Кровавая Жатва. Сборник

С этого рассказа начинается первый сборник детективных рассказов про самодеятельного сыщика - отца Брауна. Автор не слишком озабочен презентацией героя перед читательской аудиторией. Думаю, если бы он знал заранее, чем закончится его затея со священником-детективом, он наверняка бы задумался над тем, как более полно представить героя, которому суждена столь долгая литературная жизнь - 5 сборников, растянувшихся на долгие 25 лет - четверть века.

Отец Браун стал третьим легендарным литературным сыщиком после Огюста Дюпена и Шерлока Холмса, если не считать таких звезд бульварных детективов, как мсье Лекок, Рокамболь и Нэт Пинкертон. Эркюль Пуаро, мисс Марпл, комиссар Мегре и прочие звезды детективных романов и рассказов будут позже. Да и два сборника Конана Дойля про Шерлока Холмса будут написаны уже после появления отца Брауна, так что он тоже в некотором смысле стоял у истоков современного детективного жанра.

Честертон на роль гениального сыщика выбрал очень скромного и неброского человека, можно даже сказать, человечка - отец Браун мал ростом. В этом смысле он является некоторым антагонистом автора, имевшего внушительный рост - 193 сантиметра, но есть у них и нечто общее - отец Браун полноват, Честертон тоже не был худым, он весил 130 килограммов.

Самое интересное, что отец Браун не придуман писателем, а списан с натуры, конкретно с католического священника Джона О’Коннора, с которым много общался и под влиянием которого принял католичество. В 1937 году, после смерти Честертона, О’Коннор даже издал книгу воспоминаний под названием "Отец Браун о Честертоне".

В первом же рассказе читатель знакомится с еще одним сквозным героем цикла - французским преступником Фламбо, который под влиянием скромного священника завязывает с преступной деятельностью и сам становится сыщиком. Но это будет позже, пока же - в первом рассказе - он самый настоящий бандит, охотящийся за церковной святыней - драгоценным сапфировым крестом.

Вот, вокруг этого креста и вертится весь рассказ. Сапфир - драгоценный камень синего цвета, являющийся одной из разновидностей корунда. На Руси сапфиры заодно с корундами красного цвета - рубинами, именовались яхонтами. Автор не упоминает сколько камушков было на этом кресте, и сколько каратов в них было, но, судя по всему, крестик стоил очень дорого, если учесть, что по нынешним ценам один карат сапфира тянет на 600 долларов.

Но рассказ интересен в первую очередь своей фабулой - другой сыщик Аристид Волантэн идет по следу двух священников - большого и маленького, и, судя по всему, маленький священник делает всё, чтобы привлечь к себе, а заодно и к своему спутнику, повышенное внимание. И это ему удается, кстати, этот момент - слабая сторона рассказа, очевидно, что маленький священник, он же отец Браун, полагается на случай, и угадывает его, но гарантий у него не было, так что тут привязочка очень натянутая получилась.

В остальном же отец Браун сверкнул выдающимися мыслительными способностями и той самой дедукцией, которой так славился его предшественник с Бейкер-стрит. Отец Браун логически высчитывает, что навязавшийся ему в друзья высокий священник на самом деле не священник, значит, скорее всего, он жулик, интересующийся вверенным ему - отцу Брауну - сапфировым крестом. Проходимец оказывается в ловушке, а тут и инспектор Волантэн вовремя подоспел. На этом рассказ заканчивается, зато начинается потрясающая карьера новой звезды сыска.

Моя замечательная подруга fartunat , если советует книги, то в основном вместе с ними приносит проблемы. Такое уж у нее свойство. Но я все равно никогда не могу устоять.

Когда она сказала мне, что читает роман про детектива Скотленд-Ярда, который расследуел дело о Ричарде III, я сказала: "Забавно".
"Вот смотри," - написала мне она, - "Однажды главный герой, детектив Скотленд-Ярда, шел по улице и попал в канализационный люк. Угадай, что было дальше?"
Я поставила на то, что он провалился в прошлое.
И поэтому когда выяснилось, что он сломал ногу и теперь лежит в больнице, я была в восторге и побежала читать.

Вот что в нем забавно. В нем все так, как оно есть в настоящей жизни.

