себя подумал: "Ничего себе прекрасно, хуже не бывает".

-Давай сначала подумаем, как тебе остаться в живых до вечера вторника. А тогда вернемся к Каркарову.
(Гермиона)

Что за удовольствие без элемента риска?
(с) Фред

Отвращение,  которое Гарри испытывал к Снеггу, можно было сравнить лишь с той ненавистью, которую Снегг питал к Гарри- и эти взаимные чувства накалились до предела в прошлом году....

Твоя преданность - всего-навсего трусость.

... в свете возрождения Лорда Волан-де-Морта мы сильны настолько, насколько мы едины, и слабы настолько, насколько разъединены. Лорд Волан-де-Морт славится способностью сеять раздор и вражду. Мы можем бороться с этим, создавая прочные связи, основаные на дружбе и доверии. Различие в наших традициях и в наших языках несущественны, если у нас общие цели, а наши сердца открыты навстречу друг другу.

— Может быть, — уклончиво ответил лесничий. — А сейчас... сейчас... кто хочет пойти со мной, посмотреть на последнего соплохвоста? Шутка... Шутка! — тут же воскликнул он, увидев их лица.

— Что ты здесь делаешь, Сириус?
— Исполняю обязанности крестного, — ответил тот, по-собачьи обгрызая куриную ножку. — Да ты не беспокойся, я очень даже дружелюбный бродячий пес.

Острый глаз тети Петуньи различал неуловимый отпечаток пальца на ее сверкающих чистотой стенах и насквозь видел соседей, но отказывался замечать то, что было очевидно школьной медсестре: без всякого дополнительного питания Дадли разнесло до размеров молодого кита из породы касаток-убийц.

— Привет, Перси, — сказал Гарри.
— Здравствуй, — кивнул ему Перси. — А я все думаю, отчего такой шум. Я здесь работаю, понимаете? Должен закончить в срок служебную записку. Да разве сосредоточишься, когда все утро топчут вверх и вниз по лестнице.
— Мы не топчем! — возмутился Рон. — Мы ходим.

– Твой доклад перевернет мир, — серьезно сказал Рон. — На первой странице «Ежедневного пророка» — мировая сенсация, борьба с протечками в котлах.

— Таких уроков еще не бывало, — признал Фред.
— Он знает, старик, — добавил Ли.
— Знает что? — Рон даже наклонился вперед.
— Знает, каково это — быть в самом пекле и делать дело, — с чувством произнес Джордж.
— Какое дело? — не понял Гарри.
— Сражаться с Темными Искусствами, — сказал Фред.
— Он их все повидал, — кивнул Джордж.
— Короче, потрясный дед, — заключил Ли.

— Заткнись ты, Уизерби, — посоветовал брату Фред.

Правда в любом случае предпочтительней лжи.

Мы приедем за тобой, нравится это маглам или нет; ты не можешь пропустить Кубок мира. Но мама и папа считают, что сначала для вида надо все-таки спросить их разрешения. Если они согласятся, срочно присылай Сыча с ответом — мы приедем и заберем тебя в воскресенье, в пять часов. Если они скажут «нет», опять-таки быстро присылай Сыча, и мы все равно увезем тебя в пять часов в воскресенье.

(...) я — это я, и мне за это не стыдно. "Никогда не стыдись сам себя, — так мой старик говаривал. — Всегда найдутся те, кто будет против, только тебе до них дела нет".