Шећерни Кремљ

Сорокин – один из ярчайших представителей русской постмодернистской литературы. Он одновременно является и пульсирующей опухолью, нарывом современной культуры, и лекарством от всех прочих её болезней.
Главное в произведениях В. Сорокина – мастерское использование Слова. Невероятно точная передача интонаций совершенно разных слоёв общества, представителей разных культур. Сказочность слога создаёт великолепный контраст с весьма мрачными декорациями.
Книга «Сахарный Кремль» – это сборник из 15 коротких глав-новелл, каждая из которых является отдельной историей, стилистически законченным произведением. Героев этих новелл связывают между собой, кажется, только две вещи – общая страна – место действия, и белые фигурки сахарного Кремля, которые каждый смакует, распиливая на нужное ему количество частей.
Семантика этого самого сахарного Кремля интуитивно чувствуется, настолько хорошо автор владеет своим главным инструментом – словом. Однако полностью выразить глубину и сатиричность этого лакомства смог бы, пожалуй, только Сорокин.
Сахарный Кремль – это самый дорогой дефицитный товар, мечта каждого ребёнка, каждого взрослого, опиум для народа. Радость бедняков, гордость богачей. Несмотря на дороговизну, каждый житель страны имеет собственный кусочек сладкого Кремля пожалованного (или проданного) им Государем.
Какая разница, что электричество и воду экономят по приказу Государя – батюшки, если можно разгрызть за вечерним чаепитием башенку от сахарного сердца страны! Вмажешься кокошей, запьёшь спиртом и – гуляй, рванина во славу государеву!
Назвать данное произведение антиутопией я могу с натяжкой, ведь это утрированная копия современной российской реальности: бессменный президент – батюшка, который защищает своих граждан от страшных заграничных врагов:
« <…> за Стеною Великой — киберпанки окаянные, которые газ наш незаконно сосут, католики лицемерные, протестанты бессовестные, буддисты безумные, мусульмане злобные, и просто безбожники растленные, сатанисты, которые под музыку проклятую на площадях трясутся, наркомы отмороженные, содомиты ненасытные, которые друг другу в темноте попы буравят, оборотни зловещие, которые образ свой, Богом данный, меняют, и плутократы алчные, и виртуалы зловредные, и технотроны беспощадные, и садисты, и фашисты, и мегаонанисты. Про этих мегаонанистов Марфуше подружки рассказывали, что это европейские бесстыдники, которые в подвалах запираются, пьют огненные таблетки и письки себе теребят специальными теребильными машинками».
Великая стена ли, железный ли занавес – как ни назови, суть одна – отгородиться от аморального вражеского гнилостного Запада. Поворот внешней политики в сторону Востока – давно начавшийся процесс. Впрочем, такая ли уж большая разница, использовать англицизмы или китайцизмы в речи, когда народ шалеет от ядрёной смеси бедности, выпивки, наркотиков и религии?

Это очень высокотехнологичная книжка, в том смысле, что это не Сорокин, а такой наносорокин - во всех смыслах. Прочитывается за два часа, написана, думается, немногим за большее время.

Про этот сборник, вобщем-то, уже все сказано, но есть один любопытный момент. Совершенно не понятны все эти вздохи, дескать, "ай, да это же наше будущее, которое уже почти что настоящее! попрание либеральных свобод, насилие над личностью блаблабла".

А че, по-моему дико уютный мирок, я б пожил-прикололся. Ритуал uber alles. "СК" - по сути зеркален "Первому субботнику", с той лишь колоссальной разницей, что точка взрыва ампутирована. Коллапса текста не происходит, он вынесен за скобки, и потому остается лишь округлая соцреалистическая "реальность", работающая на своих невидимых и хорошо смазанных механизмах.

Кстати, если сравнивать нового Сорокина и Пелевина, то халтурны обе, но последнюю книжку последнего я решил вообще не читать, как только узнал: П5 - это первое произведение, отданное автором на внешнюю редактуру. Характеризует отношение в полной мере.