Есть такие книги, которые показывают новую грань кажущихся скучными занятий. Вот, например, после Слова о Словах многим начинает казаться, что быть языковедом очень увлекательно, а после Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман, я снова и снова пытаюсь одолеть его лекции по физике
Эти книги - как гаммельнский крысолов - сто лет вам сдался тот крестовый поход, но перед человеком с дудочкой устоять невозможно.

Дочь времени - именно такая книга.
Неторопливо, слово за словом, спасения от скуки ради главный герой и все, кто попадают в его поле зрения, соскребают со страницы английской истории текст, озаглавленный Ричард III. А под ним, конечно, будет совсем другой текст, совсем другая история.

Все это разрастается, увлекает, утягивает читателя в дебри конспирологии и переписанных фактов.
И, что самое забавное, это все даже правда.

Научпоп, одетый в маску детектива.
Одна из самых забавных книг, что попались мне в последнее время.
Очень и очень, словом.

Инспектор Скотланд Ярда Алан Грант, серийный персонаж писательницы, погнавшись за преступником, проваливается в канализационный люк и получает травму. Поэтому вынужден проводить время на больничной койке и "изучать" потолок. Вопрос с сотовым телефоном закрываем сразу, роман написан в 1951 году.

Марта Халлард, знакомая Алана, зная его увлечение физиогномикой, приносит сыщику фотографические открытки с гравюрами известных исторических личностей, которых считают злодеями. Взгляд Гранта задерживается на Ричарде III, да, да на том самом, про которого писал Шекспир в своей одноимённой пьесе.

Для тех, кто не в курсе, сообщаю, что Ричард в произведении английского поэта изображен коварным и жестоким интриганом, лишенный каких-либо моральных принципов, ради королевской власти не гнушающийся убийствами, в том числе и своих юных племянников.

Глядя на портрет Ричарда и используя опыт распознавания преступных наклонностей по лицу (небольшое замечание: представители экспериментальной психологии считают физиогномику  псевдонаукой), Алан не может поверить в то, что Ричард - "злодейский злодей" и начинает расследование. У него появляется добровольный помощник, который приносит ему в больницу исторические труды и документы. Изучив и проанализировав полученный материал, сыщик приходит к интересным выводам.

Грант был слишком опытен, чтобы поверить одному человеку, пересказывающему слова другого человека о том, что, помнится, кто-то видел или что-то слышал...

Вспомнила один случай.

Несколько лет назад получала второе высшее образование. Часть предметов, которые совпадали по названию и количеству часов с первым дипломом ВО могли быть перезачтены. Подходя к преподавателю истории думала, что никаких проблем не будет. Но не тут то было. Преподаватель на меня посмотрела и сказала: "Вы что! Не понимаете?! Вы изучали историю почти 10 лет назад, за это время многое изменилось!" "И что же изменилось?"- поинтересовалась я. "Сейчас, -  назидательным тоном произнесла преподаватель, - многие исторические события трактуются по другому, у Вас устаревшее сведения..."

Вернемся к книге. В ней излагается альтернативная трактовка фигуры Ричарда III и подвергаются критике традиционные обвинения в его адрес (прежде всего, в убийстве племянников). Тэй поднимает интересную тему. Всем известно, что историю пишут победители, и придя к власти, очень часто, новый правитель, пытался очернить старого, свергнутого им, да к тому же ещё и убитого. Кому была выгодна демонизация Ричарда?..

Любопытное произведение. Прочитала с интересом, слог автора ироничен и приятен. Сюжет показался немного неправдоподобным. Неужели никто раньше не замечал несоответствия исторических фактов? А англичане такие консерваторы, что не удосужились переписать учебник истории? Впрочем, все может быть. Немного запуталась в венценосных особах, их родственниках и приспешниках. Пришлось искать в интернете информацию.

P.S. Что касается зачета. Я человек от природы немного ленивый, перспектива учить заново курс истории  меня не прельщала, поэтому пошла к заведующему кафедрой. Выяснилось, что его дочь учится на том же факультете, где я получала первое ВО. Он посчитал, что мне можно перезачесть оценку, так как во-первых, не сомневается в качестве полученных мною знаний, во-вторых, трактовка исторических событий не сильно поменялась, а в-третьих, думающий и анализирующий человек при необходимости способен добыть информацию и в ней разобраться. Как-то так.)

