Как закалялась сталь. Разгром

Книга просто не может оставить равнодушным. И, если буквально некоторое время назад ее могли назвать политизированной, то сейчас она может помочь выстоять и не сломаться. Точно также, как ее герой. В свое время мы ее в школе изучали в обязательном порядке. И считаю, что это было правильным. Ведь в ней рассказывается не просто путь комсомольца и коммуниста, но становление ЧЕЛОВЕКА.

Буквально в 12 лет Павла Корчагина выкинули из школы. И из-за чего? Из-за того, что был неприятен батюшке. За что насыпал ему табаку в куличи. Конечно, поступок некрасивый, так и батюшка по своему сану не имел права унижать мальчонку. Пришлось идти работать, чтобы заработать на кусок хлеба. И уж здесь-то Павке досталось сполна. Опять унижали, заставляли работать за себя и за того парня, обманывали. Это его-то, с его неуемной энергией и желанием быть честным. На его  счастье парень не унывал. Это все так просто только на бумаге, а какого в жизни? Тем более роман автобиографический. Характер закалялся не только в работе. Свершилась Октябрьская революция и понадобились люди, способные отстаивать советскую власть. Корчагин тут оказался на месте. Он и организовать работы, и политинформацию провести, и с бандами сражаться. Чего только стоило строительство узкоколейки(так и стоят перед глазами кадры фильма с Конкиным в главной роли).  А еще неуемная жажда знаний. Читал и учился. Вот что значит молодость. Только никто не мог даже предположить, что в 24 года он станет немощным, скажется и напряжение, и ранение, и простуды. И опять же не может человек позволить себе стать спокойнее. Хоть как-то, но приносить пользу. Ослеп и все-равно ищет способ занять себя делом. Вот с кого надо брать пример!!!

Книга написана легко, читать интересно. Тем более, что автор не пишет героя. Павка Корчагин живой. Со своими ошибками, страстями, желанием справедливости. Советую читать, советую

Слезами залит мир безбрежный,
Вся наша жизнь – тяжелый труд,
Но день настанет неизбежный,
Неумолимо грозный суд!

В. Акимов, "Красное знамя", 1900

Роман оставляет странное послевкусие. Он в наши времена прочно ушел в тень, нет ни былой славы, ни былых тиражей, нет, следовательно, былого значения. Искорка вроде бы тлеет, заглавие, как ни крути, стало мемом, но из этой тени путь, увы, один – в гетто литературы для историков, желающих ближе понять ушедший мир.

Написан роман просто, порой выпирающе просто, особенно первая часть. Они, части, сильно отличаются, нитка, которой они сшиты, толстая такая, орудовал Островский большой иглой. И вот ведь что любопытно – первая часть о живом, о борьбе, о многом, вторая – более пустая, номенклатурная, так сказать, освещенная только мрачным угасанием, а написана куда более мастерски. Обучение в процессе производства, если можно так сказать.

Первая часть – обо всем, что давно уже мне интересно, о том колоссальном узле противоречий и сгрудившихся в плотную кучу событий – через Первую мировую и Февраль к Октябрю, Гражданской и НЭПу. Начальное, почти стершееся с первых прочтений, яркое впечатление – это же все, почти все про Украину (и немного про Крым). Шепетовка, беженцы из Привислинского края, эшелоны на фронт в начале книги. Немцы после Брестского мира, колкие инвективы против националистов чуть позже, жутковатое описание еврейского погрома во время каши Гражданской на Украине. Поляки, взявшие Киев, напор Первой Конной (все то, что воспел Бабель в «Конармии» , было как раз тогда, когда в ней должен был воевать Павка), «чудо на Висле». И все это через жизнь рабочего парня, его глазами, простыми, мало рефлексирующими. Любовь и смерть, очень рядом.

Вторая часть – номенклатурная, как уже сказано. Увеченный, но не сломленный духом Корчагин скачет с места на место, пытаясь найти для себя нишу в новом мире. Тут и хрестоматийная Боярка с ее дровами и узкоколейкой (до переворота на Украине мы туда часто ездили, тесть родился в этой самой Боярке), нестоличный Киев (столицей УССР во время действия романа был Харьков), интереснейшие главы о границе с Польшей (тут все, пожалуй, лучше и грамотней написано, чем в «Уплотнении границ» , и про банды, и про контрабанду, и про пропаганду).