Пелевин всегда был не столько писателем, сколько автором инструкций ("по уходу за..."). В случае же с Сорокином, сомнений в том, что он в первую очередь великий пастух слов, не остается. Хотя "Сахарный Кремль" дает это почувствовать разве что в микромасштабе.

Эту книгу Сорокин написал через два года после "Дня опричника". А именно - в 2008 году.
Состоит она из историй, связанных между собой образом сахарного Кремля.
Вселенная хорошо знакома - её читатель уже мог видеть в "Дне опричника". Некоторые персонажи перекочевали из предыдущей книги.
Сохраняется сказочность повествования, но книга воспринимается более мрачной, чем "Опричник".

Возможно, дело в том, что в прошлой книге повествование велось от лица опричника, который абсолютно доволен всем, что происходит в России, хорошо кушает, прекрасно проводит время в домах терпения, радостно вешает врагов и горя не знает.

В "Сахарном Кремле" Россия описана с точки зрения самых разных людей: калик, лилипута-скоромоха, строителей Стены, маленькой девочки, представительниц среднего класса (?), представительниц древнейшей профессии и завсегдатаев питейных заведений.

Мир грязный, бедный, безумный. Ошалевший от випивки и наркотиков, от набожности, от которой нет спасения, от засилья китайских товаров и слов в речи.

Тягостное впечатление производит этот весёлый балаган пьяных оборванцев, крестящихся и на все лады славящих Русь.

Это почти «Полдень, XXII век»  наоборот — сборник небольших рассказов о разных слоях людей в не таком уж отдалённом будущем: вечер в кабаке, пара часов в очереди, обед в лагере. В будущем, где по закону Мёрфи всё, что могло пойти не так, пошло не так (можно вспомнить и комментарий Каллагана о том, что Мёрфи был оптимистом) — где Россия повернулась к просвещению задом, а к родным берёзам передом.

К 2028-му вернулись православие, самодержавие, народность. А ещё дровяные печи, потому что надо помочь родной стране и сберечь газ. Вернулось и кое-что советское: например, стена на границах и двоемыслие — когда люди повторяют заученные слова о величии/процветании/ворогах, но никто в них не верит.

Формально рассказы объединены сахарным Кремлём — сладостью, которую дети получают в подарок от царя-батюшки на Рождество. Она оказывается у взрослых разными путями: кому-то дочка кладёт в карман перед работой, кому-то жалуют милостыню, кто-то отбирает сам.

Фактически же они объединены насилием, которое творится в кадре или с чьих-то слов, насилием, сопровождаемым ритуальными фразами и освященным традициями. Тогда получается, что это и не насилие совсем, а жизнь по заветам предков.

Но сейчас книга не вышла бы не из-за посыла, а по самой приземлённой из причин: белоснежный Кремль для деток — сахарный, а для взрослых — кокошевый. И симуляторы в сюжете появляются из раза в раз — у разных людей в разных слоях общества. Потому что в мире Сорокина невыносимо жить. Но больше негде, так что отряхиваются и живут, периодически пропадая в приходах, где это великое счастье — быть подданным Руси — до них не дотянется.

P. S. Сатира в нулевых такая типа: 

Начал читать Владимира Сорокина по совету друга, после этого стал видеть упоминания автора повсюду. В одной из последних новостей оказалось, что он один из самых востребованных русских авторов в Китае, может я раньше просто не обращал внимание на новости о нём.

Во-первых, это что-то новое и свежее, это огромный плюс. Послепутинская Россия откатилась в царские времена, чему очень способствует древнерусский язык повествования.

Нам представлен цикл рассказов о разных слоях населения, объединенный местом событий (Россия) и одной незначительной деталью, играющей большую роль в ходе всего сборника.