Забавно, как со временем меняется восприятие книги. Лет десять назад, когда Ричард III в большинстве умов однозначно был злодейским злодеем, «Дочь времени» мне показалась изящным воплощением альтернативной версии исторических событий. Ловкая работа с источниками, проверка деталей на психологическую достоверность, чёткость хронологии и логику, плюс лёгкая, хорошо знакомая по английской классике, ирония Тэй — тогда, при первом чтении, книга мне понравилась. Единственная, пожалуй, претензия была к событийной вялости. Ну в самом деле, что это за детектив-то такой? Один товарищ лежит в больнице (буквально лежит, никуда не выходит), другой носится по музеям и библиотекам, периодически забегает в больницу к первому, и они бесконечно треплются, обсуждая неведомого Ричарда III и источники, которые я не могу проверить.

Сейчас, когда доброе имя Ричарда III (в том числе благодаря вышедшей в 1951 году книге Тэй) практически восстановлено (даже самые предвзятые гонители вынуждены признать, что его причастность к исчезновению племянников не доказана), а реконструкция внешности по найденным в ходе раскопок 2012 года останкам опровергла россказни о его горбе и сухорукости, сами выводы Тэй не вызывают прежнего любопытства.

Но удивительным образом книга от этого выиграла. Теперь я увидела, что для Гранта и его помощника главное — не загадка, а человек. Пока читала, постоянно ловила себя на том, что вместе с Грантом сочувствую Ричарду и негодую на тех, кто целенаправленно создавал ему репутацию главного злодея в истории Англии. Не за каждого героя романа будешь так переживать. Возможно, здесь сыграл свою роль Шекспир. До «Дочери времени» я внезапно решила перечитать шекспировского «Ричарда III» и очень удивилась, когда обнаружила, что главный злодей при всём его злодействе вызывает не отторжение, а сострадание. Т.е. из-за Уильяма нашего Шекспира Ричард из картонного героя давних событий стал живым человеком. А тут Грант переживает за оболганного короля, как за себя — и наши чувства отлично совпали.

Помимо эмоциональной вовлечённости «Дочь времени» в этот раз подкинула мне массу тем для раздумий. С исторической справедливостью и уровнем доверия учебникам всё более-менее ясно. Гораздо больше меня увлекла тема личной ответственности человека. Практически всем остальным героям книги совершенно наплевать на Ричарда: и помер-то он давно, так что какая теперь разница, и в учебниках не могут писать неправду… а сводится всё к равнодушию и упёртости. «Сам не знаю, но люди поумней нас с вами говорят, что убил, значит убил». И хоть какие доказательства предъяви, слушать не будут. Очень напоминает нынешние разборки в интернетах по любому поводу))

И момент, за последние десять лет ставший для меня определяющим: можешь сделать — сделай. Не имеет значения, кто и что об этом скажет. Если считаешь дело важным — вперёд.
В общем, положу-ка я книгу поближе, чтобы время от времени перечитывать . Для радости и вдохновения.

Продолжаю читать книги про инспектора Гранта, это уже пятая и самая необычная из всех.
Такой себе экспериментальный исторический детектив, который больше похож на исследование.
Всё начинается с того, что Алан Грант в погоне за преступником проваливается в канализационный люк и получает множественные травмы ног и позвоночника. Действие романа происходит в больничной палате, где он лежит и разглядывает потолок, маясь от уколов колючек скуки.
Своей камерностью роман напомнил это произведение, только здесь роман, а там сборник рассказов.
Его девушка - уже известная актриса Марта Халлард, приносит ему пачку портретов исторических личностей, в жизни которых были неразгаданные тайны, чтобы Алан попытался их разгадать, тем самым победив скуку.
Стоит отметить, что ГГ давно поднаторел в изучении лиц и по их строению может угадывать намерения и нрав человека. Буквально читает людей по лицам.
Среди портретов, Гранта особенно привлёк один, изображающий измождённого человека с напряжённым лицом, в котором одни видят судью, другие преступника, а третьи жертву. Им оказался Ричард III Плантагенет, позже Йорк.
Все вокруг называют его горбуном и убийцей детей, т. к. историки утверждают, что он убил своих малолетних племянников, чтобы взойти на трон, а Грант подозревает, что дело нечисто и хочет доказать обратное.
Вот за таким расследованием мы и наблюдаем.
Чем больше исторических трудов изучает Грант, тем больше убеждается, что истины в них меньше, чем вина в кружке трезвенника. Даже Томас Мор - признанный правдоруб, говоря, что являлся очевидцем зверств Ричарда III, на поверку пересказывал сплетни, услышанные десятилетия спустя, т. к. в описываемое время ему было всего пять лет.