А потом человек сломался, стал чахнуть, но поддерживал себя попыткой поведать о себе миру. Еще одна беллетризованная юность, скажете вы. И будете правы, конечно, только юность все же знаковая, ведь сколько не ужасайся крови и жутковатой решимости, а нотка восхищения стремления к лучшему останется.

Если верить открытым источникам, роман имел сложную судьбу. Это, пожалуй, заметно и по канонической версии – вторая, ответработническая часть заметно припечатана партийной жизнью 30-х. Вики пишет, что бури и вихри не обошли прошлое Корчагина стороной – когда Островский начинал, герой еще имел право на ошибку, на участие в оппозиции в начале-середине 20-х. Потом это стало слишком большим пятном, поэтому честь быть оппозиционером переехала к другим героям. Менялось отношение к Троцкому, менялись женщины. И это тоже история, тоже часть общего грубо романтичного флера романа.

Из дня сегодняшнего книга печальна. То, что могло казаться современникам и еще паре поколений «созидательным разрушением», процессом, в котором рождается новое, оказалось лишь эпизодом, этапом в долгом пути неизвестно куда. И в этом свете жалость к герою еще больше, пожалуй.

P.S. В эпиграфе фрамент любимой, если верить Островскому, песни Павки Корчагина, русский вариант польской песни "Czerwony sztandar"

Павка Корчагин – счастливчик, баловень судьбы.
Он вовремя родился – его бешенная энергия, его несгибаемая воля, его бескомпромиссность, его фанатизм, его пуританство, как нельзя лучше подошли эпохе революции. И он вовремя умер. Вообще, это конечно, кощунство – считать парализованного, слепого инвалида счастливчиком, но то, что он умер в своей постели, а, не сжимая кайло, пытаясь долбить мерзлую, мертвую колымскую почву, или на лесозаготовках, или под пытками в тюрьме, или не был расстрелян, мне кажется чертовским везением. Умер он в 1936 году, за год до того, как революция, как свинья, стала пожирать своих сыновей, ему не пришлось пережить крушение своих идеалов.
Написана книга непрофессионально, но очень искренне, и это в ней подкупает. Дух революции – стихии, сметающий всё и вся на своем пути, вот что очень точно ухвачено в «Как закалялась сталь». В своё время я прочитала немало лагерной литературы, и мне было интересно взглянуть на историю с другого угла ринга.
Кстати, дочитала эту книжку 7 ноября - очень символично;)

Но песню иную
О дальней земле
Возил мой приятель
С собою в седле.

М. Светлов, "Гренада", 1926

После глубокого впечатления, оставленного «Цементом» , решил я перечитать те произведения наших 20-х, что когда-то оставили яркие воспоминания. И начал с «Разгрома», благо стоит у меня на полке милое издание 1936 года, какими-то неведомыми мне путями попавшее в нашу семью (я не знаю, кто такой С.М. Шустиков, но у него был экслибрис!).

Казалось бы, просто книга, просто краска на старых страницах, а все же удовольствия от чтения больше, когда книга – живой материальный объект, прижизненное издание и все такое прочее.

«Разгром» - отличная проза, яркая, сочная, насыщенная дальневосточным колоритом (хунхузы, чумиза, «маньчжурка» и корейские хутора), но берущая другим – удивительно точно выписанной психологией, как героев, так и человеческих коллективов, что отряда, что деревни. Но прежде всего, и вряд ли это спойлер, если все и так вынесено автором в заголовок, прелесть в том, что это история поражения, гибели большого начинания. Нет, мы понимаем, что финал открытый, что все еще, возможно, будет, но тем не менее.

В этот раз я смотрел на детали, не замеченные несколько лет назад. «Разгром» нужно читать с картой, смотреть на эти арсеньевские места (и думать – что бы стало с Дерсу в огне Гражданской?) и сопоставлять. Названия теперь все не те, нет этого ненашего колорита, что правил бал во времена Фадеева – в 1972 году, после Даманского, китайские и напоминающие китайские названия с карты стерли. Вот Морозка и прочие шахтеры, откуда они? Что за Сучан? Гугл знает, конечно, что это Партизанск, а Сандагоу – Булыга-Фадеево (догадайтесь – в честь кого?), но чудно это все же, как иногда политика влияет на нашу жизнь.

