Собака Баскервилей

— То, что изобретено одним человеком, может быть понято другим.

— Вот что значит воображение, — улыбнулся Холмс. — Мы представили себе, что могло бы произойти, стали проверять предположение, и оно подтвердилось.

В характере моего друга Холмса меня часто поражала одна странная особенность: хотя в своей умственной работе он был точнейшим и аккуратнейшим из людей, а его одежда всегда отличалась не только опрятностью, но даже изысканностью, во всем остальном это было самое беспорядочное существо в мире, и его привычки могли свести с ума любого человека, живущего с ним под одной крышей.

Трубки бывают обычно очень интересны, — сказал он. — Ничто другое не заключает в себе столько индивидуального, кроме, может быть, часов да шнурков на ботинках.

Лучший способ добраться до сути дела — рассказать все его обстоятельства кому-то другому.

Воистину ужасен должен быть тот мужчина, после смерти которого не прольёт слез ни одна женщина.

Умение проникать взором за маскировку — основное качество сыщика.

— Женщин вообще трудно понять. Вы помните одну, в Маргете, которую я заподозрил по той же самой причине. А потом оказалось, что волновалась она, потому что у нее не был напудрен нос. Как можно строить предположения на таком неверном материале? За самым обычным поведением женщины может крыться очень многое, а ее замешательство иногда зависит от шпильки или щипцов для завивки волос… До свидания, Уотсон.

Если от вас самого не исходит яркое сияние, то вы, во всяком случае, являетесь проводником света. Мало ли таких людей, которые, не блистая талантом, все же обладают недюжинной способностью зажигать его в других!

There's a light in a woman's eyes that speaks louder than words.

Сегодня весь день льет дождь; Тяжелые капли шуршат в густом плюще, падают с карнизов.

Каждая задача делается детски простой, когда ее объяснят вам.

Покажите нам такого девонширца, который не восхищался бы своим Девонширом.

Уединение и покой были необходимы моему другу в часы напряженной умственной работы, когда он взвешивал все мельчайшие подробности дела, строил одну за другой несколько гипотез, сравнивал их между собой и решал, какие сведения существенны и какими можно пренебречь.

Я допустил ошибку, милый Уотсон. Боюсь, со мной это случается гораздо чаще, чем думают люди, знающие меня только по вашим запискам.

Я вижу, вы ночи две не спали—сказал Холмс в спокойном сердечном тоне — это изматывает человека больше чем работа, и даже больше чем наслаждение.