Интересен "Принцип Тоунипанди", когда историки делают из мухи слона, чтобы угодить власть имущим. И именно преувеличенная версия событий попадает в научные труды и учебники
Это перекликается с дальнейшим сюжетом, который состоит в поиске исторической справедливости, не нужной никому, кроме Гранта и молодого историка Брента Каррадина, не желающего продолжать дело своего отца, лорда Каррадина Третьего, а решившего посвятить себя науке, например, Истории.

Книга похожа на сбор материалов для диссертации или другого научного труда, в связи с чем может показаться скучной, т. к. действия там почти нет. Зато есть копание в исторических фактах, которые, зачастую, оказываются совсем не фактами, а "Тоунипанди".
Писательница очень критически относится к историкам и их работам, будь то учебники или просто книги по истории, она утверждает, что правды них кот наплакал. И в каждом своя версия исторических событий. Что довольно иронично. Не говоря уже о том, как часто они переписываются, в зависимости от политической ситуации в стране и мире.
После этой книги захотелось поподробнее почитать о правлении Ричарда III, но кроме пьесы Шекспира ничего не приходит на ум, а её достоверность вызывает большие сомнения.
Пробовал разобраться в хитросплетении династических ветвей генеалогического древа монархов Туманного Альбиона, но там сам Грант ногу сломит, куда уж мне распутывать эти родственные узлы. Узнал только, что сейчас на троне Виндзоры, которые ранее именовались Саксен-Кобург-Готской династией, и они ближе к Йоркам, чем к Тюдорам, к которым принадлежал Генрих VII, свергнувший Ричарда III.
Описываемые в книге методы политических интриг, в очередной раз подтверждают, что ничего нового в методологии политики не появляется и из поколения в поколение используются одни и те же методы.

В конце книги есть список на пяти страницах, с шестью ветвями Дома Йорков, которые происходят от шести королей рода, но это всё в рамках XV столетия и даёт очень мало сведений об английской монархии в целом.
После прочтения романа остаются вопросы, например, не применила ли писательница тут вышеуказанный метод "Тоунипанди", описав события так, как выгодно ей. Но авторка и это предусмотрела, указав в конце, что это историческое расследование не оригинально и было доказано ранее, в XVII, XIX вв., хоть и не так популярно сейчас, а она только описала его устами своих персонажей.
И другой вопрос: Кому или чему можно доверять? Особенно сейчас, в эпоху, когда каждый день появляются сотни роликов, созданных Искуственным Интеллектом или с его помощью.
В эпоху, когда стало невозможно отличить правду от лжи, а это чревато тем, что люди перестанут доверять не только Телевидению и Интернету, но и друг другу.
А чтобы этого не произошло, давайте доверять друг другу, а не роликам в Интернете.

Уже подвергнут тщательному изучению потолок, осмотрены издалека и подвергнуты глумлению все новенькие книги, которые принесли для него добросердечные люди. Ничего не помогает. Пришлось ухватиться за совет знакомой актрисы и взяться за расследование исторической тайны, из тех что веками мучили умы.

Холмсу тоже доводилось раскрывать преступление не выходя из своего кабинета, почему бы и инспектору Гранту не попробовать свои силы подобным образом? Свое умение распознавать истину, скрытую за завесой истории, он блестяще продемонстрировал, выведя на чистую воду Марию Стюарт - не на своем месте была сея особа. Глупа и не способна любить по причине шести футов роста. Ей бы подошло быть деревенской домохозяйкой или директрисой школы для девочек, но никак не королевой. Собеседование пройдено - королева развенчана инспектором и как мученица, пострадавшая за веру, и как пленница. Теперь можно браться и за дело посложнее - размявшись на обвинительном приговоре, взяться за оправдательный.

Презрев семью Борджиа, фаворита Елизаветы и Железную Маску, Грант выбирает дело "горбуна, задушившего подушкой родных племянников" - короля Ричарда III. На первых этапах палаточного расследования, за неимением книжных источников для пополнения знаний по интересующей теме, Алан Грант показывает гравюру «Ричард III. С портрета из собрания Национальной галереи. Неизвестный художник» персоналу больницы и посетителям, спрашивая их мнение. Убеждаясь лишний раз, что сколько людей - столько и мнений. Что учебникам большинство людей доверяет безоговорочно, не задумываясь откуда те черпают информацию и насколько она достоверна.