Фадеев пишет хорошо, не отвлекаясь на дидактику. Люди у него настоящие, противоречивые, дурные и хорошие, есть и шкуры, но нигде не позволяет он себе осечься, наставлять, пропагандировать, хотя пару раз кажется, что соблазн свалиться в эту крайность был. Нет, мы видим, конечно, и по мизансценам, и по характеристикам героев, что сам автор на стороне взбалмошного пролетария Морозки, осуждая чистоплюйство и книжность Мечика (и какой интеллигент не узнает себя во многих дурных проявлениях Мечика?). Но, однако же, читателю остается делать все выводы самому.

Хороши у него люди, рельефные, живые. Что Левинсон, боевой командир, вспоминающий в себе с трудом еврейского мальчика, торговавшего с отцом подержанной мебелью, что Метелица (похожий для меня на героев Бабеля из Конармии ), привыкший к своей звериной грации и силе, что безотказная Варя (что бы подумал о ней Вильгельм Райх ?).

Я помню, что в уже упоминавшейся «Конармии» удивило меня употребление крепких выражений, казавшихся мне современными, но бывшими, оказывается, уже в ходу сто лет назад. Вот и в «Разгроме» попался мне прозрачный эвфемизм «женя с ручкой», сделавший еще одно сравнительно грубое выражение как минимум современником Гражданской войны.

Терпко это было, с нотками яркого осеннего солнца – читать про японцев и колчаковцев, про партизан и последний рывок, про, гхм, эвтаназию и человеческое разгильдяйство.

Моего младшего сына зовут Павлом, и, поскольку моё школьное детство пришлось на 1980-е, он был обречён на знакомство со своим тёзкой-комсомольцем. Одно время я надеялся избежать этого, но потом решил, что вреда от книги не будет.
Сыну двенадцать, а мне было годом меньше, когда я прочитал «Как закалялась сталь»: мы как раз планировали назвать наш пионерский отряд в честь Павки Корчагина. Сам ли я хотел больше узнать о герое, или заставили – уже не помню, но книгу я честно одолел. А вот отряд по указанию свыше назвали именем Александра Матросова, который «грудью на амбразуру» и о ком я ничего не читал. Часы скуки не окупились, и на дне моей пионерской души остался неприятный осадок – вперемежку с задорно-грозным «Даё-о-о-ошь» и жуткими картинами соцсоревнования на морозе.
И вот мы с Павлом начали читать роман вслух. Тут-то и обнаружилось, что несколько сцен из первой части – эпизод с махоркой, знакомство с Тоней, освобождение Жухрая – до сих пор живы в моей памяти! Реплики сами всплывали в мозгу – через тридцать три года! Но с момента, когда Павка ушёл на войну, радость узнавания исчезла... Впечатавшихся в мозг сцен больше не было. Чтение приходилось всё чаще прерывать – для пояснений реалий того времени, расшифровки аббревиатур, – и оно растянулось почти на месяц. В промежутках мы беседовали, например, о русских революциях, гражданской войне на Украине, советско-польской войне, троцкистах, чекистах, о Николае Островском. Без таких бесед трудно сегодняшнему мальчишке понять этот, по-своему неплохой, роман. И я думаю: а ведь в детстве я наверняка тоже много в этой книге не понимал, потому и скучал над ней! Хотя основная мысль считывается без труда: как закалялась сталь? – В борьбе, сражениях и труде. Что такое эта сталь? – Комсомольская организация.
Вот не помню, как я в детстве относился к Павке Корчагину, но он точно не был моим кумиром. Наверное, основные черты его характера – верность, честность, принципиальность (порой до жестокости) – подкупали тогда, как в крапивинских героях. Сейчас же Павка скорее раздражает и вызывает неприятие. Это ведь настоящий фанатик, жить рядом с которым – сущее наказание. Требовательный к себе, подчинивший свою жизнь идее, – такого же фанатизма он требует и от других. Возможно, Островский несколько сгустил краски, желая создать идеальный, по его мнению, образ комсомольца первого поколения. Не следует также забывать, что судьбы и Островского, и Павки исковерканы революцией и войной. Роман автобиографичен, и нет оснований не доверять портрету.
Сыну роман очень понравился. И герой тоже – но как бы со стороны. То есть сын решил, что Павка поступает здорово и правильно, но как же хорошо, что это – Павка, а не он. Мотивы поступков героя мой Павел вроде бы одобряет. Но сам строить свою жизнь на принципах жертвенности и верности идее не готов. Не то, что на войну, – он, похоже, и на целину не поедет. (И уж точно мой Пашка не разобрался в тонкостях отношений Корчагина с дамами, но это так, к слову. Речь здесь не об этом.)
Я редко рекомендую сегодняшней молодёжи книги из моего советского детства. Но вот эту, не самую любимую, хочется дать почитать, в том числе и моим старшим сыновьям (которым не так повезло с именами, как младшему). Чтобы они узнали, как их сверстники совершали военные и трудовые подвиги (да и победы над собой), – не считаясь с личной пользой, рискуя жизнью и часто теряя её. Чтобы постарались их понять. Чтобы задумались над смыслом жизни, который не может заключаться только в построении частного благополучия.
Было бы любопытно понаблюдать за дискуссией старшеклассников на тему «Место Павки Корчагина в современной России» или что-то в этом роде. Конечно, смешно думать, что Корчагин может стать героем, на которого будет равняться большинство школьников. И всё же интересно, насколько близок (да просто – понятен ли?) образ бескомпромиссного борца сегодняшней молодёжи?
Но, для обсуждения или просто для души, читать роман «Как закалялась сталь» следует в ранней юности. Вряд ли знакомство с ним принесёт много пользы зрелому человеку. Конечно, это моё мнение, основанное на ограниченном личном опыте… Да чёрт с ним, с возрастом, читайте хоть в старости – лишь бы хорошая книжка не умерла.
Впрочем, судя по количеству оценок на этом сайте, ей это не грозит.

