С прискорбием извещаем

- Я часто говорил тебе, что поиск отрицательных свидетельств — последнее прибежище того, кто не может найти положительных. Собирать и проверять алиби ужасно скучно и почти всегда бесполезно. Нет. Добудь настоящую улику, а если увидишь, что она наталкивается на алиби, сокруши алиби.

Пустой желудок разжижает кровь и нарушает мозговую деятельность.

… и я не служил у него лакеем – всего лишь секретарем, телохранителем, детективом и козлом отпущения.

– Вы даете мне честное слово, что не увильнете от своего обещания?
– Только не честное слово. Мне не нравятся эти слова. Слишком часто ими пользовались нехорошие люди и запачкали их. Я даю вам мое слово.

— Ужасно. — Уголки ее рта снова приподнялись. — Потому что я откровенна и бесхитростна. Потому что я никогда не предлагаю того, чего не могу дать, и никогда не даю того, за что потом ожидаю платы.

Поистине, дурная голова ногам покоя не дает.

Ложь удавалась ей плохо: она не умела лгать. Как учил меня Вульф, для того чтобы успешно лгать, необходимо научиться расслаблять голосовые связки и мышцы гортани, в противном случае приходится прилагать дополнительные усилия, чтобы протолкнуть ложь сквозь горло, в результате человек тужится и говорит быстрее и более высоким голосом, а к лицу приливает кровь

немногие из нас обладают достаточной мудростью, чтобы быть справедливыми, или достаточным досугом, чтобы быть человечными.

То, что мы получаем с помощью насилия, обходится нам дороже, чем оно стоит.

Учтивость по принуждению хуже, чем ее отсутствие.

– Моя дорогая мадам, – усмехнулся Вульф. – Если кто-нибудь захочет убить вашего мужа, то он убьет его. Нет ничего легче, чем убить человека. Значительно труднее избежать раскрытия своего преступления и справедливого возмездия.

- Я потерял кварту крови. Арчи! Ведь ты сказал - кварту?
Я не говорил ничего подобного, но всегда старался быть лояльным.

• Да, сэр. По крайней мере. Может быть, даже больше. Я ведь никак не мог остановить ее. Она текла как река, обрушилась как Ниагарский водопад, как...
• Вот именно. Благодарю тебя.

One of my romantic ideas is that physical violence is beneath the dignity of a man, and that whatever you get by physical aggression costs more than it is worth. - Nero Wolfe

— Поразительно. Из-за какого-то быка. Словно вы хотите его поджарить и съесть.
— В том-то и дело, — кивнул в ответ Пратт. — Из-за того они и бесятся.

Я сунул бумажку ему под нос. Его первым импульсом было отшвырнуть ее прочь, но ни один полицейский, пусть даже он инспектор, еще ни разу не отказался взглянуть на письменный документ.

- Бесс Хадлстон умерла,- сказал я.

• Оставь меня в покое,- произнес он брюзгливо.- Я делаю все, что могу. Скоро кто-нибудь получит очередное письмо, и тогда...
• Нет, сэр. Писем больше не будет. Я констатировал факт. В пятницу вечером у мисс Хадлстон появились первые признаки болезни - очевидно, столбнячные бациллы попали в организм через ранку на большом пальце ноги. Около часа назад она умерла....
• Столбняк? - Вульф мрачно уставился на меня.
• Да, сэр.
• Мы упустили гонорар в пять тысяч долларов.

Идеальное соглашение между людьми – это такое, в каком различия расы, цвета кожи или религии совершенно не имеют значения. Любой, поддерживающий эти различия, выступает, таким образом, против идеала, а вы, конечно, поддерживаете его.