Когда же подоспела книжная артиллерия, инспектор прошелся по основным этапам войны Алой и Белой розы. Одолел душевную книжку про маму Ричарда и про его детство. Познакомился с мнением знающих людей относительно вопроса любил или не любил Ричард своего брата, был предан ему или завидовал. Литература досталась инспектору самая разная - от историй с картинками для самых маленьких до серьезных трудов, посвященных XV веку.

Предмет изучения серьезен и, каждый раз, когда речь заходит о короле, автор не позволяет себе вольностей, только факты и здравый смысл, но куда прикажете девать иронию? Джозефина Тэй находит выход, отыгрываясь на второстепенных персонажах и диалогах, заполняя антракты амазонками, бедными пушистыми овечками, пигалицами и прочими почти сказочными персонажами, помогающими инспектору вести расследование.

Как и положено полицейскому инспектору, Грант опрашивает проходящих по делу свидетелей и участников на предмет "А где вы были, господин хороший, такого-то числа во столько-то?". Рассматривает под лупой не что думали очевидцы событий - это вотчина историков, а что они делали и воссоздает картину преступления. Не забывая фундаментальное "Кому выгодно". Нелегкое это дело. Свидетели и участники сотни лет как мертвы. Многие документы уничтожены, факты переписаны. Но Алан Грант - настоящий профессионал. Дело он раскрывает и с его выводами трудно не согласиться.

Любопытная оказалась книга. Оригинальная смесь детектива и исторического романа. С интересными персонажами, неторопливым сюжетом и благородным делом восстановления доброго имени

Довольно необычный детектив, где все расследование проводится человеком, не сходящим с места.

Детектив Алан Грант мается от скуки с ногой, закованной в гипс, и с умом, отчаянно жаждущим интересных загадок. За временной невозможностью расследовать дела настоящего, этот ум обращается к делам давно минувших дней. Очень давно минувших.

Истинный любитель и знаток человеческих лиц, видящий в них то, что не каждый обыватель да и не каждый полицейский верно угадает, Грант не мог не заинтересоваться одним из портретов, которые принесла ему в качестве лекарства от скуки подруга и актриса Марта. Ричард III. Слава убийцы и лицо честного, страдающего человека. Противоречие? Противоречие. Как тут пройти мимо.

И Грант начинает собственное умозрительное расследование, где в помощь ему труды историков и политических деятелей того времени, а еще настоящий ученый-историк, очень милый и характерный американец Брент. Конечно же, они придут к совершенно неожиданным выводам.

Понравилась во многом аргументация и тот путь, которым к ней шли, отдельные штрихи, например, признание не полностью достоверным хрестоматийного труда Томаса Мора (и вообще, его ли это труд?); рассуждения Гранта со своими приятелями и коллегами, и даже с медицинским персоналом (который тоже получился очень любопытным) о личности Ричарда - как брата, как человека, как правителя - и о восприятии этой личности.

В таких обсуждениях исторические фигуры словно оживают и становятся если не ближе к нынешнему поколению, то по крайней мере обретают свой уникальный голос, а не остаются парой строчек или параграфов в учебниках. И интересно, кто какие сведения помнит и как личность обрастает домыслами и легендами.

Не знаю, стыдно ли в этом признаваться, но не являюсь большим любителем истории Англии времен Йорков и Ланкастеров, перипетий наследования, сложных родственных и «властных» связей и правомерности притязаний на трон или отсутствия оной. Местами откровенно было скучно. Местами можно было запутаться в отношениях особ королевских кровей. Получился, скорее, исторический роман с налетом детектива. Но он признан одним из лучшим.

Если не знать или не помнить цитаты из Фрэнсиса Бэкона, можно долго ломать голову над значением названия, ведь речь идет о Ричарде, при чем тут дочь, какая, чья дочь…«Правда — дочь времени, не власти».

И это изречение очень хорошо подходит тому очистительному процессу, который детектив с помощниками совершают над незаслуженно запятнанным именем человека с таким запоминающимся лицом - Ричарда III, последнего представителя Плантагенетов на английском престоле.