Не думаю, что когда-нибудь специально бы перечитала эту книгу, если бы не коллекция "Комсомолки" и очередной том-Как закалялась сталь.Открыла и уже не оторвалась..
Прежде всего это роман о Человеке.Человеке, который не сдался судьбе, человеке, который хотел жить и приносить пользу.
Давайте отбросим все другие обстоятельства того времени, время оно всегда трудное, в любую эпоху, а вот таких сильных людей встретишь нечасто.Ведь этот персонаж реален, Павка Корчагин, это сам писатель..
Сейчас много можно встретить людей на улице, которые не пережив своей трагедии опустили руки и сдались.Сдались по-разному-пьянство, наркотики,нищенство.А этот роман доказывает, что можно и надо жить, не сдаваться, искать себя.
Скажу сразу, что и у Павки Корчагина опускались руки:
"

Судьба книги решала судьбу Павла.Если рукопись будет разгромлена, это будут последние его сумерки.Если же неудача будет частичной, такой,которую можно устранить дальнейшей работой над собой, он немедленно начнёт новое наступление.
Молчание издательства становилось угрожающим. С каждым днём предчувствие усиливалось, и Корчагин сосзнался себе, что безоговорочный отвод книги будет его гибелью. Тогда больше нельзя жить.Нечем".

Но думаю, что даже если бы книгу "завернули", Павел всё равно бы не сдался. Такой уж это был человек.Он продолжал бы искать себя, он бы боролся.Но получилось так, как получилось.Повесть одобрили и

"Сердце учащённо билось.Вот она, заветная мечта, ставшая действительностью!Разорвано железное кольцо,и он опять-уже с новым оружием-возвращался в строй и к жизни"