Российское государство здесь, представляет собой закрытый страну, контактируюещую лишь с дружественным нам Китаем. Даже интернет здесь полностью русифицирован и естественно подчинён государству. Общество четко разбито на сословия, где верховодят по мимо царя в основном силовые структуры, соответственно и хорошо живут. В основной своей массе общество обнищало и скорее существует, чем живёт. Отсюда и выходит на первый план "Сахарный Кремль" - сладкий подарок царя каждому ребёнку, желанный и долгожданный. "Сахарный Кремль" - это скрепы, напоминание о том, что царь печется о каждом жителе страны и помнит об их нуждах, надо лишь подождать и победить внешних врагов. А какой русский человек не готов принести себя в жертву ради победы над врагом и спокойствии царя, хоть иногда и не видел не того, ни другого.

"Растёт, растёт Стена Великая, отгораживает Россию от врагов внешних. А внутренних — опричники государевы на куски рвут. Ведь за Стеною Великой — киберпанки окаянные, которые газ наш незаконно сосут, католики лицемерные, протестанты бессовестные, буддисты безумные, мусульмане злобные, и просто безбожники растлённые, сатанисты, которые под музыку проклятую на площадях трясутся, наркомы отмороженные, содомиты ненасытные, которые друг другу в темноте попы буравят, оборотни зловещие, которые образ свой, Богом данный, меняют, и плутократы алчные, и виртуалы зловредные, и технотроны беспощадные, и садисты, и фашисты, и мегаонанисты."
Сорокин В. Сахарный Кремль. М.: АСТ, 2023.

Да, Кремль не такой легкий, полноценный и до боли смешной (как "День Опричника"), но и сахарок так скажем - услада не для всех интеллектуальных губ. Для некоторых фрагментов может нахватало собственного исторического знания о судьбе России, или даже о текущем положении дел в родной Отечественной Вселенной... Но все же нельзя не отметить талант писателя, его умение прыгать с жанра на жанр, со слога на слог, с героя на героя, с башенки на башенку. И именно в литературном смысле - это настоящая магия, которая уводит тебя от рассказа к рассказу, заставляет погружаться и не отрываться от чтения. Может, для более эмоционального погружения так и хочется превратить эти кусочки в полноценные произведения, но может это и не нужно? Не успеваешь откусить сахарный абзац, так он и тает...

да и Сахарный Кремль оттого и сахарный, что просто не может существовать. Нельзя его сохранить, разломать или раздать.

Сборник рассказов, действие которых происходит в одной и той же реальности, вкупе впечатляет своей яркой антиутопичностью. Явления наших реалий помещены туда и гиперболизированы до предела, намекая нам на будущее, к которому ведут тоталитаризм и оголтелая мания скрепов. Бедные живут близко к уровню русского крестьянства, а богатые обладают ресурсами, технологиями и вкушают все плоды гедонизма. Единственное, что объединяет этих людей - сахарный Кремль. Кондитерское изделие проникает в каждый дом, его жаждут руки и рты любого. Ведь сахарный Кремль не просто лакомство, а целый символ. Государева любовь, толика власти, смысл жизни - каждый видит сладость по-разному.

Сборник рассказов, написанный хорошим русским языком. Россия конца 2020-х (вероятно 2028-2029, написано-же в 2008-м), пережившая красную, белую и серую смуты. Страна отгородилась от всех (в т.ч. путем строительства Великой Русской Стены), почитает (официально) Государя и его семью, ищет и старательно уничтожает внешних и внутренних врагов, свято чтит скрепы (сахарные головки в виде Кремля, раздаваемые на Рождество – символ веры в чистоту России и правильность ее пути). Контрасты: почти деревенский уклад (в центре Москвы), обед для семьи из картошки и репы, сахар в качестве лакомства – и живущие в хоромах, разъезжающие на «меринах» опричники, да и шуты-скоморохи из Кремлевской Потешной палаты живут вольготно. Полное поглощение электронного рынка новинками китайского интеллекта (вплоть до роботов) – и печное отопление многоэтажных высоток Москвы (газ нужно беречь!).
Местами грустно и тоскливо, где-то сатира, но тоже (по итогу) унылая.
Написано замечательно. Печально, что не фантастика придуманная.