Немало я прочитал исторических романов, но еще ни одного не попадалось в форме детектива! Есть много детективов в форме исторических романов, но вот наоборот? Возможно этот роман единственный.
“Дочь времени” - это пятая книга цикла об инспекторе Алане Гранте. Но её можно смело читать отдельно. Специально для таких нерадивых читателей, которые читают книги цикла не по порядку, Джозефина Тэй посвятила пару страниц главной фишке Гранта. Если у Шерлока Холмса-это дедуктивный метод, то Алан Грант специалист по лицам. Он только взглянув на человека может сказать к какой он категории относится. Подсудимый или судья. Это не старая добрая лженаучная физиогномика. Это такая смесь наблюдательности и интуиции. Интересно, что в жизни это не очень хорошее свойство следователя. В Джулия Шоу - Ложная память. Почему нельзя доверять воспоминаниям приводится много фактов о том, что у некоторых следователей есть такая же фишка. Они с первого взгляда составляют впечатление о человеке, а потом под это подгоняют ход расследования.
К счастью, Алан Грант не такой. А потому, взглянув на портрет Ричарда III, он сразу понял, что этот человек не мог совершить преступление. И, с удивлением, узнал, что окружающие считают его чудовищем, убившим невинных детишек. Как же вы не знали, господин инспектор? Об этом и школьные учебники твердят, и гениальный Шекспир написал, и непогрешимый историк Томас Мор писали! Но Алан Грант начинает свое расследование, благо времени полно, так Грант валяется на больничной койке, мучаясь от безделья и скуки. Вот, что происходит, когда нет этих ваших интернетов!
Разумеется никакой сенсации в книге Джозефины Тэй нет. Для профессиональных историков, разумеется нет. Да и для современного читателя, у которого под рукой хотя бы статья из Википедии, тоже. Но ценность этого романа в другом, хотя читать о том как Грант пришел к своим выводам о невиновности Ричарда III, чрезвычайно увлекательно. Однако главное, для меня по-крайней мере, в том как писательница раскрывает феномен исторической легенды. Крайне увлекательно и актуально.

Дело даже не в том, что факты о том или ином историческом событии это тайна за семью печатями и спрятаны в самых секретных архивах.

Как раз нет. При желании и элементарных навыках логического мышления любой человек может разобраться, что да как. Тем более сегодня, в эпоху интернетов. Однако суть в том, что это вопрос не истины или достоверности, а вопрос спокойствия. Убежденности в том, что ты не можешь ошибаться, а по ТВ никогда не врут, ну может и врут, но не в этой программе, ну уж точно не этот ведущий. Да в конце концов, большинство ошибаться не может!

Сегодня, когда моден ретро-детектив, а на площадке литературного криминального романа царит неонуар, есть смысл вернуться к истокам и вспомнить классика и основателя жанра крутого детектива — Дэшила Хэммета и один из главных романов мастера — «Кровавая жатва» (Red Harvest). Роман, который, на мой взгляд, и представляет собой hard-boiled fiction в его кристальном, чистом виде: эталон, здание, под которое Д. Хэммет подвёл фундамент настолько прочный, что на нём до сих пор держится и сам жанр, и все производные от него.

«Кровавая жатва» (1929) — роман, отражающий дух и приметы времени, когда сухой закон в США привёл к появлению многочисленных преступных группировок, подпольных баров и казино, повсеместной коррупции. Главный герой — оперативник частного агентства — приезжает в небольшой городок, чтобы искоренить в нём преступность и коррупцию. В результате его деятельности заваривается кровавая каша, а детективный роман о частном сыщике быстро перерастает в жёсткий боевик с многочисленными перестрелками, драками и трупами. Сам герой — простой парень, свой в доску, обычный американец в мятом пиджаке и недорогой шляпе. Он умён, остроумен, ироничен и беспринципен. Он готов играть в любой команде, меняет сторону в зависимости от обстоятельств и одинаково легко входит в среду гангстеров, полицейских и городских властей. Повествование ведётся от имени оперативника, и это позволяет автору использовать сочные метафоры и описания, меткие, точные, резкие, как движения каретки печатной машинки, а мысли и формулировки героя упаковывать в свой фирменный мрачно-ироничный стиль, давать персонажам хлёсткие и лаконичные характеристики, вести повествование с юмором, сарказмом и иронией, легко, увлекательно и динамично. «Кровавая жатва» — это боевик, но с тонкой и непредсказуемой детективной составляющей, потому что сыщику необходимо не только ликвидировать преступность, но и раскрыть по ходу несколько убийств —отработать гонорар. «Диалоги Дэшила Хэммета, в которых каждый персонаж пытается обмануть всех остальных и в которых правда постепенно становится видимой сквозь туман обмана, можно сравнить только с лучшими диалогами Хемингуэя», — А. Жид.

