Eucalyptus

Отношения между женщиной и ее парикмахером, напомнил молодой человек для начала, исполнены интимной задушевности. Говорят, будто женщины рассказывают парикмахерам такое, в чем вовеки не признались бы мужьям.

Непрактичность туфелек радовала девушку: мысли возвращались к лодыжкам из тех пределов, где каким-то образом отражали ее чувства в общем и целом - ощущение как свободы, так и подчеркнутой уязвимости.

Искусство несовершенно - в отличии от природы, что совершенна без всякого умысла.

Хорошие истории - это истории неторопливые.

В жизни человеческой однозначный финал невозможен. В любом случае - это только начало.

Байки о змеях в разных устах варьируются разве что длиной.

Проблема всегда маячит за следующим холмом. Что только поощряет ни к чему не обязывающую, равнодушную покорность судьбе.

Беда была в том, что степень трудности активировала один из законов любопытства.

Кроме того, паника, как известно, губительна.

Так ведь самый туманный намек на плененную красоту порождает отклик куда более глубокий, нежели красота как таковая!

Изучая деревья столько лет, Холленд, помимо прочего, постиг одну простую истину: не торопись, всему свое время.

Отцы ведь всегда ждут дочерей.

Недвижность всегда заключает в себе красоту.

В каждой стране есть собственный ландшафт, что отпечатывается на разных уровнях сознания ее граждан и тем самым отметает притязания всех прочих национальных пейзажей на эксклюзивность.

Фотография - это искусство сравнения.

Ярость, прозрачность, отсутствие тьмы - вот вам, пожалуйста, "эвкалиптовые характеристики".

Есть на свете люди - и целые нации! - что неизменно держатся в тени. А другие люди тени отбрасывают.

Отец дал в газету брачное объявление.

• А чего в том дурного-то? Тем оно любопытнее для обоих заинтересованных сторон! Никогда не знаешь, что тебе подвернется.

Долгое пребывание в горизонтальном положении для тела ненормально; спустя какое - то время это внушает опасение. Смерть и погребение ("уснуть последним сном") воспринимаются естественное горизонтальное положение, наверняка именно поэтому нарочитая фальшь перпендикулярных смертей - таких, как повышение, распятие на кресте, сжигание на костре, - оборачивается неизгладимым потрясением.

Феномен наполеонизма во внешних кругах протестанства вполне распространен. Именно спокойная невозмутимость, поумноженная на необузданное воображение, как раз и увлекает людей на церковное поприще.