Сикхи и индусы. Религия. Политика. Терроризм

Продолжалась начатая в 1987 г. «реформа жизни». В Пенджабе и Чандигархе девушки сменили джинсы и юбки на традиционную сикхскую одежду, а юноши перестали стричь бороды и надели тюрбаны. В центре студенческого городка Чандигархского университета была сооружена гурдвара, где идет постоянное чтение «Грантх сахиба». Отовсюду «изгоняется» хинди, и даже дорожные указатели в Пенджабе обозначаются только на панджаби в алфавите гурмукхи. В деревнях террористы устанавливают свои суды и добиваются того, что крестьяне не обращаются со своими проблемами в официальные суды и полицию.

В декабре 1990 г. один из руководимых террористами Комитетов пантха издал инструкцию средствам массовой информации Индии. Отныне террористов нельзя было называть «террористами» или «экстремистами», а только «боевиками», и нельзя было ставить в кавычки присвоенные ими «генеральские» и «полковничьи» звания. После убийства неподчинившегося этому приказу директора Чандигархского центра Радио Индии журналисты сдались.

Переговоры ни к чему не привели, и в марте 1988 г. .правительство предприняло новый ход. Джасбир Сингх Роде, племянник Бхиндранвале, выпускается из тюрьмы. Правительство явно надеется, что Роде сможет объединить все экстремистские группировки, и, таким образом, возникнет та сила, с которой можно будет вести переговоры. Оно как бы само ищет руководителя для своих врагов, ибо иметь дело с централизованной организацией все же неизмеримо легче, чем с множеством разных группировок, соперничающих друг с другом. Однако именно эта «прозрачность» намерений правительства губит план. Роде никого объединить не удается. Не срабатывает даже магия кровных связей с Бхиндранвале и «безупречная» в глазах подполья биография: как только в речах Роде замечается готовность согласиться на что-то меньшее, чем полная независимость Халистана, от него отшатываются, и он вынужден уйти со своего поста.