Опять повторюсь, что специально не касалась сюжета.Главная идея моей рецензии-человек. И когда я думаю о Человеке, то часто задаю вопрос-почему?О, опять подвожу черту сравнений-Человек у Островскогои человечек Минаева. Почему всё так по-разному в разное время? Казалось всё у людей есть-живи и радуйся.Не выходит, наверное нет чего-то самого главного.
Сейчас я прочла эту книгу совсем по-другому, нежели мы читали её в школе. Я открыла для себя совсем новое произведение.
В детстве нам не сказали самого главного-надо жить, надо не сдаваться, что бы не случилось.Работать над собой, искать себя.И побеждать.Побеждать страх, слабости и идти вперёд..
И тут я сама задала себе вопрос, не успев дописать предыдущие строчки- куда? Куда идти, зачем?Эх, осудил бы меня Корчагин, осудил бы!!!Я только что писала о Человеке и его Силе, а что сама?Возможно я что-то упустила в себе, возможно я, имея всё-руки-ноги,зрение-слух, крышу над головой-работу, я сдалась? Или что бы понять себя и своё место в жизни, обязательно должно что-то произойти?
В общем, как всегда, погружаюсь в мысли, и начинаю думать, думать..
О людях, о времени, о себе...

Напомнило мне сие произведение Толстого "Детство, отрочество, юность". Интересно читать, насколько же становление маленького мальчика, превращение его в мужчину было разным в эти казалось бы столь близкие (хотя какие близкие-то, все же почти сто лет между ними) временные отрезки.
Павка растет малолетним бандитом (с моей точки зрения хорошей девочки), запросто лезет в драку, чтобы доказать какие-то понятия себе и окружающим, пытается защищать "слабых" (а на самом деле не слабых,а тех, кто не считает нужным защищаться и кому не нужна помощь), зарабатывает себе наказания. Дома у него есть совсем не участвующая в его жизни мать, и брат-авторитет, который опять же пытается учить Павку как жить.
Мне кажется, дух детства Павки очень похож на детство Толстого. Но! Есть одно большое но. В детство Павки приходит война, революция и страшнейшая борьба за власть различных организаций. И именно из-за этого Павка идет по иному пути. По пути превращения в старика будучи совсем молодым. В старика в смысле здоровья и опыта, в смысле понимания того, как работает жизнь, и что в реальности нет ни добра ни зла, а все постепенно меняется и перетекает из одного в другое.
Павка оказывается одним из тех счастливчиков, которым предоставляется шанс управлять новой, только что созданной страной и изменить ее кардинально. Он верит в идею коммунизма и власть пролетариата, он вступает в партию и управляет советским народом, он рад бы сделать все как лучше, но раны прошлого не дают ему двигаться дальше. Его останавливает бренное тело, которое не справляется с нагрузкой. Наверное, именно это же тело остановило людей от борьбы за светлое коммунистическое будущее.

Вот возьмешь книгу, совершенно для себя нетипичную, скажем так - несовременную, о том, что было очень давно. Начнешь читать, настроенная очень скептически). И как итог - книга вызвала столько эмоций, прочитана, буквально проглочена) за день. Об этом произведении слышали все - даже те, кто не читал), смыслом его является открытая пропаганда пришедшего политического строя, это практически настольная книга коммунистических идеалов. К этому можно относится негативно, нейтрально, но для многих, и для меня в том числе, это близко.

Главный герой один раз и навсегда расставил для себя приоритеты. Павел Корчагин, как говорит биография автора, списан с самого Островского. Сомнений у меня этот факт не вызывает, как впрочем и тот, что жизнь и героя и автора, такая очень короткая, была яркой, сложной, но достойной. Испытания, выпавшие на долю молодого человека, только с одной стороны кажутся невероятными. Его стойкость и сила воли поражают, его вера в идеалы, в светлое будущее, строительство этого самого будущего - до последнего вздоха. Преувеличен ли автором намеренно этот факт? Не думаю. Мои родственники в те далекие 1960-е годы приехали из разных союзных республик со своими стройотрядами на "коммунистическую стройку" - строительство канала в моем засушливом регионе. Их никто не гнал, не платил - это по любви), это все сугубо добровольно строилось патриотически настроенной молодежью, такими, как Корчагин. Слишком молодой, слишком самоотверженный и упертый - он не идеал.

Книга понравилась, герой показан живым человеком, он не перестает сомневаться себе, но в свои идеалы свято верит. И это не тупое подчинение, это действительно идет у героя от сердца, души. Сталь - она, как оказалось, живая.