В «Кровавой жатве» Дэшил Хэммет собрал свой главный урожай: заложил основы и правила написания крутого детектива, а по сути, создал сам hard-boiled fiction в современном значении этого литературного термина, обозначил стилистику и манеру повествования, задал вектор на лаконичность, остроумие и метафоричность. Он обрисовал и главного персонажа — правильного парня, достигающего благородной цели любыми средствами, героя-одиночку в шляпе и плаще, бредущего по мрачному городу и с лёгкостью переходящего с солнечной стороны улицы на тёмную её сторону.

Роман был неоднократно экранизирован и послужил основой для многочисленных стилизаций, подражаний, переработок и ремейков как в литературе, так и в кинематографе. «Кровавая жатва» и сегодня неизменно присутствует в верхних строчках всевозможных топов и списков криминальной (и не только) литературы.  «Хеммет сумел преобразовать детективный жанр, что было сделать крайне трудно из-за того нароста английской утонченности и американской псевдоутонченности, который превратился в прочный панцирь... Он описывал явления, о которых знал по собственному опыту. Хеммет вернул убийство той категории людей, которые совершают его, имея на то причину, а не для того лишь, чтобы снабдить автора детектива трупом... Он изобразил этих людей такими, какими они были в действительности, и наделил их живой речью, какая была им свойственна» Р.Чандлер.

Именно такие ощущения у меня остались от этого произведения: эйфория, окрылённость и чуть кружащаяся голова. Несомненно, это книга года на 11 из 10. Тот самый случай, когда при чтении перехватывало дыхание, эмоции зашкаливали, так что можно было удивлённым возгласом привлечь внимание соседей по общежитию, а понравившиеся цитаты множились как грибы после дождя. В Дочери времени сложились все условия, чтобы иметь такой эффект: интересная и близкая мне тема, хороший язык, доля юмора и фактурные персонажи. Настоящая формула истинно "моей" книги. При том, что я не очень люблю детективы, за этим расследованием следить было бесконечно увлекательно.
20-й век, Англия, скучающий на больничном инспектор вместе с помощником расследуют знаменитое убийство принцев Ричардом III и всё больше приходят к выводу, что 40 миллионов школьных учебников вместе со святым Томасом Мором врут. Несмотря на то, что действие как бы закрыто в пределах больничной палаты, а частью даже в пределах всего одной только кровати, тогда как данные из "внешнего" мира поступают через родственников и друзей инспектора, сюжет всё равно не теряет ни масштаба, ни насыщенности. Вместе с персонажами проходишь весь их путь от первых сомнений через бурные поиски к окончательным выводам. Вместе с ними исследуешь жизнь Ричарда, радуешься новым виткам в их логических выкладках. Вместе с ними расстраиваешься, когда что-то в теории не складывается. К слову, здесь же замечен самый фееричный в моей жизни вопрос, заданный паникующим молодым историком Брентом, который буквально проходил мимо, но был вовлечён в вихрь расследования и не мог в нём не поучаствовать:

Мне уже были известны некоторые несостыковки в поведении Ланкастеров - Йорков и письменных свидетельствах тех времён, плюсом к тому были современные открытия, которые наталкивают на мысль, что обвинение Ричарда III в убийстве племянников имеет под собой недостаточно доказательств. Однако в этой книге было приведено много новой для меня информации. По правилам правильного следствия сравнивались различные показания, задавались верные вопросы по поводу мотивов и выгоды от преступления. Так что получилось некое историческое исследование, приправленное аналитическим мышлением человека, привыкшего раскрывать тайны и вычислять преступников - а это изумительная смесь, обеспечившая несколько часов неподдельного наслаждения от чтения.

И пускай вряд ли когда-нибудь это дело о пропавших принцах будет когда-нибудь переведено в разряд раскрытых, пускай правда недостижима. Иногда процесс гораздо интереснее результата.